Глава седьмая
Когда исчезли звон и грохот, рассеялся мрак, оказалось, что все четверо лежат на траве. Дети быстро вскочили на ноги и осмотрелись. Они с удивлением заметили, что их комбинезоны, перчатки, шлемы лежат тут же рядом, на траве. Как будто кто-то невидимый успел раздеть их. Ребята с недоумением разглядывали все вокруг. Казалось, они попали на тот самый луг, который видели на электронной доске в лаборатории: также весело и пестро колыхались вокруг маки, васильки, ромашки и другие цветы. Подальше росла рожь на поле, а еще дальше, ближе к лесу, виднелся дом. И только Мальва, поначалу оробевшая и испуганная, как и другие, вдруг просияла и закричала радостно и возбужденно, оглядываясь по сторонам.
– Теперь я знаю, где мы. Это же мой дом! – она показала на видневшуюся вдалеке крышу. – А это наш лес, поля вокруг. Как хорошо здесь! – И она стала кружиться, пританцовывая и смеясь.
– Сейчас я, кажется, знаю, что такое Б Р, – медленно произнес Алекс.
– Да уж и мы тоже догадались, – не совсем уверенно произнесла Инга. – Да, Макс?
Макс, покусывая травинку, грустно смотрел на друзей.
– Что уж тут… И так ясно… Мы в БР, то есть в Бывшей реальности.
– Это же необыкновенно, никто до этого не побывал в Бывшей реальности, это же просто здорово! – с энтузиазмом начал Алекс. – Здесь такой пейзаж – и лес, и поле… и речка, должно быть, недалеко, – он с любопытством оглядывался по сторонам. Но, внезапно вслушавшись в эту, будто неживую тишину, нависшую над ними, побледнел, поморщился от пришедшей жуткой мысли, как от боли… – Боюсь, нам из этой Бывшей реальности уже не выбраться… – пробормотал он.
Повисла тягостная пауза. Друзья сокрушенно, с каким-то бессмысленным недоумением смотрели друг на друга… Мальва озадаченно наблюдала за ними. Прервали паузу неожиданные всхлипывания Инги.
– Меня сейчас больше всего волнует то, что наши родители уже хватились нас, и не могут понять, где мы. А мой папа… я предала его! – И Инга совсем расплакалась. – И маме сейчас совсем нельзя волноваться из-за маленького, – добавила она сквозь слезы, шмыгая носом.
– Да, Инга, мы с тобой не подумали о наших мамах… – Макс тяжело вздохнул. – Но я уверен, что документы, которыми мы воспользовались, если были у твоего отца дома, то… вряд ли уж могут быть совсем засекреченными. Скорее всего, этими шифрами разрешено пользоваться и другим… Ты из-за этого сильно не переживай…
– А знаете, – лицо Алекса просветлело, – ведь по документам, оставленным у Макса, твой отец, Инга, наверное, сможет отыскать наши следы. Будем надеяться, все не так уж и страшно.
– Смотрите, как радуется Мальва, – показала Инга на Мальву, вытирая слезы.
Они все смотрели на приближающуюся улыбающуюся девочку, которая на несколько минут отбежала от них и успела нарвать полевых цветов.
– Я не зразумела, о чем вы здесь говорили. И почему ты, Инга, плачешь? Здесь так хорошо, привольно. Но пойдемте в дом, там должны быть мои родичи. – И Мальва побежала вперед.
Макс, Алекс и Инга переглянулись.
– Не будем ей пока говорить, что она не может увидеть родных, – Макс сказал то же самое, о чем подумали Алекс и Инга.
– А это, – Инга указала на комбинезоны, шлемы и перчатки, лежащие под деревом, – нам, наверное, лучше взять с собой.
Они подобрали с земли и свою «спецодежду» и «костюм космонавта» Мальвы.
Шагая на некотором расстоянии за бегущей впереди Мальвой, но не стараясь ее догнать, ребята видели, как она вскоре исчезла из их поля зрения.
Через несколько минут она вышла из дома совсем поникшая. Растерянные ребята в это время подошли поближе. Они не знали, как успокоить голубоглазку. Говорить о том, что ее предки умерли более тысячи лет назад, не имело смысла, девочка не поняла бы, да и не поверила.
Неожиданно Мальва сама нашла ответ.
– Чай, уехали они на какое-то время, а потом вернутся… – Эта мысль успокоила ее.
– Что вы, как деревянные стоите! – она сделала жест рукой, как бы приглашая своих новых друзей оглядеть все вокруг.
Ребята с интересом разглядывали дом и все, что находилось рядом с ним.
Дом был вытянутый в длину и невысокий. Приглядевшись, можно было заметить, что это не одно строение, а два. Только стоят они рядом, образуя угол. Один, с камышовой крышей, имел крохотное оконце. Узкая дверь его была приоткрыта. Инга заглянула внутрь, но, сделав пару шагов, быстро выскочила обратно, сморщив нос.
