а вся зловонная рыба оказалась на твари. Запах, я думал, ей понравится, но нет… Она стала выть, а затем корчиться в агонии. Не ожидал я такого поворота, если честно. Даже подошел проверить, что это там за чудо-форель такая мариновалась. Вроде обычная рыба, но тварь после этого сдохла. Ее словно облили кислотой. На ее крик, кстати, стали сбегаться и другие твари, которые обступили дом, который убил их товарку. Сколько бы они не выли и не атаковали, а все они были разной породы, но никто не мог проникнуть в дом. Он был надежно защищен.
— Тот, кто в Жатву сидит дома, тот встретит солнца рассвет. Кто смел, и в жизни отчаянный… Выйдя в Жатву, присоединится к ней… Миры умирают… Жатва движется… Зайдя однажды, помнит всегда… Хи-хи-хи…
Ну, блин, такой момент испортила. Я аж дыхание затаил, ожидая, чем закончится ее стишок.
— Это описание из одного древнего мира, в который пришла Жатва. Вообще-то, это праздник мертвых, и от разумных она требует лишь одного… Почести…
Я задумался, пока прятался на крыше одного из домов. Заодно проверил, не померла ли моя маленькая фея, которая снова вырубилась.
Дай угадаю, а почести — это когда прячешься дома?
— Именно! — даже обрадовалась она моему острому и безграничному уму.
Слушай, а я могу что-то поиметь сейчас от этой Жатвы? Может, сопру чего? А может усиление какое-нибудь заработаю? Ну, а что? Я человек, а люди алчные и немного жадные… Имею право.
— Немного? Пфффф… — не выдержала и прыснула от такой наглости Бездна. — Да люди одни из самых жадных и алчных созданий во всей Вселенной. Мне иногда кажется, что даже гномы не могут с вами сравниться. Просто люди недолго живут. И поверь мне, даже в мирах, где людям открыт доступ к долгой жизни, не так много долгожителей. Вы очень любите убивать себе подобных.
Как лично мне кажется, все любят убивать себе подобных.
— Тоже правда… хи-хи-хи…
Вот это Бездну сегодня плющит. Все равно не вижу никакой опасности в этой вашей Жатве. Ну, был призрак, а толку? Жнец? Хорошо, он выбрался из моей ловушки и летает где-то. Какая опасность?
— Эх… Разум — не самая сильная твоя черта, — тяжело вздохнула она. — Раз не хочешь думать, тогда добрая девушка сделает это за тебя. Если кратко, то у тебя есть мой поцелуй. Даже Жатва не видит тебя нормально. Вот из-за этого ей сложно тебя найти. Но не думай, что так будет всегда. Просто еще не пришли владыки и повелители. Да и умертвителей с их надсмотрщиками тоже не вижу… Слабенькая в этом мире Жатва в этот раз вышла.
А какие они бывают?
— Какие? — она крепко задумалась, и пока размышляла, тихонько посмеивалась про себя. — В одном из миров, как я помню, о Жатве сообщили всего за семь минут до ее начала, и тогда она опутала целый континент, а не два несчастных города, как сейчас, — звучит хреново, как по мне. — Очень… Для эльфов так точно… Они тогда потеряли около пятидесяти процентов всего своего населения. Жатва взяла свою цену за фестиваль.
Как много того, что я не понимаю. А о плюшках ни слова.
— Ладно, я поняла, что ты не отстанешь от меня, — по-доброму сказала она. — Ты можешь взять все, что угодно, вот только какой будет потом цена? Если ты используешь хоть что-нибудь из того, что было получено во время этой Жатвы, то она придет в твой мир. Хочешь такого?
Мне стало стыдно… Я хотел. Ой, как хотел… Но брать ничего не стал. Пока…
Жатва… Не знаю, насколько это опасно, так как пока не могу оценить, но вот красота… Она действительно завораживает. Несколько часов, по всему городку, то тут, то там, шныряли твари, которые выискивали всех живых которых только могли найти и поймать. Не пощадили даже домашний скот, который люди не успели спрятать. Единственное, кого они не трогали, что очень странно, это были кошки. Эти пушистые создания и тут в почете… Прямо сейчас перед пушистой жопой сидит рычащая тварь, размером с бульдозер, из которой слюна течет, как водичка из крана. А пушистик спокойно сидит, и лижет свои драгоценные причиндалы. Даже я убрался подальше. А он, блин, не боится и не убегает.
Но все изменилось в один момент, и твари вдруг пропали. Но за ними пришли мертвые. Их было очень много повсюду. На земле, на воде, и в небе. Разные расы и народности, многих из которых я никогда не видел. Они пели и танцевали. Другие общались между собой, и даже смеялись. Я не мог разобрать их речь, и словно находился под водой, где все было размыто. При этом, все они были одеты по разному. Видел мужика с короной на голове и в простой броне из коровьей кожи. А напротив него стоял непонятно кто, но могу зуб дать на спор, что у него была броня века так тридцать второго. Вся светится, и на голове технологичный шлем. За спиной у него не видно никакого оружия, как и на поясе, зато на груди висит эмблема его воинской части. Система наотрез отказалась комментировать, как и Бездна, кто он и откуда. Хотя я все-таки смог добить Бездну, и она выдала мне лишь одно слово.
— Неудачник…
И фиг знает, как ее понять. То ли это целая раса, то ли клан такой. Или же в их мире Жатва настолько простое дело, что умирают только неудачники. Непонятно…
Я лежал на соломенной, слегка влажной крыше, но постелил сверху одеяло, которое достал из инвентаря, и мне было тело. Лежал и смотрел в небо на представление. Там как раз начались спецэффекты и игра света. Души танцевали… Их танец завораживал. Силуэты превращались в энергию и закручивались в танце между собой. Энергия этих душ была разной. Одни большие, другие мелкие, кто красный, а кто черный, как сама ночь. Мне настолько все понравилось, что я даже не понял, как уснул. И проснулся лишь тогда, когда увидел румяного колобка из детских сказок, который приставил к моей голове дуло своего не игрушечного пистолета.
— Где тесто, Варг? — злым и недовольным голосом спросил меня этот ганстер, пожевывая в своем нереалистичном рту
