глупые. Пытаются казаться умными философами, а поют глупые вещи. Очевидные, напыщенные, пафосные. Но не злые. Так можно много направлений перебирать, но никто не покажется злым. Вы что-то конкретное имеете в виду?
— Хорошо, что спросили. Мне кажется, злая не сама музыка. А тот момент был злой, когда я её услышал. Было много злости. Зубов оскал, удар, — сказал Витя, аккуратно сделав жест рукой, изображая удар, но он не хотел никого задеть.
— Что ж, с музыкой мы немного разобрались, и, слава богу, — Лере стало неуютно.
Они ненадолго замолчали.
— Вы верите в бога? — спросил Виктор.
— Да. А вы?
— Не верю. Больше хочется верить не в то, что есть какое-то всевышнее существо, а в то, что есть справедливость. Настоящая высшая справедливость, позволяющая сохранить баланс, равновесие мира.
— Про высшее существо мне тоже думать как-то неуместно. Просто я верю, что есть божественное. Всё хорошее есть от бога, а остальное придумали люди. И мне тоже хочется верить в справедливость. Точнее, не верить, а знать, что она на самом деле есть…
— Знать, а не утешать себя тем, что всё получаешь по заслугам. Даже если заслуг никаких нет, — перебил девушку Виктор.
Ему понравились эти мысли. Жаль, что он вскоре всё забудет.
— Да, вы правы, — согласилась Лера.
Она немного боялась бесед на религиозную тему. Для неё религия всегда была слишком личной темой.
Они поболтали ещё обо всём и ни о чём. Успели затронуть даже философские темы. В середине их разговора в вагон зашли контролёры, проверили у молодых людей билеты и неспешно удалились. Несмотря на содержательную беседу, для Леры время шло медленно, она немного нервничала. Для Виктора понятия времени не существовало.
— А куда вы едете? — спросил Виктор.
— В смысле, до какой станции? До конечной еду. Я сама родом из той деревни. В городе приходилось комнату снимать. А вы откуда родом?
— Я родился в городе, — с лёгкостью вспомнил Виктор. — Тоже еду до конечной.
— В гости?
— Нет, — честно ответил Витя.
Но дальше замешкался с ответом, забыв о цели своей поездки.
— Простите, я лезу не в своё дело! Можете не отвечать, я просто так спросила, — извинилась Лера.
— Всё нормально, — сегодня Витя был в хорошем расположении духа.
По крайней мере, в эти мгновения.
Наступила неловкая пауза. Мужчина впал в некое подобие транса, глядя перед собой. Его мозг вновь начал совершать некую перезагрузку, стирая информацию, добытую за последние минуты.
— Я должен сказать, что у меня серьёзные проблемы с психикой. Точнее, что-то не так с памятью. Я не знаю. Извините.
— Но по разговору вы не производите такого впечатления, — сказала Лера.
Хотя она успела заметить, что иногда её собеседник задавал повторяющиеся вопросы, правда, в другой формулировке.
Виктор изложил скоропостижно пришедшие ему в голову мысли:
— С подросткового возраста я стал немного замкнутым. Точнее, не немного, а много. Мне не нравилось общаться с людьми. Я тогда думал, что я сумасшедший. Но я взрослел, социализироваться стало просто жизненно необходимо, надо было начать общаться с людьми, хотелось мне этого или нет. И чем больше я общался с людьми, тем больше понимал. Понимал, что сумасшедший не я. А потом общение наладилось, и я стал таким, как все. Сумасшедшим.
— Хорошо, что к вам приходит понимание этого. У вас всё в порядке с самооценкой. А у меня наоборот. Я понимаю, что люди могут вести себя неправильно, но всегда нахожу оправдание их поведению. Для себя же я оправдания не нахожу, и это тревожит меня.
Странный получался для неё разговор. Она была слишком болтлива, несмотря на внутренний дискомфорт. Но девушка списала это на то, что у неё был серьёзный стресс в последнее время, и эта общительность не более чем необходимость в том, чтобы высказаться. Быть услышанной тоже важно, но не так уж и обязательно.
— Вы совершаете неправильные поступки? — поинтересовался Виктор, ведь девушка ненадолго показалась ему ангелом.
— Все их совершают. Вот, например, после школы я поступила в техникум. Получила диплом. Потом собралась поступать в институт на бюджет. Но провалила экзамены. Отец меня чуть не убил. Что ж, попытаю счастья в следующем году, — рассказала Лера про основную причину своих переживаний.
— Но это ж не проступок! Этим вы никому не причинили зла. Разве только себе и своему будущему. И то, про будущее вопрос очень спорный. У меня есть диплом, но в жизни мне больше понадобилось умение не бросать начатое дело, трудолюбие и внимание к деталям.
— По крайней мере, мой отец считает, что это большая трагедия…
— И вы начали считать также? — перебил Витя.
— Для меня это тоже трагедия. Но, помимо своих переживаний, для меня ещё и неприятны периодические упрёки от отца. Моя неприятность стала неприятнее в два раза, когда я не получила поддержки от близкого человека.
— У меня нет родителей. Но когда они были, я прекрасно справлялся и без их поддержки. Ждать от кого-то поддержки очень ненадёжное мероприятие. И не нужное.
— Да, но многим людям важна моральная сторона вопроса. Доброе слово лечит, даёт сил.
— Со временем вы поймёте, что в жизни важнее материальная составляющая, а не моральная. Вкладывать в чувства невозможно. Это ненадёжный депозит. Это лишние расходы, не всегда приносящие доходы. Поэтому лучше копить деньги, чем чувства.
В вагон снова вошли контролёры. Проверив билет у Леры, грузная женщина отказалась принимать билет от Виктора.
— Вы проехали свою остановку!
— Этого не может быть! — возразил Баюнов.
— У вас билет до пятой зоны, вы проехали свою остановку!
— Я еду до конечной!
— Конечная — это десятая зона! Платите, или сейчас высадим!
— Твою мать! — с чувством сказал Виктор.
Он порыскал по карманам, достал пакет с записной книжкой. Больше в его карманах ничего не было.
— Высаживайтесь, — настаивала женщина.
— Нет! Мне надо! — начинал злиться Виктор.
Он начал тяжело дышать, нервничая. Его разум перестал понимать, кто все эти люди, что его окружили, и что вообще происходит.
— Я заплачу. Скажите, пожалуйста, сколько нужно заплатить?
Лера заплатила за Виктора, контролёры ушли. Мужчина быстро успокоился, перелистывая страницы своей записной книжки. Лера не смотрела, что было написано в его книжечке, хотя ей очень хотелось. Она отвернула голову к окну, там продолжал мелькать однообразный пейзаж, состоящий из столбов да деревьев, разбавляемый деревеньками и остановочными пунктами.
Виктор вновь убрал блокнот в пакет. А пакет спрятал во внутренний карман пиджака. Сказал:
— Я, похоже, потерялся. Но мне от этого стало только легче.
— Вам нужна помощь? — с готовностью спросила Лера.
— А кому она не нужна? Я думаю, каждому нужна помощь.
