— С чего ты взяла, что я что-то подложила ему в карман? — с улыбкой произнесла Мелани.
— Покажи руки, — приказала Джойс. И когда Мелани так и сделала, та увидела, что ее руки пусты. Девушка только укоризненно покачала головой: — Не думаю, что этому парню понравятся твои штучки. По-моему, больше всего на свете он как раз не любит сюрпризы.
— Ты совершенно права, — согласилась Мелани, задумчиво глядя на дверь, за которой минуту назад исчез Ланс. — Но именно таким людям больше всего на свете не хватает доброго волшебства.
— Мисс... Вы не поможете мне?
Джойс одарила покупателя улыбкой и, прежде чем поспешить к нему, успела сказать Мелани:
— Неужели ты думаешь, что в торговле много волшебства?
Ответа ей не требовалось. Главное достоинство лучших друзей — понимать друг друга с полуслова. Другая покупательница обратилась теперь уже к Мелани, и разговор пришлось прервать.
— Волшебство есть всегда и везде. Надо только присмотреться, — пробормотала она.
Джойс ничего не оставалось делать, кроме как согласиться. Когда Мелани в таком настроении, с ней невозможно спорить.
Первой реакцией Ланса, когда он полез в карман за ключами и нашел там статуэтку собаки, было: надо немедленно возвратить ее Мелани! Но это означало вернуться в магазин и снова с ней встретиться, а ему очень этого не хотелось. Лансу трудно было понять, что двигало Мелани. Вела она себя крайне дружелюбно, хотя для этого не было никаких причин. Пока он вертел фигурку в руках, в памяти всплыли ее лицо, искренняя улыбка и такие удивительные глаза, которые, казалось, видели тебя насквозь. Все-таки ей удалось всучить ему этот оловянную безделушку. Ну что ж, он поставит ее в офисе в шкаф с отчетами, которые перешли к нему от Келли.
Он наткнулся на фигурку снова на следующий день, когда полез за отчетом о пожаре в торговом доме Логана. Что-то заставило его усомниться, что это был просто несчастный случай.
Бормоча проклятия себе под нос, Ланс внимательно изучал оскал собаки.
Неожиданно атмосферу уединенности в его офисе, где всегда царил свежий воздух, нарушил запах ванили. Ланс поднял голову. Она здесь? Он медленно развернул кресло так, чтобы оказаться лицом к двери, когда Мелани войдет. Через секунду она уже стояла на пороге.
Ланс нахмурился, пытаясь угадать, что привело ее сюда. Может, хозяйка магазина хочет извиниться за свою выходку? Ну что ж, он готов выслушать извинения.
— Я могу вам помочь? — подчеркнуто официально спросил он.
А сам держал в руках ее подарок. Увидев это, Мелани поняла, что все сделала правильно.
— Вы ее получили, — сказала она с радостью.
Почему от этой простой улыбки такой же эффект, как от самого жестокого удара кулаком? И то и другое вызывают головокружение. Наверное, он сошел с ума.
— Я как раз сидел и думал, а не выбросить ли мне ее.
Мелани еще больше заулыбалась.
— Если бы вы на самом деле хотели ее выбросить, так сделали бы это сразу, как только обнаружили ее в своем кармане.
Она снова посмотрела на него, а он поставил статуэтку на стол и сделал вид, что хочет развернуть кресло к окну.
Наверное, он страшно одинок, решила про себя Мелани.
Нервно постукивая далматинцем по крышке стола, заваленного бумагами, Ланс спросил:
— Как он попал в мой карман?
И тут же вспомнил, как она передавала ему пиджак. Но все же будет интересно выслушать ее объяснение. На его лбу залегли глубокие морщины. Она же, казалось, не заметила хмурого выражения его лица и с радостью объявила:
— Один друг моей матери был волшебником. Тетушка Элейн разрешала ему приходить к нам, так как была уверена, что он приносит в дом счастье. А он за это научил меня кое-каким трюкам.
Звучит так, будто она выросла среди циркачей. Ну что ж, это бы многое объяснило, хмуро размышлял Ланс.
— А сюда вы пришли, чтобы заплатить штраф? — попробовал угадать он. Далматинец жег ему руку — надо бы поскорее вернуть его.
— Уже заплатила, — подтвердила она, догадываясь, что Ланс спросил об этом только потому, что нужно было что-то сказать. Вообще-то, его чувства ей были понятны, но что сделало его таким циничным?
Он удивленно поднял бровь. Если ему не изменяет память, платить штраф нужно было в городской администрации.
— Так что же вы делаете здесь?
— Хочу найти кого-нибудь, кто знает новый адрес Келли.
Ланс облокотился на ручки кресла и уставился на нее гак, словно видел в первый раз.
— Зачем?
Какой вопрос — такой и ответ.
— Хочу послать ему прощальный подарок. Он очень хорошо ко мне относился.
Ну, женщина с внешностью Мелани Макклауд могла заслужить хорошее отношение только одним.
— А...
— Как отец, — уточнила Мелани. Ей очень не понравилось его недвусмысленное «А». — Ланс, ответьте мне на один вопрос. У вас весь мир только в белых и черных тонах?
Вопрос застал его врасплох. Он не ожидал, что разговор перейдет на него. Его нога дернулась, и он больно ударился о металлический край стола. Инстинктивно отпрянув, чтобы быть подальше от нее, он ударился второй раз — теперь уже о стенку. Ему очень не нравилась роль объекта психоанализа.
— Я живу в реальном мире, мисс Макклауд.
— Тогда вы должны признать, что такой человек, как Джон Келли, мог быть просто другом. Не компрометируя ни себя, ни людей, к которым хорошо относился.
Он встречал Келли только раз перед самым его отъездом. Балагур, постоянно курил трубку, все лицо в морщинах. Да, пожалуй, они должны были хорошо ладить.
— Он тоже учил вас трюкам?
Мелани на секунду показалось, что она поняла ход его мыслей. Чтобы окончательно не испортить отношений, но в то же время и защитить доброе имя бывшего инспектора, она холодно произнесла:
— Представьте себе. Он также научил меня и тому, что можно быть прекрасным инспектором, оставаясь при этом человеком. Я думаю, таких, как он, больше нет. — С этими словами Мелани резко развернулась и направилась к выходу. — До свиданья, инспектор, счастливо оставаться.
Она была уже в дверях, когда он заговорил. Какая-то часть его души не хотела, чтобы эта строптивица вот так ушла, а другая убеждала его, что это неизбежно. Пересилив себя, он еле слышно спросил:
— Вы когда-нибудь видели огонь?
Мелани с трудом расслышала его вопрос. Ей даже на какое-то мгновение показалось, что это игра воображения. Но когда, обернувшись, она увидела выражение лица Ланса, то поняла, что не ослышалась.
— Конечно, — кивнула она.
Он точно знал, что она имеет в виду, поэтому отрицательно покачал головой.
— Я говорю не про тот огонь, с которым мы все сталкиваемся каждый день. Его можно контролировать. Я говорю о всепоглощающей силе огня, о стихии, которая уничтожает все на споем пути. С таким огнем вам приходилось иметь дело?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
