Читаем без скачивания Отпуск на войну - Альберт Байкалов

– Злой немножко.

– Да не злой, просто гладко у тебя все как-то!

– Что все?

– Допускаю, что вас через линию фронта пропустили, – стал перечислять насторожившие его моменты Балун. – С письмами тоже можно понять… Но вот свиданье, – обвел он взглядом комнату, словно впервые в ней оказался. – Тут некоторые весь срок мать увидеть не могут…

– Так вот ты о чем! – догадалась Катя. – Я подкараулила подполковника. Он здесь начальник…

– Хозяин, – уточнил Балун. – И что?

– Как понять, хозяин? – вскинула она голову.

– Так принято называть начальника колонии. Ты от темы не уклоняйся.

– Он сначала отказал. Снова пришлось соврать, будто приехала из Белоруссии и мне негде даже жить…

– И согласился разрешить свиданье? – недоверчиво спросил Балун. Он отказывался верить в то, что Кате удалось просто так разжалобить начальника колонии.

– Мне мама высылала каждый месяц деньги, – сдалась наконец она. – Я их никуда не тратила. Получилась приличная сумма.

– Понятно. Куда ты сейчас, домой?

– Ты что? – Она вновь прильнула к нему. – Здесь пока останусь…

– Ты спятила? – Балун ладонью повернул ее лицом к себе. – Где ты будешь жить? Тут война. Нас хоть пока кормят…

– Я буду ждать, – нахмурилась Катя. – Мне кажется, что вас отпустят…

– Как это? – опешил Балун.

– Но ведь война!

– Скажешь тоже, – улыбнулся он ее наивности и неожиданно вспомнил разговор на завтраке по поводу расстрела. А ведь действительно, мало ли что взбредет в голову полудуркам в Раде! Настроение вмиг испортилось.

– Так и я о том же! Сейчас такая неразбериха…

– Уезжай. – Балун взял ее за запястье и поцеловал в ладонь. – Мне спокойнее будет.

– Я уже работу нашла, – решительно махнула головой Катя.

– Кем! – опешил Балун. – Подносчиком снарядов?

– В больнице работаю… Я ведь почти врач.

– Значит, прав был украинский военный!

– Больше скажу, он и подсказал эту идею… – улыбнулась она.

– Ты понимаешь, что, помогая террористам, нарушаешь закон?

– Почему? Для врачей нет разницы, кого лечить.

– Сама сказала, что три курса института недостаточно, чтобы стать врачом!

– Ты бы видел, кто сейчас в больницах работает!

– Хорошо, – расстроенно вздохнул Балун. – Лучше расскажи, что на самом деле происходит? Мы ведь тут совсем ничего не знаем. Телевизор, конечно, есть, но там одно и то же…

– Сама толком ничего не могу понять, – призналась Катя. – Пока была в Днепропетровске, одно говорили, здесь другое…

– В смысле?

– В прямом, – поежилась она. – На Украине все считают, будто на нее Россия напала.

– А разве не так?

– Знаешь, я в политику не лезу, да и некогда. Но здесь почему-то говорят, что это чушь.

– А кто город обстреливает?

– Это армия…

– А бандиты?

– Какие бандиты? Не называй их так.

– Понимаешь, – сдвинул он упавшую ей на глаза прядь волос, – как бы то ни было, они взяли в руки оружие незаконно…

– Ты же антифашист! Я тебя просто не понимаю.

– А я – тебя. При чем тут это?

– А кто, по-твоему, сейчас Донецк атакует?

– Кто?

– Как раз самые что ни на есть фашисты!

– Здрасте, приехали!

– Вы тут что, совсем ничего не знаете?

– Что мы не знаем? – Ровным счетом ничего не понимая, он поправил подушку и сел.

– На Донецк самые настоящие фашисты напали!

– Во дает! Откуда им взяться?

– Они к власти и пришли…

– Скажешь тоже, – уверенный в том, что ее слова – результат сепаратистской пропаганды, улыбнулся Балун. – Даже я до такого не додумаюсь.

– К сожалению, так оно и есть, – быстро заговорила Катя. – Новый президент пришел к власти при помощи националистов.

– Я имею представление, что творилось на Майдане, – стал он объяснять ей свою точку зрения. – Понятно, что такой способ смены режима не совсем конституционный, но что поделаешь? Как говорится, накипело.

– Дело вовсе не в революции. Бандеру и Шушкевича восхваляют. Солдаты носят на рукавах фашистские знаки, а на касках рисуют свастики…

– Видишь, рисуют, – повеселел он. – Мало, что ли, ненормальных? В Днепропетровске тоже Череп был… Да взять того же Хунту, царство ему небесное, – на полном серьезе пожелал бывшему недругу Балун. – Но ведь это единицы! Просто шпана решила как-то самоутвердиться. Не говорю, что им за это кто-то не приплачивал. Сама знаешь, любая организованная толпа быстро обретает хозяина. При помощи тех же футбольных фанатов сколько вопросов олигархи решили?

