взглядом.
— Что тут происходит? — спросила она, увидев в лаборатории посторонних. — Кто вы?
Она сделала несколько шагов вперед, заметила на полу меловой контур человеческого тела и опять посмотрела на Гайера, который, выпрямившись во весь рост, стоял в дверях.
— Что все это значит?
— Доброе утро, — поздоровался майор Бауэр из глубины комнаты. Предъявив свое удостоверение, он пригласил девушку сесть и записал ее анкетные данные. Маргитта выслушала рассказ майора и растерянно воззрилась на него. Тихий всхлип вырвался из ее горла. Она была не в состоянии сказать ни слова.
— Успокойтесь. — Гайер подал ей стакан воды. — Ну-ка, выпейте.
Она послушно сделала глоток. И в самом деле немного успокоилась.
— Но почему именно Лора? Что она сделала? Нет, это невозможно.
А ведь она первая из всех спросила «почему?», вдруг подумал Бауэр. Остальные приняли убийство к сведению и отвечали на его вопросы. Наверно, все дело в том, что Маргитта пришла сюда не с ночного дежурства, а из дому, свежая и выспавшаяся.
— Пока мы не знаем. И никакой зацепки нет — насчет убийцы или убийц. Мы не знаем, кому помешала Лора Гальбах, не знаем, у кого была причина убить ее. Да и вообще, мотив преступления до сих пор совершенно неясен… Но мы найдем убийцу. И не исключено, что ваша помощь окажется очень полезной.
Маргитта Грауэр старалась сдержать слезы.
— Но все так бессмысленно.
— Любая насильственная смерть бессмысленна.
Маргитта выпрямилась, твердо посмотрела на Бауэра.
— Спрашивайте.
— Вы были близко знакомы?
— Да, целый год жили вместе в общежитии медсестер. Лора до сих пор живет… жила там. А я переехала, захотелось иметь свой угол.
— Что она была за человек?
— Очень отзывчивая. Любила свою работу, увлекалась литературой и музыкой. Мы с ней часто ходили на концерты. И в оперу.
— Родные у нее есть?
— Да, старший брат, ну и родители, они в Рудных горах живут. Им уже сообщили?
— Пока нет. Но сообщим, сегодня же. А денежные проблемы у нее были?
— Как у всех у нас, не больше и не меньше.
— То есть фактически не было?
— Можно и так сказать.
— Вы сами кем работаете?
— Я? Ассистенткой, в этой лаборатории.
— В котором часу вы вчера отсюда ушли?
Маргитта задумалась.
— Около десяти. Хотя, наверно, чуть пораньше, потому что, когда народ повалил из кино, мы уже сидели в молочном баре.
— Почему вы так поздно задержались на работе? Были особые причины?
— Ахиму непременно хотелось завершить свои опыты. Поэтому в пять мы начали новую серию и довели ее до конца.
— Кто это — Ахим?
— Простите. Я имею в виду ординатора Меркера, — извиняющимся тоном сказала Маргитта, по голосу было понятно, что она решила говорить только правду. Майор Бауэр быстро записывал ее показания. Девушка сообщила, что, кроме нее и Меркера, в лаборатории находился профессор Колнар.
— А это кто такой? — спросил Бауэр. — Похоже, у вас тут много народу бывает….
Венгерский профессор Колнар был гостем хирургической клиники. Уже много лет он состоял в переписке со старшим врачом Бергером. В научной переписке. И вот теперь, возвращаясь из США, где выступал с лекциями, он сделал остановку в Берлине и оттуда проехал в Лейпциг, чтобы лично познакомиться с Бергером. Его живо интересовали исследования, по поводу которых и завязалась в свое время переписка, — оба они разрабатывали сходные темы.
В тот вечер профессор Колнар с увлечением следил за опытами ординатора Ахима Меркера, касающимися побочных явлений при передозировке новых препаратов. Забыв о времени, он записывал данные замеров.
Маргитта Грауэр убирала в шкаф чистые инструменты. Металл тихо звякал по стеклу. Девушка скрупулезно раскладывала все по своим местам, так как считала аккуратность одним из важнейших условий успешной экспериментальной работы. На письменном столе дымился свежий кофе — верный знак удачно завершенного дня. Поставив рядом с чашками пепельницу, Маргитта опустилась в кресло.
Меркер сидел за письменным столом; вид у него был очень довольный, и не без причины. Сегодняшней серией опытов он закончил подготовку практического материала для диссертации. Если подналечь, то можно успеть защититься в намеченный срок, еще до больших летних каникул. И тогда можно будет спокойно отдохнуть с Маргиттой в палаточном лагере на Балтике.
Профессор Колнар, улыбаясь, поднял свою чашку.
— Выпьем за ваш успех, коллега! Кофе тоже стимулирует центральную нервную систему.
По-немецки он говорил бегло, с едва уловимым акцентом.
— Спасибо, но работа не закончена. Столько еще предстоит сделать, пока нащупаешь методику и, паче чаяния, успешно ее сформулируешь. Вот тогда и кое-что другое выпить не грех.
— К сожалению, это уже без меня.
— Долго ли вы у нас пробудете? — спросила Маргитта.
— Недолго. Пора домой, а жаль.
Колнар поставил чашку на стол, вытащил из кармана халата американские сигареты и угостил собеседников. Меркер щелкнул зажигалкой.
— Я бы тоже не прочь съездить в командировку за рубеж, — сказал он. — В клиниках многих стран разрабатываются чрезвычайно интересные и актуальные проблемы медицины, в особенности хирургии. Там есть чему поучиться.
— Так приезжайте к нам, в Венгрию, господин Меркер, — сказал Колнар. — По моему глубокому убеждению, всем ординаторам было бы не вредно поработать какое-то время за границей. Во-первых, отличная практика в иностранном языке, а во-вторых, возможность завязать личные контакты, полезные для обеих сторон. У нас в Венгрии принято посылать молодежь за границу на стажировку.
— Срочно переезжаю в Венгрию! — засмеялся Меркер.
— А со мной ты не посоветуешься? — спросила Мар-гитта. Она кокетливо улыбнулась и положила ногу на ногу.
— Очень надо! — насмешливо откликнулся Меркер. — В крайнем случае возьму тебя с собой.
В клинике их отношения ни для кого не были секретом. Даже Колнар уже через несколько дней обо всем догадался и с удовольствием наблюдал за этой парой.
— Конечно, мы будем рады видеть у себя и вас, — галантно обратился он к юной лаборантке. — Я охотно покажу вам наш прекрасный Будапешт, так же как вы показали мне Лейпциг.
Маргитта и Меркер возили его к памятнику Битвы народов, в Русскую церковь, в музей Георгия Димитрова; особое впечатление на Колнара произвел исторический зал, в котором проходил судебный процесс над Димитровым.
Маргитта предложила еще кофе. А Меркер все одолевал профессора вопросами. Он знал, что за последние годы венгерские медики разработали целый ряд научных тем и опубликовали неимоверное количество статей и рефератов, вот и принялся опять выспрашивать Колнара. Ну все, подумала Маргитта, теперь разве что к утру кончат, ведь, стоит Ахиму сесть на любимого конька, и его уже не остановишь. Того и гляди, достанет свой неразлучный блокнот, чтобы записать какой-нибудь любопытный факт. Временами ей казалось, что
