Некоторые ведущие ученые начинают видеть новые возможности в древнем понимании мироустройства, и это отрадный факт. Хотя современные скептики рассматривают метафизику как собрание заумных абстракций, нагроможденных друг на друга, космология древнего мира представляла собой величественный философский механизм, что может признать любой добросовестный историк античности. В своем видении взаимодействующих и эволюционирующих измерений, формирования, столкновения и смешивания огромных систем, по своему масштабу сложности и подробности объяснения она соперничает с современной наукой.
Мы не можем просто сказать, что физика пришла на смену метафизике и сделала ее устаревшей. Главное различие между этими системами состоит в том, что они объясняют разные вещи. Современная наука объясняет происхождение вселенной как таковой. Древняя философия того рода, который мы исследуем в этой книге, объясняет, как возникло наше восприятие вселенной. Для науки великим чудом, требующим объяснения, является физическая вселенная. Для эзотерической философии великим чудом является человеческое сознание.
Ученые зачарованы необыкновенным сочетанием различных факторов, сделавших возможной жизнь на Земле. Они говорят о равновесии между холодом и теплом, сыростью и сухостью, об определенном расстоянии от Земли до Солнца и о конкретном этапе эволюции нашего светила. На более фундаментальном уровне для возникновения органической материи требуется уникальное сочетание физических постоянных, лежащих в основе гравитации и электромагнитных сил… и так далее.
С точки зрения эзотерической философии, можно видеть, что не менее удивительное сочетание обстоятельств оказалось необходимым для того, чтобы сформировать наше субъективное создание — иными словами, придать нашему опыту его нынешнюю структуру.
К примеру, что необходимо для внутреннего диалога этого «собрания историй», которые мы нанизываем друг на друга, чтобы сформировать представления о собственной личности? Во-первых, конечно же, нам нужна память. Лишь помня о своих вчерашних поступках, я могу отождествить себя с человеком, совершавшим эти поступки. Но дело в том, что память должна быть именно такой, как есть: не сильнее и не слабее. Итальянский романист Итало Кальвино, один из многих современных авторов, изучавших древнюю мистическую философию, точно подметил: «Память должна быть достаточно сильной, чтобы мы могли действовать, не забывая о том, что хотим сделать, и обучаться, не утрачивая ощущения собственной личности. Но она также должна быть достаточно слабой, чтобы позволить нам двигаться в будущее».
Другие обстоятельства необходимы для того, чтобы мы могли свободно мыслить и сплетать мысленные узоры вокруг центрального самоощущения. Мы воспринимаем окружающий мир с помощью чувств, но не менее важно держать эти чувства под контролем, чтобы они не занимали все пространство нашего осознания, иначе мы не сможем рассуждать и строить воображаемые концепции. Это равновесие само по себе не менее необычно, чем тот факт, что наша планета находится на строго определенном расстоянии от Солнца: не слишком далеко, но и не слишком близко.
Мы также способны перемещать острие нашего сознания по внутренней жизни, словно курсор на компьютерном экране. В результате мы можем свободно выбирать свои мысли. Если бы мы не имели равновесия между вовлеченностью и отрешенностью от наших внутренних импульсов, как и от сигналов, поступающих из внешнего мира, то начиная с этого момента вы не смогли бы сознательно отвлечься от этих строк и подумать о чем-то другом.
Таким образом, если бы эти самые главные состояния человеческого осознания не регулировались бы целым рядом тонко настроенных характеристик, у нас не было бы никакой свободы мысли или свободной воли.
Когда дело доходит до высших моментов человеческого опыта, которые американский психолог Абрахам Маслоу образно называет «пиковыми переживаниями», возникает необходимость в еще более тонком равновесии. К примеру, нам приходится принимать важные решения в поворотные моменты нашей жизни. Почти всегда бывает так, что если мы принимаем важное решение исходя из искренних побуждений и проявляем надлежащее терпение и даже смирение, мы делаем правильный выбор. Но это еще не все. Выбранный курс, вероятно, потребует от нас всей решимости и силы воли, если мы хотим добиться успеха. Принимать ответственные решения и последовательно осуществлять их — это и значит быть человеком.
