В 1790 году на побережье было создано около сорока фортов и факторий. Четырнадцать принадлежали англичанам, пятнадцать – голландцам, три – французам, четыре – португальцам и четыре – датчанам. Подсчитано, что ежегодное число негров, продаваемых в рабство или похищаемых в то время, не могло быть меньше 100 тысяч. Между тем общее количество негров, вывезенных для обращения в рабство до 1800 года, свидетельствует о том, что жертв невольничьих кораблей было не менее 30 миллионов.
Корабли, торгующие на побережье, обнаруживали, что успех зависел от условий местности. Став на якорь в устье реки Гамбии, напротив форта Яков, корабль высылал к берегу лодку для оповещения о своем прибытии алькальда, или городского главу, который немедленно прибывал на борт корабля, чтобы получить мзду за стоянку. Она включала десять галлонов ликера для вождя, два железных бруска для алькальда и, возможно, нескольких бутылок вина, пива или сидра в подарок. По истечении четырех– семи дней вождь присылал своих людей для сбора пошлин товарами, равными по стоимости 140 железным брускам. Далее на корабль направляли двух переводчиков, двух курьеров и шестерых или более дворецких. Один переводчик работал с брокером, продававшим рабов от имени владельца, и представителем фактории, торговцем или капитаном корабля. Второй – с офицером корабля, посыльным судна или баркаса либо фактории на берегу. Два курьера следили за торговлей на берегу – рабами, слоновой костью, золотом, провизией и т. п., а также за передачей писем от одного судна к другому, на факторию и т. д. Дворецкие использовались в качестве гребцов лодок, дровосеков, водоносов, но фактически их нанимали для заботы о здоровье команды корабля.
Оснащенный всем необходимым, корабль поднимался вверх по реке на сотню лиг до Янамару в королевстве Янси, куда поставлял ликер за стоянку на якоре. Затем курьеры высылались к главному племени, располагавшемуся на расстоянии 20–30 миль вокруг, чтобы выговорить условия продажи рабов. Тендер или баркас отправлялись дальше вверх по реке с товарами для торговли. Именно в этом порту корабли начинали и завершали свою торговлю.
В основном эти черные люди продавали рабов, которые являлись большей частью военнопленными, но нередко и детей, как своих собственных, так и похищенных у соседей. Некоторых рабов пригоняли издалека, потому обычно предлагавшихся в жалком и ослабленном состоянии.
Переводчик приводил на борт корабля или в факторию брокера, справлявшегося о цене, которую капитан готов заплатить за раба, о комиссии для него самого за сделку. Последняя не заключалась до тех пор, пока брокер не посетит все фактории или корабли в порту. Не встретив лучшего предложения, брокер приводил затем на борт корабля владельца рабов, который осматривал предложенные товары, выбирал устраивавшие его изделия, а затем посылал за рабами, которых должен был осмотреть корабельный врач. В случае одобрения предложения владелец рабов получал выбранные товары, менее одного бруска железа в качестве королевской пошлины. Затем рабов-мужчин заковывали в кандалы на главной палубе. С подростками этого не делали, как и с находившимися в юте женщинами и девочками. Брокер получат свою комиссию, и сделка завершалась[2].
Северное побережье Гвинейского залива делилось на несколько определенных зон: Хлебное побережье, простирающееся от мыса Маунт до мыса Пальмас, где производились рис и маис (кукуруза); Берег Слоновой Кости – от мыса Пальмас до реки Лагос, где в прошлом процветала торговля слоновой костью; Золотой Берег, расположенный между Ассинее и рекой Вольтой и названный так за вывозимое отсюда большое количество золотого песка, которое намывалось в горах и реками на севере; Излучина залива Бенин – между мысами Святого Павла и Формозой, включавшая береговую дугу; Невольничий Берег, а также побережье Виды и Лагоса, где в прошлом часто укрывались работорговцы и пираты.
