где грузимся углем до полного запаса, придем туда завтра на рассвете, а вечером уходим в Канн.
Тело покойного великого князя примет «Богатырь», а мы будем вместе с «Дианой» конвоировать до Дарданелл. В каком месте будем ждать «Богатырь», еще неизвестно. Обидно, что не придётся конвоировать до Севастополя.
10 декабря утром в Вильфранш, потому что Канн ― совершенно открытое место, а теперь бывают свежие погоды.
Французы оказали великому князю чуть ли не императорские почести. Перед уходом было объявлено, что весь отряд идет в Севастополь. Мы были довольны, потому что проход Дарданелл отрядом ― случай, которого уже не было 80 лет. Погода на редкость хорошая.
15 декабря в 8 часов утра пришли в Чанаш (Дарданеллы). Приехал посланник и объявил, что мы в Севастополь не идем, так как разрешение на проход дано только одному «Богатырю». Оказалось, что с самого начала разрешение было дано только одному «Богатырю», но великий князь Николай Михайлович, сопровождавший тело, захотел, чтобы весь отряд следовал до Севастополя, и послал телеграмму своему брату великому князю Алексей Михайловичу с просьбой испросить на это разрешение. Тот обратился к государю, который согласился, но сказал, что надо испросить разрешение у держав. Кто-то дал телеграмму Николаю Михайловичу, что идти можно, на самом деле разрешения не было. В 8 часов вечера мы снялись с якоря и пошли: «Богатырь» ― в Севастополь, а «Диана» и мы ― в Смирну. У меня было впечатление, что меня кто-то ударил по лицу. Тут я почувствовал, насколько Россия слаба, что даже этого ига сбросить не может.
16 декабря утром пришли в Смирну, а 20 декабря в 8 часов утра ушли в Неаполь. Около 2 часов дня в Хиосском проливе мы проходили Чесменскую бухту. Адмирал решил отслужить панихиду. После постановки на якорь съехали на берег: адмирал, командиры, офицеры, гардемарины и команда. Против этого места, где был бой, выстроена маленькая, очень изящная часовня, сторожит ее один черногорец. Наши священники отслужили панихиду, после которой мы вернулись и пошли дальше.
22 декабря около 4 часов дня проходили Мессину. Когда подошли ближе, то увидели сплошные развалины, главным образом, около набережной. Много ещё работы, чтобы это разрушить, а потом создать снова.
23 утром пришли в Неаполь. В первый же день прихода к нам приехали монахини собирать в пользу пострадавших в Мессине, на другой день опять. В первый же день прихода кто-то прислал командиру букет цветов. Так как командира не было на корабле, то цветы поставили ему в каюту. На другой день прислали ветку цветов при следующем письме: «Ассоциация садовников города Неаполя прислала Вам вчера букет цветов, но так как не получила ответа на своё письмо, то посылает эту ветку, желая выпить за здоровье русского флота».
26 декабря ― день рождения королевы Италии, а поэтому мы получили много приглашений. Началось с того, что пригласили 50 человек команды при офицерах и гардемаринах для осмотра национального музея, а потом 100 человек для осмотра Помпеи. Вечером прислали 8 мест в кресла и ложи для офицеров, 23 места для гардемарин и сто мест для команды в театр Сен-Карло. Шла «Богема». Офицеры были в форме. Два раза по требованию публики играли наш гимн. Я в театре не был, так как устраивал спектакль команде, т. е. я ничего не устраивал, а только его принимал, так как ни командира, ни старшего офицера на судне не было. Были поставлены две пьесы: «Ночь перед Рождеством» и «Денщик подвёл». Обе пьесы были сыграны очень хорошо.
27 декабря ездил с командой в Помпею. В 8 часов утра на берегу нас встретила администрация города, нас посадили на трамвай и повезли в Помпею. Я оттуда вернулся в полном восторге, так было интересно и хорошо, и даже накормили завтраком.
29 декабря ушли, а 30 октября пришли в Тулон. Вернулся из Севастополя «Богатырь».
2 января к нашему отряду присоединился «Олег», которым командует великий князь Кирилл Владимирович, но на нем никаких учеников нет.
9 января ушли в неизвестный порт, оказывается, в Суду (Крит). 16 января ночью была получена телеграмма, по которой «Олег» рано утром ушел в Пирей. 24 января в 8 часов утра пришли в Фалеро (пляж перед Афинами). На рейде кроме нас английский броненосец и крейсер.
28 января ушли в Порось. Отличная бухта, недаром 100 лет тому назад адмирал Ушаков облюбовал ее как свою базу. Провели наши стрельбы, причем щитом служил маленький пустынный островок. Провели все гонки и нормальные занятия. Для отдыха ходили гулять в горы.
18 февраля ушли в Саламинскую бухту.
21 февраля ушли в Гибралтар.
28 февраля ушли и 2 марта пришли в Виго.
9 марта ушли и 11 марта пришли в Шербург.
16 марта ушли, а 20 марта пришли в Киль.
23 марта во время угольной погрузки упал за борт человек, расшибся и потонул. Через час водолазы нашли тело, откачать не удалось. Ни командира, ни старшего офицера не было, так что пришлось орудовать мне. 24 марта похоронили нашего матроса на местном кладбище. Во время отпевания наш священник сказал в своей речи, что в смерти этого матроса виновато начальство, потому что устраивает спортивные угольные погрузки, никому не нужные. В результате адмирал донес о нем министру.
28 марта ушли и 30 марта пришли в Либаву. На переходе «Эос» издал последний заграничный номер:
Расставаясь с тобой, о богиня зари,Мы повергнуты в сильное горе.Ты надеждою нас, уходя, подари,Что вернемся мы в южное море.Беззаботно, как прежде, мы будем гулять,Светлый луч твой ловя на просторе.Лишь шепни в главный штаб, чтоб послали опятьОбучать молодых на «Авроре».(Это принадлежит перу Алексея Николаевича Жохова.)
В Либаве были экзамены, смотр министра Эссена и т. д. 10 апреля ушли в Кронштадт.
6. «Аврора». Лето 1910 года. Учебный отряд морского корпуса
После плавания получил небольшой отпуск. 28 апреля назначен старшим офицером «Авроры». В прошлом году Воеводский хотел назначить меня старшим офицером на «Диану» и поручил Гельмерсену пощупать почву, я ему ответил, что предпочитаю быть минным офицером на «Авроре», чем старшим офицером «Дианы». Должность эта исключительно тяжелая, и лучше отбыть ее на своем корабле со своими людьми.
12 мая ушли в Биоркэ и, простоявши там недолго, ушли в Балтийский порт.
9 июня ушли в Копенгаген и 11 поздно вечером туда пришли. Лесков здесь все эти дни опять изводится, здесь опять пошли обеды. Адмирал и командиры должны представляться королю, потому что государь просил адмирала передать свой поклон королю.
17 июня вернулись обратно в Балтийский порт. Мои нервы средние, впрочем, это необходимая принадлежность старшего офицера. Могу сказать, что эта должность мне даром не дается. Хорошо, что в кают-компании мы живем хорошо, а то было