Наше сознание не обязательно должно иметь структуру, обеспечивающую возможность свободы мысли и правильного выбора, способность к росту и развитию, если только вы не верите в Провидение, то есть, если вы не верите, что этому суждено было случиться.
Итак, человеческое сознание представляет собой настоящее чудо. Сегодня мы часто упускаем это из виду, но древние были зачарованы им. Как мы вскоре узнаем, их ведущие мыслители следили за тонкими изменениями человеческого сознания не менее прилежно, чем современные ученые следят за переменами в нашем физическом окружении. Их вариант истории вместе с мифическими и сверхъестественными событиями повествовал о развитии человеческого сознания.
Современная наука пытается втиснуть наше сознание в жесткие рамки. Она пытается убедить нас в нереальности широко распространенных феноменов, которые не может объяснить. К этим феноменам относятся сила молитвы, предчувствие, ощущение, что на тебя смотрят, свидетельства чтения мыслей, внетелесные переживания, осмысленные совпадения и другие вещи, которые современная наука старается «замести под ковер». Но самое главное, наука отвергает повсеместное человеческое ощущение, что жизнь имеет смысл. Некоторые ученые отвергают даже саму постановку вопроса о смысле жизни.
В ходе этой истории мы узнаем, что многие самые умные люди, когда-либо жившие на свете, были сторонниками эзотерической философии. Более того, я убежден, что каждый разумный человек в тот или иной момент своей жизни пробовал узнать о ней.
Стремление узнать, есть ли смысл в этой жизни, совершенно естественно для человека, и эзотерическая философия предоставляет самый глубокий и обширный корпус знаний по этому предмету. Прежде чем продолжить наше повествование, необходимо ввести еще одно четкое философское различие в «мягкую ткань» современной научной мысли.
Иногда дела идут совсем плохо и жизнь кажется бессмысленной. Но в другое время наша жизнь кажется исполненной смысла. К примеру, иногда мы думаем, что жизнь катится под откос — мы проваливаем экзамен, теряем работу или завершаем романтические отношения, — но потом в результате этого, казалось бы, несчастного происшествия познаем истинную любовь. Человек может в последний момент отказаться лететь на самолете, который потом терпит крушение. Когда происходит нечто подобное, у нас возникает ощущение, что «кто-то наверху» присматривает за нами и направляет наши шаги. У многих людей есть обостренное чувство непрочности нашей жизни; они сознают, что все могло бы пойти совсем по-другому, если бы не этот почти неощутимый толчок, природу которого они не могут определить.
Сходным образом приземленная, научная часть нашего существа может рассматривать необыкновенное совпадение как случайность, возникающую в результате взаимосвязанных событий. Но иногда глубоко внутри мы подозреваем, что совпадение вовсе не было случайным. Иногда мы чувствуем неуловимый намек на глубокий смысл, скрытый за повседневной рутиной.
Когда все надежды кажутся утраченными, счастье открывается по ту сторону отчаяния, а в самой глубине ненависти прячется росток любви. По причинам, которые мы рассмотрим впоследствии, тема счастья в наши дни тесно связана с представлением о сексуальной любви, поэтому очень часто опыт влюбленности создает ощущение, что «этому суждено было случиться».
Недавно ведущие ученые выступили с громкими заявлениями, что наука находится на краю открытия, которое объяснит смысл жизни и существования вселенной. Как правило, при этом речь идет о теории струн, которая вскоре объединит законы тяготения с физикой квантового мира. Тогда мы сможем объединить принципы, управляющие объектами в наблюдаемой вселенной, с совершенно иными феноменами на субатомном уровне. Сделав это, мы поймем все, что только можно понять о структуре, происхождении и будущем вселенной. У нас будут ответы на все вопросы о материальном мире, поскольку, как утверждают ученые, никакого другого мира не существует.
Прежде чем мы узнаем секреты посвященных и начнем понимать их странные представления об истории, важно провести различие между «смыслом» в том виде, как это слово используется в связи с вопросами о смысле жизни, и «смыслом» в понимании академической науки.
Юноша договаривается с девушкой о свидании, но она не приходит. Он обижен и рассержен, он хочет понять, за что с ним так обошлись. При следующей встрече он устраивает ей допрос. Каждый раз он спрашивает: ПОЧЕМУ?