Кейп-Кост-Касл, главный английский форт в эпоху работорговли, сторожил часть Золотого Берега, а позади него располагалась страна фанти и ашанти, которая поставляла на американский рынок большое количество рабов. Форт построили близ моря, над ним не только возвышались три холма, но также недалеко позади, всего в 10 милях, находился голландский форт Святого Георга у Мины, а всего в миле – датский форт Фридериксбург. Единственной пристанью была небольшая песчаная площадка как раз под фортом, к которой чернокожие могли подгонять свои каноэ без риска разбиться. Агент по общим закупкам Королевской африканской компании[3], который провел в Кейп-Кост-Касле много времени, отмечал нездоровый характер местности, несмотря на скалистый берег и окружающее нагорье. Он писал:
«Их увлечение своими любимыми крепкими напитками столь велико, даже среди офицеров и представителей фактории, что при любом исходе в любых обстоятельствах должен был присутствовать кубок со спиртным. Что вызывает смерть многих из них… Я часто делал представления кое-кому из начальства, как жить более правильно, то есть воздерживаться от черных женщин, чья естественная необузданность вскоре разрушает их организмы, пить умеренно, особенно бренди, ром и пунш. А также избегать сна на открытом воздухе по ночам, как многие, разгоряченные развратом, делают в одной рубашке, полагая, что охладятся, но, наоборот, убивают себя. Ибо нет ничего более пагубного для организмов европейцев, чем лежать на открытом воздухе, как я достаточно убедился на собственном опыте. Я всегда, насколько это было возможно, пользовался домашней кроватью, днем и ночью надевал на голое тело на животе заячью шкурку в течение более двух лет подряд. Это поддерживало живот в надлежащем положении и весьма способствовало пищеварению. Хотя должен признать, что иногда, особенно в жаркие ночи, это доставляло много беспокойства и вызывало чрезмерную потливость. Воздух, хотя не так прохладен, более разрежен и пронизывающ, чем в Англии. Железо ржавеет гораздо быстрее.
Форт окружают высокие стены. В нем нет свежей воды, кроме той, которая накапливается в очень большой цистерне во время дождей. Ею снабжаются гарнизон и корабли. Чтобы уничтожить гвинейских червей, капитаны имеют обыкновение добавлять в бочку с водой, взятой из цистерны, две-три ложки негашеной извести».
Негры внутренних областей снабжали рынок фруктами, хлебом и пальмовым вином, маисом или пшеницей, производимыми в таком объеме, что большинство из них продавалось кораблям и чернокожим из других областей. Страна была очень богата также золотом и рабами, многие из которых происходили из дальних местностей внутри континента. Фанти и ашанти ценились наиболее высоко, они считались выносливее чернокожих, живших внутри континента.
Анамабо – важный рейд, располагается в нескольких лигах к востоку от Кейп-Кост-Касла. Раньше это было место, куда в значительном количестве сгонялись рабы и где осуществлялось интенсивное судоходство. Чернокожие были хитрыми и злонамеренными людьми. Они часто пользовались золотом, чтобы усыпить бдительность торговца при совершении сделок. Город располагался на песчаном пляже, усеянном галькой. У моря столь высокий прибой, что лодкам с кораблей было невозможно причалить к берегу. Вся торговля велась на каноэ туземцев.
Далее к востоку, в Аккре, – обрывистое побережье. Оно удобно для высадки, богато провизией и чистейшим золотом. Страна постоянно воевала с соседями и в связи с этим владела большим количеством пленников для продажи в рабство, так что корабль, иногда появлявшийся у побережья в удобное время, мог в течение двух недель принять на борт груз невольников, и по очень низкой цене.
Любопытные сведения о пользе, извлекаемой туземцами от торговли с европейскими производителями, сообщает Джон Барбот в своем описании Гвинеи:
«Широкое полотно служит туземцам для украшения себя и внутреннего интерьера их захоронений. Из ткани они делают также лоскуты на тряпки. Ленты и шнурки используются для выжимки пальмового масла. По ночам они заворачиваются в старые простыни с головы до ног. Медные тазы служат для мытья и бритья. Шотландские кастрюли употребляются вместо ванночек мясника, когда они закалывают свиней или овец. Из железных брусков кузнецы выковывают оружие, хозяйственные инструменты и посуду. Из грубой шерстяной и полугребенной камвольной ткани они делают пояса шириной в четыре пальца, предназначенные для опоясывания талии. На таких поясах подвешиваются меч, кинжал, нож, а также кошелек с деньгами или золотом, которое обычно запихивают между поясом и телом. Они дробят венецианское стекло на четыре-пять частей, которым впоследствии придают при помощи точильного камня разные формы, делают нитки бус и ожерелья, приносящие большую прибыль. Из четырехпяти элей английской или лейденской саржи они изготовляют своеобразную ткань, которой оборачивают плечи и живот. Из ситца, полугребенной камвольной, набивной и вязаной тканей делают лоскуты для набедренных повязок. Они выплавляют оловянную посуду, такую как блюда, тазы, миски для супа и т. п. В войнах они употребляют мушкеты, кремневые ружья и абордажные сабли. Во время праздников чаще всего пьют бренди. Ножи они используют так же, как и мы. Смазывают тело салом от головы до пят и даже используют его вместо мыла для бритья. Венецианский стеклярус, стеклянные бусы и contacarbe служат всем полам и возрастам для украшения голов, шей, рук и ног, а сарсапарелью лечат зараженных венерической болезнью».
