На неё показывали три стрелочки, нарисованные от руки. С обратной стороны тоже была инструкция. «Нажми на красную кнопку», говорила она. Вроде ничего перепутать не должен.
Я нажал и откашлялся.
— Начали, — сказал я.
— Принято, — прошипела рация.
И что дальше? Я хоть и не Король-Спаситель, но все эти новомодные устройства не понимал. Если меня услышали нужные люди, то всё должно начаться прямо сейчас.
— Помогите, — сдавленно прохрипел Валеран Дерайга.
Но его не услышали. Что-то взорвалось так сильно, что задрожали стёкла во дворец. Всё пошло, как надо.
Союзные войска сделали вид, что собрались штурмовать город, и начали обстрел. Пока всем, кто ещё не сбежал и не напился, будет не до нас.
— Продолжим, — сказал я. — Я смотрел на семью Громовых очень много лет, почти сотню. Помню Матвея Громова ещё совсем ребёнком, как он кормил черепах. Помню его жену и первенца, которого он мне показывал.
Валеран смотрел на меня, выпучив глаза. Я сел в кресло и потянулся к лежащим на столике яблокам. Хотя лучше их не трогать, вдруг ублюдок всё отравил.
— Ему было сто с лишним лет, когда его выбросили из окна. По твоему приказу, когда пришли убивать Громовых. И Павла в первую очередь.
— Я не виноват, — прошептал Дерайга.
— Не верю. Это была длинная цепочка, которая привела к тебе. Я убил наёмников, бандита по кличке Ворон, потом добрался до Отца Гронда. Потом пришёл к Наблюдателю Соколову. Тогда его пристрелил твой человек, но самое важное я успел услышать. У тебя мало времени, Валеран Дерайга. Говори.
— Я не мог иначе.
Рядом раздался ещё один взрыв, намного сильнее. Стекло едва выдержало.
— Я не мог иначе, — повторил он. — Он меня обманул. Всё дело в Инжи. Он слишком поддаётся чужому влиянию, слишком доверчивый.
— Я знаю. Но он неплохой парень, в отличие от тебя.
— А вот ты, — Валеран посмотрел на меня. — Мы боялись, что ты его убьёшь и займёшь его место. Он вообще не должен был быть Небожителем. Небожителем должен был стать ребёнок моей сестры.
— Поясни, я забыл, что там у вас было. Я помню, что у отца Инжи была сестра-близнец, которая погибла.
— Да, и она была Небожителем. Слушайте, если я вам всё расскажу, вы меня отпустите?
— Пока ты говоришь, ты жив, — я посмотрел ему в глаза. — А замолчишь, я начну ломать пальцы, один за другим.
Он дёрнулся от страха.
— Они были близнецами, но только она, Агли, была Небожителем и должна была стать Наблюдателем Огрании. А её ребёнок стал бы наследником.
— Но она погибла, насколько я помню.
А ещё, как я спрашивал родственников, отец Павла очень хорошо знал обоих близнецов. Но потом они отдалились.
— Мы так думали, — Валеран кивнул. — Во время восстания Чёрного Волка из Сидара она получила серьёзную рану. Все решили, что она мертва. Наш брат стал Наблюдателем, но он был обычным человеком. Линия Небожителей прервалась. И тогда Таргин взял сына Ирдлиха, Инжи, и вживил ему духа.
— Какого духа? — спросил я.
— Я не знаю. Инжи это очень плохо перенёс, чуть не умер. И ему с тех пор нужна Эссенция, чтобы выжить. Так что без неё ему недолго осталось.
— Продолжай.
— Но потом, через несколько лет, к нам прибыл… — Валеран вздохнул.
— Говори.
Где-то заголосил пулемёт. Несколько пуль ударились во дворец. В темноте снаружи видно зарево огня. Но это обычный пожар.
— К нам прибыл Влад Громов, твой отец, — продолжил Валеран. — И привёз к нам тебя.
Он опять замолчал.
— Продолжай, — сказал я громче.
— Агли погибла не сразу. Она уже тогда была беременна. Небожитель и будущая правитель спала с обычным клановым альтером. Если бы узнали, был бы скандал. Но когда началось восстание, всем стало не до этого. Чёрный Волк её ранил, но Влад смог спасти ребёнка.
— И оставил у себя в клане, — произнёс я.
— Верно. Влад потом говорил, что Агли просила подождать, она боялась за сына… за тебя.
Я кивнул. Это объясняло способности Павла, которые прекрасно работали с моими собственными, так что особо я не удивился. Остался только вопрос, почему способности палача так похожи на способности Небожителей. Но вряд ли я узнаю ответ в ближайшее время.
— Но через несколько лет он тебя привёз показать. Не помнишь этого?
— Здесь я задаю вопросы. Говори.
— Тебя видели только отец Инжи, хотя он уже почти ослеп к тому времени, и я. Мы тебя проверили, убедились, что ты сын Агли. И Дерайга, наш родственник. Кровь одна и та же.
— И законный наследник, — сказал я. — Вот почему вы отправили ребёнка назад.
— Тогда уже Инжи был назван Наследником. А Небожителей может быть только восемь, никогда больше. И кого-то из вас бы убили, Таргин безжалостный в таких вопросах. Скорее всего, это был бы Инжи, он самый слабый среди всех Небожителей. Твой отец просто пожалел парня. Увёз тебя в клан, готовил в наследники. Никто не должен был узнать, что ты Дерайга. Пока…
— Пока что?
Прямо за дверью раздался грохот автоматной очереди. Валеран посмотрел туда, не скрывая надежды. Кто-то выстрелил ещё раз, затем торопливо убежал.
— Для тебя надежды нет. Не молчи. Пока говоришь, ты жив. И не орёшь от боли. Пока что?
— Таргин Великий как-то узнал о тебе. Он вызвал меня к себе, и сказал, что ты проблема. Что от тебя нужно избавиться, или ты отправишься в академию, там заведёшь знакомства, узнаешь о прошлом, убьёшь Инжи и сам станешь Небожителем. А Таргин тогда выглядел старым, говорил, что не справится. И придётся с тобой покончить. Но если бы об этом узнали другие Небожители, они могли бы поднять восстание. Поэтому всё надо было сделать тайно, чтобы никто не узнал правду.
Я потёр виски. С каждым разом узнаю всё больше и больше неприятного. Но шаг за шагом, и я приближаюсь к цели. Как сейчас. Остальное потом.
— Я услышал всё, — сказал я. — На этом мы и закончим. Приговор — виновен.
Я приподнял его и отшвырнул к стене. К тумбе, на которой стоял бюст Таргина Великого, приделанный к механизму открытия тайной двери. Ну что же, старик опять повлияет на эти события ещё раз.
— Последнее слово? — спросил я.
— Нет! — вскричал Дерайга. — Он знал о тебе с самого начала, он просто выжидал! Я знаю, почему он сказал об этом так поздно! Я догадался.
Я взял бюст Таргина за макушку и немного наклонил. Тяжёлый. Если упадёт на голову Валерана, раздавит.
— Знаешь, как проверяют, будет ли ребёнок Небожителем или нет? — вскричал он.
— Дают Эссенцию, — ответил
