Читаем без скачивания Ментовской беспредел - Владимир Колычев

– Вот гнида!

Вне себя от бешенства Кекс подскочил к Шимону и ударил его ногой. Его примеру последовали Перец и Огурец. Бугор тоже подключился. Но, в отличие от других, он принялся лупить Шимона молотком.

Когда толпа расступилась, Крендель увидел чуть ли не в клочья истерзанное тело. На разбитом лице не было живого места. За исключением глаз, которые не хотели закрываться. Шимон по-прежнему был жив. И все с тем же укором смотрел на Кренделя. Но злости и ненависти во взгляде больше не было. Видимо, в нем уже не оставалось жизненной энергии для проявления столь сильных эмоций...

– Да что же это такое? – схватился за голову Огурец.

– Заговоренный он, что ли? – клацая зубами, спросил Перец.

Его трясло как в лихорадке.

– Заговоренный, – послышался женский голос.

Это заговорила подруга Шимона.

– Его нельзя убить... Шли бы вы отсюда...

Ее голос обретал непозволительную уверенность, которая разрушительно действовала на психику пацанов. Даже у Кренделя появилась мысль бросить все и поскорее убраться из этого дома...

Но его взгляд упал на брошенный Шимоном пистолет. Он был первым, кто обратил на него внимание.

Крендель поднял пистолет... Это самая настоящая «беретта», излюбленное оружие американских копов и русских гангстеров. До этого он видел такую штуку только по телевизору. Но сейчас появилась возможность не только почувствовать в руке заветную тяжесть, но и проверить, как мощно она стреляет... Это не какой-то там самопал или ракетница, это настоящее боевое оружие... Крендель медленно вытянул руку с пистолетом, прицелился. И выстрелил.

Пуля вошла Шимону точно в лоб. И тут же голова просела, как лопнувший арбуз. Кровь, мозги. И навеки застывший взгляд...

Только когда Шимон отбросил копыта, Крендель вернулся в привычное для себя измерение. Изувеченный труп врага вызывал отвращение и тошноту. Но не более того. Никакого страха, никакого мандража. И спокойствие... Какое-то потустороннее спокойствие. И неестественная уверенность... Или он все-таки попал не в свое, а в какое-то другое измерение? Может, он влетел в первый круг ада...

– Классная штука! – Крендель с восторгом погладил рукой пистолет.

Он подошел к лежащему на полу водителю. Тот уже давно затих. Но трудно сказать, навсегда или всего лишь потерял сознание.

Щелчком пальцев Крендель подозвал к себе Огурца. Показал на второй пистолет, который сжимал в руке водитель. Но пока Огурец раскидывал извилины, его опередил Бугор. Он выдернул ствол. Типа, со знанием дела передернул затвор и выстрелил мужику в голову. И этим восстановил свой пошатнувшийся авторитет. Но Кренделю вовсе не хотелось оставаться на вторых ролях.

Он перевел взгляд на девку, с угрожающим видом подошел к ней. Ехидно спросил:

– Ну и кто тут у нас заговоренный?

– Зачем?.. Зачем вы это сделали? – спросила она, рукой придерживая трясущийся подбородок.

– Теперь мы вместо него...

Крендель не решился поставить «я» вместо «мы». Может, зря?

– Вы?! – презрительно скривилась она.

Она должна бояться Кренделя. И она его боится.

Но тем не менее кочевряжится...

Крендель не сдержался и наотмашь влепил ей пощечину. Девчонка не удержалась на ногах и шлепнулась на задницу. Это ей за ее презрительные взгляды...

– Ты думаешь, мы тебя изнасилуем? – с важным видом спросил Крендель.

Он основательно вошел в роль крутого бандита.

Жесткий волевой взгляд, гордо вскинутый подбородок, грудь колесом. В голове систематическая таблица с почерпнутыми из книг и фильмов понятиями, по которым живет братва.

– Мы тебе не отморозки какие-то, поняла?

Если бы Крендель сейчас смотрелся в зеркало, он бы увидел, как его рот в кривой усмешке растягивается до самого уха.

– Поняла, – жалко кивнула девка.

– Ты уж извини, подруга, – нехорошо осклабился Бугор. – Но мы тебя грохнем...

Да, это не по понятиям – насиловать баб. Но мочить их, как опасных свидетелей, святое дело... Так что бригадир прав. Эта шатенка доживает последние минуты своей жизни...

– Но сначала трахнем! – похабно хохотнул Перец.

Бугор посмотрел на него. С одобрением. Глянул на Кренделя. С насмешкой.

– И трахнем, – подтвердил он. – А чего добру пропадать?

Крендель пожал плечами. Действительно, а чего девку-то жалеть, все равно ведь сгинет. А так хоть кайф перед смертью поймает...

Девку затащили на второй этаж, швырнули на сваленные в углу матрасы.