– Там так холодно и сыро, почти темно, а ведь сейчас лето, – недоуменно сказала она.
– А летом мы жили всегда в берестяном доме, – показала Мальва на второе жилище.
Оно было чуть короче зимнего по длине и производило впечатление очень легкого сооружения: берестяная крыша, сверху крытая соломой, и стены держались на множестве соединенных между собой узких жердей. Дверь там так же была приоткрыта. Дети заглянули в берестяной дом – два маленьких оконца едва освещали его одну единственную комнату. Вдоль стен на широких лавках лежало что-то, похожее на циновки, сплетенные из осоки. В углу, справа от входа были привешены полки для глиняной и берестяной посуды.
Алекс и Макс, заглянувшие и в тот дом, и в другой, вертелись во дворе и спорили, что-то доказывая друг другу. Направляясь к девочкам, Макс споткнулся о какой-то круг из выложенных камней, прикрытый сверху доской.
– Вот теперь понятно, – приподнял доску Макс, – где они воду брали, это же колодец.
– Но непонятно, почему в зимнем доме есть что-то похожее на очаг, а в летнем – нет, – продолжая спор, сказал Алекс.
– Им, наверняка, не хотелось и в летнем доме иметь такие же черные от сажи стены, как в зимнем. Там же сплошная чернота! Дым выходил или через оконце, или через дверь.
– Так-так, Макс, – подтвердила Мальва, – летом печка в доме не нужна, летом можно и во дворе или костер сложить и еду приготовить, или варить вот на такой маленькой печурке, – и она показала на еще одно небольшое квадратное сооружение из камней.
Ребята подошли и увидели каменный четырехугольник, верх которого закрывал большой плоский камень. Подняв его, они едва смогли заметить остатки золы. С одной стороны каменной плиты было небольшое отверстие для выхода дыма. И колодец, и каменная печка поросли мхом и травой.
– А это для чего, для новостройки? – насмешливо произнес Алекс, показывая на лежавшие поодаль доски, посеревшие от времени и полускрытые травой.
– Эти доски – остатки хлева для скота, – Мальва, тяжело вздохнув, осмотрелась кругом, – не понимаю, почему никого нет и все разрушилось.
Ребята молча посмотрели друг на друга, ответить на вопрос Мальвы они не могли, вернее, никто из них просто не решился бы.
– Что-то мы будем делать, неужели теперь нам придется здесь жить, – голос Макса звучал тоскливо.
– Ладно, нечего ныть, сначала всю одежду и снаряжение на всякий случай надо снести в защищенное от дождя место, – Инга произнесла это решительно и твердо. – Давайте, помогайте мне, а потом вместе подумаем, что нам делать дальше.
Алекс и Макс не очень охотно подобрали одежду и последовали за Ингой. «Доспехи» Мальвы они тоже не забыли. Мальва, увидев, что они хотят отнести обмундирование в зимний дом, встрепенулась и предложила все сложить в летнем в большой берестяной ларь. Она побежала в дом, вытащила во двор ларь, заглянула в него и ахнула. Троица подошла поближе.
– Этого и следовало ожидать, – небрежно и даже немного ядовито бросил реплику Алекс.
Инга и Мальва с помощью мальчишек опрокинули ларь на траву, и выбили всю пыль и остатки бывшей одежды палками, найденными неподалеку. Затем, связав из травы что-то наподобие веника, они смахнули оставшуюся пыль, отнесли ларь опять в берестяные «хоромы» и сложили туда свои костюмы.
– Надо посмотреть и циновки, они, я думаю, также никуда не годятся, – предложил Макс.
Он подошел к лавке и хотел приподнять циновку, но она тут же превратилась в травяную пыль. Пришлось их убрать, а лавки обмести вениками.
– Как же мы будем спать на голых лавках? – недоуменно-недовольно спросил Алекс.
– Что же делать? У нас ведь больше ничего нет, – вздохнув, ответил Макс. – Будем приучаться к спартанской жизни.
– Не горюйте, – улыбнулась Мальва. – Сейчас стоит жаркая погода, мы завтра нарвем травы, она быстро подсохнет, и будем спать на свежем душистом сене.
– Я так есть хочу, – вдруг заявил Алекс, – а у нас ничего нет. Как же мы без продуктов, без еды будем жить?
– У меня есть жвачка, целых три блока, – Инга вытащила из кармана джинсов три пластмассовых коробочки с фруктовой резинкой и распределила поровну на всех.
Мальве жевательная резинка показалась на вкус очень приятной, но она удивилась, что ее не надо глотать, а только жевать.
– Ничего, ничего, – успокаивала ребят Мальва, – завтра мы пойдем в лес за ягодами, орехами. С голоду не умрем. А теперь идем спать, я так уморилась. Уже свечерелось. У меня глаза закрываются… – Она вошла в берестяную избу, подошла к дальней лавке и легла на нее, повернувшись на бок и подложив руки под голову. – Ложитесь и вы, только двери закройте, чтобы никакая тварь в дом не забралась.
