Пока они болтали, в баре становилось все более шумно, и им пришлось подвинуться ближе, чтобы лучше слышать друг друга. По правде говоря, Сэм нарочно старался говорить тише, чтобы Чарли подсела к нему. Блейк поздравил себя, вспомнив этот старый трюк.
Ему так и хотелось рассказать ей о своих журналистских планах и спросить, о чем мечтает она, но тогда разговор стал бы слишком серьезным. Впрочем, Сэм и так был довольно серьезен, только его профессиональные планы не имели отношения к беседе.
Сэм как бы ненароком рассказал ей парочку двусмысленных анекдотов. Чарли не стала прикидываться, что не понимает их, но и не смеялась, а лишь слегка улыбнулась, и ему это очень понравилось.
Блейк даже не помнил, кто из них первым предложил узнать, есть ли в отеле свободные номера. Однако часов в десять он обратился за помощью к одному своему приятелю, работавшему в «Хилтоне», с просьбой уступить один из тех номеров, которые всегда придерживали свободными на случай неожиданного приезда какой-нибудь знаменитости. Сэма, спортивного журналиста, конечно, нельзя было счесть знаменитостью, но он вращался среди известных спортсменов и болельщиков, которые любили заключать всевозможные пари, и, как человек, просвещенный в области спорта и жизни спортсменов, мог снабжать спорщиков интересной информацией.
Вернувшись, Блейк обнаружил, что Чарли сама заплатила за выпивку по кредитной карточке. Она так сильно нервничала, что он опасался, как бы она не сбежала прямо из лифта. К счастью, вместе с ними в лифт вошла целая толпа гуляк, и они вдвоем оказались прижатыми к задней стенке. Чарли стояла, глядя прямо перед собой, но Сэм сомневался в том, что она видит хоть что-то.
Слава Богу, она не прикрыла голову полой жакета, чтобы скрыть лицо.
Войдя в лифт первыми, они вышли из него последними и молча ступили на нужный этаж. Дойдя до номера, Блейк жестом предложил Чарли войти. Она перешагнула порог и тут же зажгла свет, бормоча что-то невнятное о каком-то мнении, точнее, о втором мнении. Ее слова были совершенно непонятны Блейку, а потому он тут же забыл о них.
Они находились в просторной комнате с отличной мебелью и балконом, выходившим на набережную. Вздохнув, Чарли бросила сумочку на широченную кровать, накрытую золотистым покрывалом.
– Я здорова, если вас это интересует, – сообщила она.
– Я тоже, – сказал он, вынимая из кармана бумажник и бросая его рядом с сумочкой Чарли. – И я приготовился.
Она побледнела как полотно.
– Вы что же… собираетесь заплатить мне?
– Да нет, я имел в виду презервативы, – поспешил успокоить ее Сэм. – Я держу тут несколько штук.
Чарли покраснела.
– А-а, – протянула она, постаравшись взять себя в руки. – Полагаю, вам нравится быть готовым к таким вещам. Вдруг пригодится.
. – Я купил их как-то, назначив свидание одной девушке, – объяснил он. – Очень давно. Презервативы тогда не понадобились.
Чарли посмотрела сначала направо, потом налево, затем опустила глаза и разгладила юбку.
– Интересно, – прошептала она, – куда из моей крови подевался весь алкоголь?
– Ты совсем трезвая, – возразил он.
– Нет, не совсем, однако отдаю себе отчет в том, что происходит.
– Вот и отлично. – Блейк помолчал, а потом добавил задумчиво: – Ты ведь никогда ничего такого не делала, да? Ты уверена, что хочешь этого?
И опять ее реакция поразила его своей непредсказуемостью.
– Так ты передумал, да? – равнодушно спросила она. – Я так и знала, что ты передумаешь.
– Ни за что, Чарли, – проникновенным голосом произнес Сэм.
Сбросив куртку, он легко поцеловал ее – просто для того, чтобы попробовать губы на вкус. Сэм уловил привкус лимона, текилы и соли. И еще он почувствовал вкус рая, тут же обругав себя за то, что в его журналистском мозгу могло родиться подобное избитое сравнение.
Сняв с себя жакет, Чарли бросила его поверх куртки Сэма, а потом крепко прижалась к нему.
Рай – недостаточно сильное сравнение, когда речь идет о том, чтобы провести время с такой женщиной, как Чарли, подумал Блейк.
Глава 3
Шарлотта обнимала Сэма, и ей казалось, будто она впервые обнимает мужчину. Шарлотта крепко сжимала его плечи, руки, поглаживала рубашку и вообще все, до чего могла дотянуться. Признаться, больше всего ей хотелось поскорее снять с Сэма одежду, чтобы взглянуть на его нагое тело, но она постаралась сдержать свой порыв. Если не контролировать себя, то он, чего доброго, передумает и бросится к двери.
Шарлотта опять была готова заплакать. Подумать только, они еще и пяти минут не провели в гостиничном номере, а с ней уже невесть что творится! Если он и впрямь вздумает уйти, то она в таком настроении того и гляди начнет молить его остаться.
А ведь в баре все так хорошо начиналось! Нет, она настоящая обманщица. И ко всему прочему жалеет себя.
Существовала, впрочем, еще возможность того, что он останется, а убежит она. Все ощущения перемешались, она чувствовала, что постепенно впадает в панику.
Шарлотта мысленно дала себе пощечину. Сэм никуда не уйдет – как и она. Нельзя терять шанс доказать себе, что она полноценная женщина. Рядом с ней находится настоящий мужчина, способный ей помочь. Скользнув ладонями вниз по его рукам, Шарлотта положила голову на теплый изгиб плеча Блейка. Да, без сомнения, этот мужчина – образец мужественности.
Вообще такие, как Сэм Блейк, встречаются очень редко. Он привлекателен, полон мужской силы, имеет чувство юмора и понимает женщин. Во всяком случае, именно таким его видела Шарлотта.
Она почувствовала тепло его ладоней у себя на спине, затем сильные руки обхватили ее талию и осторожно погладили ягодицы.
Итак, он не убежит от нее. А пока он остается, не уйдет и она.
Шарлотта поежилась в предвкушении того, что должно было произойти между ними. Дрожа, она ласкала его шею, плечи, руки. Да уж, он очень сильный мужчина. Похоже, ее ждет восхитительная ночь, потому что Сэм поистине великолепен. И то, что она знала научные названия всех частей его тела, не уменьшало их привлекательности.
Сэм поцеловал ее в губы.
– Оставить или убрать? – спросил он, касаясь губами ее рта.
Оставить или убрать – что? Шарлотта не поняла, что он имеет в виду.
– Я спрашиваю, свет выключить или нет? – переспросил Сэм, так и не дождавшись ответа.
– Выключи. Можно оставить шторы открытыми и любоваться иллюминацией.
– Не думаю, что мы будем смотреть на уличные огни, – усмехнулся он.
Она заставила себя посмотреть ему в глаза:
– Может, и не будем.
Подмигнув Шарлотте, Сэм выключил свет. Надо же, она в таком состоянии, что ничего не понимает с первого раза.