– Я первый... – Бугор обвел пацанов твердым насмешливым взглядом.

Остановился на Кренделе. Немного подумал.

– Ты за мной... Но сначала с трупами надо разобраться...

Девку спутали веревкой по рукам и ногам, на всякий случай привязали к трубе. Всей толпой спустились вниз, сбросили трупы Шимона и его водителя в подвал, в холле замыли кровь. Джип загнали в гараж, закрыли на замок ворота. А дальше началась обычная бандитская работа. Кекс, Перец и Огурец взялись за лопаты, чтобы отрыть могильную яму. Крендель и Бугор отправились насиловать пленницу.

Затем братва поменялась местами. Кекс, Перец и Огурец взялись за девку, а Крендель под руководством Бугра сделал цементный замес.

После чего они оба сбросили в яму трупы и залили их бетоном. Вот она, красивая жизнь, вот она, бандитская вольница...

Глава третья

Шимоновская братва нагрянула на следующий день после убийства своего босса. Братки подъехали на джипе. Их было всего трое. Они были чем-то явно озабочены, но вели себя беспечно. Подъехали к Бугру. На его пацанов ноль внимания.

– Виталий Андреевич здесь был? – спросил крепко сбитый бритоголовый хлопец.

Он с таким усердием перемалывал в зубах жвачку, что Крендель всерьез опасался за его нижнюю челюсть – как бы не слетела с болтов и не вывалилась наружу.

– Был, – кивнул Бугор. – Вчера вечером был. Вставил нам фитиля и уехал...

– А фитиля чего вставлял?

– Так это, работаем плохо. Ну, это Виталий Андреевич так считает...

– Если он так считает, значит, в самом деле хреново впахиваете...

– Да нет, можете посмотреть, как мы работаем, – обиженно надул щеки Бугор. – У нас все на мази...

– Это пусть Виталий Андреевич разбирается, нам лично до фонаря ваша халтура...

– А где он сам?

– Так это мы у тебя, дядя, спросить хотели...

Бугор уныло развел руками. Мол, откуда он знает, где может быть Шимон.

– Кто с ним был?

– Ну, водитель его был. И еще девка...

– Какая она тебе девка, мужик? – хищно сощурился браток.

– Ну извините, если оговорился... – повинился Бугор. – С Ириной он был...

– Ты откуда знаешь, как ее зовут?

– Ну, я слышал, как Виталий Андреевич ее так называл...

Что-то не понравилось крепышу в его взгляде. Он весь напрягся, сосредоточился. Настороженно всмотрелся в бригадира.

– А может, Виталий Андреевич никуда не уезжал?

– Да нет, уезжал...

– Точно, уезжал?

Браток подозрительно посмотрел на Кренделя.

Перевел взгляд на Кекса. И тот, и другой выдержали нажим. А вот Огурец дрогнул. Побледнел, затрясся. И крепыш тут же зацепился за него. Подскочил к нему, схватил за грудки, с силой встряхнул.

– Говори, что знаешь, гнида!

– Да здесь ваш босс, здесь... – ответил за него Бугор.

И с обреченным видом махнул рукой в сторону дома.

– Водки вчера много выпил. Отсыпается. Там он, в комнате, вместе с Ириной...

– Почему сразу не сказал?

– Так это, он просил никому не говорить... Он когда оклемается, сам уедет. А вы езжайте...

– А это нам решать, что делать? А ну веди!

Перед тем как повернуть к дому, Бугор красноречиво глянул на Кренделя. Нетрудно было догадаться, что значил этот взгляд. Никто не строил сегодня планов на мокруху. Но раз уж братки что-то заподозрили, то живыми их из дома отпускать нельзя.

Ирка была жива. Затрахана до полусмерти, но жива. Бугор все не мог насытиться, поэтому и не убивал ее. В подвале она закрыта. Если братки доберутся до нее, тогда все тайное станет явным. Такие разборки начнутся. К тому же в гараже машина Шимона. Ее тоже могут заметить, через нее сделать выводы...

В дом ломанулись два братка. Один остался возле машины. Он уже на стреме, правая рука чуть отведена в сторону, чтобы в случае чего легче было выхватить из-под куртки пистолет. Крендель поймал взглядом Кекса, движением глаз показал ему на жертву. Кекс все понял. Оставалось надеяться, что на этот раз его обрез осечки не даст. Сам Крендель медленно, вразвалочку направился к дому. И, как только переступил через порог, резко прибавил газу – на форсаже настиг незваную делегацию. Бугор их вел в самую дальнюю и глухую комнату на втором этаже.

В этот раз Крендель отдавал себе отчет в своих действиях. Мандраж холодил руки и подкашивал ноги, но чувство контроля над собой не оставляло его ни на минуту. Он вытащил из-за пояса трофейную «беретту», не забыл снять ее с предохранителя, дослать патрон в патронник.