– Как ты от всего далек! – расстроенно вздохнула Катя.

– Пусть ты в чем-то права, – почувствовал себя задетым Балун. – Только зачем, например, ваша страна в наши дела вмешивается?

– Не знаю, – пожала она плечами. – Хотя я не видела здесь солдат из России. К нам много ополченцев привозят. Есть среди них, кто приехал сюда из России нелегально. Но войск никаких нет.

– Хочешь сказать, что партизаны целую армию громят? – разозлился Балун. – Просто ты здесь чужая, и тебе не все говорят.

– Может быть, – неожиданно согласилась Катя. – Только я все равно пока поработаю в местной больнице…

– А как же учеба? – растерялся Балун.

Он вдруг понял, что завидует ей. Еще бы, она делает историю, когда он, в такое важное для страны время, находится в изоляции. Балун не любил западных украинцев и больше симпатизировал промышленному востоку, чего никогда не скрывал. Но, так или иначе, сейчас он был на стороне большей части, а это почти вся Украина. Катя просто вынуждена принимать идеологию повстанцев. Причем из-за него. Не окажись он в тюрьме, она бы провела это лето дома.

– До занятий почти месяц, – ответила Катя. – Там посмотрим.

– Ты о родителях подумала?

– Конечно. Я их предупредила, что к тебе поехала.

– Зачем?

– А как иначе? – удивленно протянула она.

Глава 5

Кошмар по имени Павлик

Смешанная с вязкой чернотой боль становилась все сильнее. Одновременно бездна меняла цвет. Она медленно становилась тошнотворно серой, а из ее глубины начали проступать контуры реанимации. «Как долго тянется время, – лениво шевельнулась мысль. – Неужели я никогда не приду в себя?» Наконец Никита понял, что он не в госпитале, а лежит на бетонном полу какой-то комнаты с маленьким оконцем под потолком. Судя по стенам цвета свежего цемента, это подвал новостройки. Не меняя положения, он медленно поднес к лицу руку. Она была в бурых пятнах и в грязи. Никита сжал пальцы в кулак и выпрямил. Ощущения постепенно стали возвращаться в тело.

– Где я? – спросил кто-то его голосом.

Он попытался приподнять голову, но в шею что-то кольнуло. Морщась от боли, осторожно ощупал голову. Нарастающий шум мешал сосредоточиться. Однако он вспомнил, что уже не служит в спецназе, а работает инструктором-парашютистом и недавно приехал домой.

Никита встал на четвереньки и пополз к выходу.

Все движения давались с трудом, казалось, что ткани и мышцы отрываются от костей. Добравшись до дверей, толкнул их плечом, но они оказались запертыми снаружи. Память возвращалась быстро. Никита уже вспомнил, что собрался ехать в Донецк и решил продать мотоцикл. Перед глазами возникло лицо добродушного бородача и джип…

«Странно, как я здесь оказался? – размышлял он, усаживаясь на пол и прислоняясь спиной к стене. – Неужели Павлик-Терминатор решил просто ограбить? Зачем? Сумма небольшая, а головной боли целый воз. Ведь, по сути, теперь ему придется убить меня».

Происшедшее не укладывалось в голове. Чем больше Никита размышлял, тем больше возникало вопросов. На одни он тут же отвечал, другие, покрутившись в голове и оказавшись нелепыми, исчезали. Однако остался один, засевший в мозгах и заставлявший снова и снова подбирать варианты ответов: почему после всего Павлик-Терминатор привез его не в больницу, а в этот подвал? Первая мысль, что таким образом покупатель решил просто «кинуть» Никиту на деньги, теперь уже казалась абсурдной. Мотоцикл наверняка сильно разбит. Не исключено, что на восстановление уйдет немногим меньше его стоимости, если осталось что ремонтировать. Может, Павлик-Терминатор испугался, что Никита не заплатит ему за разбитый джип? Тоже не вяжется. Тогда остается один вариант, он просто испугался ответственности. Так нередко поступают виновники аварий с гибелью людей в безлюдных местах. Жертву, как правило, забрасывают в багажник и увозят туда, где никто не будет искать. Нет трупа, нет преступления. А мотоцикл Павлик-Терминатор попросту оттащил с дороги в лес и бросил…

«Что ему было бы, если я бы разбился насмерть? – неожиданно спросил сам себя Никита и тут же чертыхнулся. – Да ничего! Ведь по всем правилам виноват я! Ехал Павлик-Терминатор себе, ехал, а тут сзади в него врезается безбашенный мотоциклист. Да любой суд его оправдает! Дистанцию надо было держать и скоростной режим соблюдать! По всему выходит, что Павлик-Терминатор не только в мотоциклах профан, он еще и правил дорожного движения не знает…»