Читаем без скачивания Лежебока 2 - Антон Сергеевич Федотов

условности между будущими родственниками ни к чему.

— ACTA NON VERBA, да? — Вполне себе вежливо улыбнулся я.

Избранник сестренки на первый взгляд полностью отвечал родовому девизу, который в моей вольной интерпретации звучал как «звездеть — не мешки ворочать», а в оригинале: «дела — не слова».

— Моя невеста описывала тебя немного… Иначе.

— Жизнь заставила меняться. — Традиционно уже отшутился я под фырк Мещерской.

Ей я погрозил пальцем, первым делая шаг в сторону вожделенных прохладительных напитков.

Наша разрастающаяся уже компания вежливо посмеялась и направилась вслед за мной. Далеко мы, правда не ушли.

— Ты!

«Да что за вечер-то такой… Бессмысленных восклицаний!», — Только и успел подумать я, рассматривая фигуру того самого зачинщика моей травли в Гимназии.

Кажется, у него тоже имелись проблемы с узнаванием. А так же с гневом. Осталось лишь понять вообще или в мой адрес лично?

— Господин Третьяков. — Коротко кивнул я, не испытывая особого желания общаться.

Однако от меня тут мало что зависело. Хотя я искренне не понимал, чем именно вызвал его неудовольствие еще тогда. Нет, дворянская честь и все такое прочее — оно понятно. Но почему ТАК⁈ Меня ведь действительно пытались серьезно покалечить…

Вопросы, вопросы… Нет вам ни конца ни края.

— Удивлена, господин Демидов. — Коротко кивнула его спутница.

Та самая Тамара Кошкина, изволившая меня водной плитой в госпиталь отправить. Впрочем, это старый Демид мог бы на нее обидеться. Но в нынешних обстоятельствах… Сам не досмотрел!

И вновь расшаркивания друг перед другом. А как иначе? По-другому нельзя. Традиции, чтоб их об пень да в поле трехрядком разложить! Только тональность ныне другая. На грани формальной вежливости до меня попытались довести, что видят меня ниже плинтуса и вообще присутствие мое считают едва ли не канцелярской ошибкой.

— Интересные у вас друзья. — Прокомментировал Никита.

Нет, он мне и вправду нравится! Скользит так же на грани. Слова приличные, но свое отношение подобному поведению высказал достаточно ясно.

— Видишь ли, друг мой! — Негромко сказал я. — Путь достижения власти, влияния и положения в обществе — довольно скользкая тропка. И иные, слабые духом личности, избирают на нем короткие пути. Ведь что может быть проще, чем силой своего «авторитета» сотворить «суд» над выбранным «слабаком»? Казалось бы, беспроигрышный вариант…

Лицо Третьякова перекосило. Буквально. Словно все зубы разом напомнили о необходимости своевременного посещения стоматолога.

— Неееет, Владимир! — Протянул я с легким смешком. — Только не говори мне, что ты так и не смог воспользоваться той ситуацией!

— Школьный совет решил, что подобное поведение недостойно дворянина. Даже дуэльный клуб сказал свое веское слово. — Усмехнулась Мещерская.

Я удивленно приподнял бровь. Эти-то как раз всегда были за любой подобный движняк.

— Напали толпой. Победить не смогли. Если бы не удар в спину… — Китти развела руками, не желая продолжать.

— Кстати, Тамара Андреевна, — Едва заметно поклонился я Кошкиной. — Позвольте отметить, удар был великолепен. Выбор момента, скорость, исполнение… Я восхищен!

Глаза девушки округлились. Вот уж не знаю, чего она ожидала, но как по мне, она и впрямь очень грамотно себя повела. Я не про этичность момента, а про эффективность.

А вот Владимиру мои слова отчего-то очень не понравились… Или тот эффект, который они произвели на его, я так понимаю, женщину.

Он якобы случайно качнулся вперед, выплескивая часть содержимого своего бокала.

Ответное движение я начал едва ли не одновременно с ним… Просто отступая в сторону. Шампанское не задело никого, лишь оставив след на плитке одной из дорожек.

— Вы не очень ловки. — Вынужден был признать я ровно.

Третьяков выглядел сконфужено. Задуманное было исполнено действительно топорно. Ни у кого не осталось сомнения, что произошедшее — случайность. А тут тоже момент — красиво исполненное «нападение» общество, как минимум, поймет и оценит изящество исполнения. А вот такое… Ну, выглядит глупо.

— Вот был ты уродом, так им и…

Все, это было прямое оскорбление. На миг, кажется, я даже успел почувствовать, как внутри меня сжалась тугая пружина… И расслабилась вновь. Он сейчас не меня «мочит», а хоронит свою репутацию. Он бы это еще при хозяевах дома провернул!

— Не забывайте о вежливости! — Произнес знакомый голос за моей спиной.

