Читаем без скачивания Белый кролик - Мэри Чейз

Сандерсон. Мистер Дауд, вы мне очень нравитесь.

Элвуд. И вы мне нравитесь, доктор. А мисс Келли еще больше. (Ищет глазами мисс Келли, которая подошла к шкафу; вскакивает. Келли поспешно опускается на стул. Элвуд делает знак Гарви и тоже садится.) Она мне очень нравится.

Сандерсон. Итак, ее надо на время поместить сюда. При таких обстоятельствах я бы запер в лечебницу даже свою бабушку.

Элвуд. А разве ваша бабушка тоже пьет?

Сандерсон. Да нет, я просто так выразился. Значит, вы подпишете, что разрешаете ее на время поместить в лечебницу? Как ближайший родственник. Это — необходимая формальность.

Элвуд (встает). Нет уж, доктор, пусть лучше это сделает Вета. Она всегда у нас в семье все подписывает и всем заправляет. У нее это чудно получается.

Сандерсон. Мы не можем ее сейчас беспокоить.

Элвуд. Тогда, может, мне поговорить с судьей Гафни?

Сандерсон. Вы расскажете ему это потом. Сошлитесь на меня. Имейте в виду, вы можете заглядывать сюда в любое время и наводить справки. Буду очень рад вас видеть. Я напишу вам постоянный пропуск. Когда вам хотелось бы заехать? В среду? В пятницу?

Элвуд. Вы оба с мисс Келли были так любезны, что я, пожалуй, заеду сразу же после обеда. Скажем, через часок.

Сандерсон (несколько удивлен). Что ж… мы, правда… тут очень заняты, но прошу вас, пожалуйста…

Элвуд. Да мне, в сущности, и сейчас незачем уходить. Я не очень голоден.

Сандерсон. Я буду рад, если вы останетесь. Но нам с мисс Келли надо подняться наверх. Работы по горло — но знаете, что бы я вам посоветовал?

Элвуд. Что бы вы мне посоветовали?

Сандерсон. У нас это, правда, не полагается, но чтобы у вас было спокойно на душе и вы знали, что ваша сестра в надежных руках, может, вы осмотрите нашу лечебницу? Если вы пройдете в ту дверь и свернете налево, вы увидите терапевтический кабинет, зимний сад, библиотеку и диетическую кухню.

Элвуд. Ради Веты мне, пожалуй, стоит это сделать.

Сандерсон. Ну вот и прекрасно. (Он жаждет прервать это свидание. Встает. Пожимает руку.) Мне было очень приятно с вами побеседовать, мистер Дауд. (Дает ему пропуск.)

Элвуд (направляясь к мисс Келли). Я тоже получил большое удовольствие от знакомства с вами и мисс Келли.

Сандерсон. И должен признать, что для человека несведущего вы проявили глубокое проникновение в вопросы психиатрии.

Элвуд. Да что вы? Вот не подозревал, что я в этом разбираюсь. Ведь толком-то никто в этом деле не смыслит?

Сандерсон. Это правда, хорошие психиатры на улице не валяются.

Элвуд. Смотря по какой улице. Но раз вам всем так приятно, чего же расстраивать компанию? Пойдемте со мной к «Чарли» и выпьем. Когда мне с людьми хорошо, я не люблю с ними расставаться.

Сандерсон. Увы, мы на дежурстве. С удовольствием как-нибудь в другой раз.

Элвуд. Когда?

Сандерсон. Затрудняюсь сказать. Мы с мисс Келли кончаем работу не раньше десяти вечера.

Элвуд. Ну давайте пойдем в десять.

Сандерсон. Но…

Элвуд. А вы, мисс Келли?

Келли. Я… (Смотрит на Сандерсона.)

Сандерсон. Доктор Чамли не поощряет семейственности у своего персонала, но раз вы проявили такую терпимость, может, мы и в самом деле пойдем?

Элвуд. Я заеду за вами на такси в десять часов, и вчетвером мы весело проведем вечер. Мне хочется, чтобы вы оба поближе сошлись с моим лучшим другом. Но вы сказали, что не стоит с этим торопиться, и я подчиняюсь. До свиданья. (Жестом прощается и с Гарви, машет всем шляпой, выходит.)

Сандерсон. Черт, еле-еле пронесло! Но он, кажется, парень довольно разумный. Правда, он самолюбив, и я на этом сыграл. К любому человеку можно найти подход, если, конечно, знаешь, как. Ну, а теперь пора взглянуть на эту самую Симмонс. (Идет к двери.)

Келли. Доктор Сандерсон… (Он оборачивается.) Вы говорите, что умеете найти подход к любому человеку? Но как?

Сандерсон. Этому надо учиться. Нужны годы и годы специальной подготовки. Во всем этом деле с Даудом мне не нравится только одно.

Келли. А что?

Сандерсон. Вот это свиданье с ним. Он расстался с нами по-дружески и будет повсюду расхваливать нашу лечебницу — мне-то, конечно, придется с ним пойти, но вам — совершенно не обязательно!

Келли. Да?

Сандерсон. Не вижу в этом никакого смысла. Я с ним выпью стаканчик, похлопаю его по плечу — и все! У меня к тому же сегодня другое свидание.

Келли (ледяным тоном). Ах вот как?.. Пожалуйста! Я все равно и не собиралась идти. Скучища — от одной мысли зубы сводит. Я бы не пошла, даже если бы мне больше некуда было деваться. Убейте меня, не пойду!

Сандерсон (подходит к ней). Что с вами? С чего это вы так разнервничались?

Келли. Может, он чудак, и одет комично, но он умеет себя вести. Он прекрасно воспитан.

Сандерсон. Я видел, как вы ему строили глазки. Я все заметил, не беспокойтесь!

Келли. Он не садился, пока я не сяду. Он сказал, что я очень красивая, и называл меня «деточкой». Я бы с радостью с ним пошла, если бы вас там не было.

Сандерсон. Еще бы! А что он собой представляет? Только и знает, что шляться по барам. Не работает. Все эти дурацкие поклончики и вскакивания со стула — смотреть тошно. Господи, да это же так старомодно, как нюхательный табак. Но вы, конечно, пойдете с ним в бар, выслушивать его любезности… Странная женщина…

Келли. Я вам скажу, кто вы такой… Вы…

Справа появляется великий Уильям Чамли. Это плотный красивый человек лет 57-ми. У него седые волосы и пенсне, которое он время от времени снимает и для пущей важности постукивает им о ладонь. Элегантно одет. Самоуверенный, барственный и чванный господин. Он — хороший специалист и это знает.

Чамли (входит с книгой в руках). Доктор Сандерсон! Мисс Келли!

Они отскакивают друг от друга и вытягиваются, как новобранцы перед фельдфебелем.

Келли и Сандерсон. Да, доктор?

Чамли. Скажите садовнику, чтобы он получше разрядил зелень вокруг моих георгин, вдоль забора. На будущей неделе их можно будет срезать. Ну, как с этой женщиной, которой мерещится большой белый кролик? Вы уладили эту историю?

Сандерсон. Да, доктор. Я поговорил с ее братом, и он вел себя вполне разумно.

Чамли. У меня было много пациентов, которым мерещились разные животные, но ни одного, у кого оно было бы таким громадным. (Ставит книгу в шкаф.)

Сандерсон. Да, доктор. Она зовет его Гарви.

Чамли. Гарви… Необычное имя для животного вообще. Гарви — мужское имя. Я знавал на своем веку много Гарви, но никогда не слышал, чтобы так называли животное. Это весьма любопытный случай.

Сандерсон. Да, доктор.

Чамли. Я сейчас поднимусь с вами наверх и осмотрю эту женщину. Может, нам удастся попробовать на ней мою инъекцию 977. Я вас проконсультирую насчет ее лечения, доктор.

Сандерсон. Спасибо, доктор.

Чамли (направляется к двери, но вдруг, сурово выпрямившись, останавливается на ходу). Но позвольте… что это за пальто и шляпа и что они делают тут на столе? Чьи они?

Сандерсон. Не знаю. А вы не знаете, мисс Келли? Это не Дауда?

Келли (берет пальто и шляпу). Он был в шляпе, доктор. Может, это оставил родственник одного из больных?

Чамли. Дайте мне шляпу! (Берет, рассматривает ее изнутри.) Может, здесь есть мета… Ага… что это… что это? (Просовывает два пальца в дырки.) В тулье прорезаны две дыры. Смотрите!

Келли. Как странно!

Чамли. Какая-то новая мода. Уберите эти вещи. Повесьте куда-нибудь, спрячьте! (Келли уносит их налево.)

Навстречу Чамли появляется Уилсон.

Уилсон (который очень почитает д-ра Чамли и очень его любит). Привет, доктор Чамли! Как поживаете?

Чамли. А, вот и вы.

Чамли берет со стола пачку записей и начинает их просматривать. Возвращается Келли.

Чамли. Прилично, благодарю вас, Уилсон, прилично.

Уилсон. Послушайте, кто-нибудь должен мне пособить с этой дамочкой. Может, надеть на нее смирительную рубашку? Или еще что-нибудь. Сладу с ней нет никакого. (Келли.) У вас, видно, все из головы выскочило! Ну что ж, корсет я с нее стащил сам.