Я и не подозревал, что он может звучать так мягко… И при том температуру иметь явно ниже нуля.

Все развернулись и коротко поклонились приветствуя наследницу.

— Наталья Григорьевна, — попытался оправдаться Третьяков с явно различимым заиканием в голосе. — У нас тут спор возник…

Да и румянец у него на щеках выступил нездоровый. Да уж… Такое исполнить в доме Высшего рода — это умудрится надо.

— Привет, Наташа! — Не дал закончить ему я.

А что? Имею право. Как никак, он тут «поживиться» за мой счет собирался. А такое простить можно, конечно, но…

Теперь застыла и сестренка со своим молодым человеком. Я только что допустил ГРУБЕЙШЕЕ нарушение. Если только не…

— Привет, Демид. — Немного устало махнула рукой она. — Набегался?

Теперь уж и я едва не поперхнулся. Такой интерпретации моего поступка я не ожидал. Но никакого осуждения в голосе ее не было. Скорее, констатация факта.

— Набегался. — Вынужден был признать.

— На этот раз ты проскочил между каплями дождя, — все с той же улыбкой сообщила она. — Но в следующий раз я сломаю тебе шею. Лично.

Температура вокруг ухнула на несколько градусов вниз. Водница продемонстрировала лишь часть своего Дара. И, как в том анекдоте, «было не вкусно, но хватило всем!».

Да-да, такие мероприятия нередко для того и проводятся. Чтобы в очередной раз продемонстрировать силу своей Семьи. Это офигенно тонкий «язык». Примерно как тот лед, по которому я прошелся совсем недавно. Малейшая ошибка в жесте или интонации, и вот ты уже нанес страшное оскорбление. А так и до Войны родов недалеко.

Ничего умнее чем послать ей воздушный я не придумал.

Громова-старшая на то лишь мило улыбнулась, отпуская Стихию.

— Рада видеть тебя, Демид! — Едва ли не мурлыкнула красотка.

И вновь в ее голосе можно было услышать лишь теплоту и гостеприимство.

«Какая женщина!», — восхитился мысленно я. Все-таки умеет господин Коротков себе жен выбирать. Интересно, когда я решусь обзавестись своей (надеюсь)/своими (надеюсь такой необходимости не возникнет), он даст мне пару советов?

— А уж я-то тебя как! — Вполне искренне отзеркалил я, не капли при том душой не покривив.

— Отдыхай! Когда еще придется после перевода?

За неимением бокала, которым можно было бы отсалютовать одной из хозяек вечера, я только руками развел.

Женщина кивнула и пошла прочь, четь задержав взгляд на Третьякове и Кошкиной. Те все поняли верно. Заверили Громову, что хоть они и получают невероятное удовольствие от приема, но, жалость какая, невероятной важности дела просто требуют покинуть праздник раньше срока.

— Ч-что это было⁈ — У сестренки, кажется, натурально постукивали зубы.

— Прости, Свет, — неловко извинился. — За дело огребал. А вы просто рядом оказались. Мне очень неудобно.

С ответными словами сестренка нашлась не сразу.

Даже у представителя рода Демидовых (пусть его семья и не слишком высоко стоит в иерархии клана), глаза были… Те еще.

— Умеешь развлекаться, Демид Николаевич! — Только и выдал он.

Мещерская погрозила мне кулаком.

— Эх… Хороша Наташа, да не наша. — Глубокомысленно протянул я.

Казалось, что негромко. Но собиравшийся что-то сказать ее жених язык прикусил мигом, слегка опешив от такого определения.

— Аккуратнее, боец Алексеев. — Погрозил мне пальцем оказавшийся рядом Коротков.

Впрочем, для Артека это был вполне себе нормальный стиль общения. Отчего на губах его играла вполне искренняя, и где-то даже хулиганская улыбка.

— Исключительно эстетический интерес, господин полковник! — Тут же четко и ясно ответил я.

Седой отсалютовал бокалом и направился дальше.

— Позволь поинтересоваться, кто этот серьезный мужчина? — Негромко спросил жених сестренки.

— Господин Александр Сергеевич Коротков. — Не стал скрывать я. — Муж Наташи. И Алины.

Как забавно все-таки дергаются их лица, стоит только упомянуть красавицу-блондинку по имени.

— Даже боюсь спросить… — Негромко пробормотала Китти.

— Алина Эдуардовна Кареева, — понял прекрасно ее я. — Тоже фонтан незабываемых эмоций.

«И искр из глаз — стоит ее кулачку прилететь тебе в голову!», — добавил про себя.

Тишина висела около минуты.

— Демка, — неожиданно протянула сестренка. — Ты лучше сразу скажи, ты собираешься еще… Что-нибудь подобное выкинуть? Если да, то предупреди сразу.