Читаем без скачивания Барби с пушкой - Андрей Бадин

Уложив гадов на пол, я связала им ноги и руки ремнями от их же брюк, заткнула рты носками и стала одеваться. Трусики и лифчик были порваны, и я их сунула в пакет. Блузку и юбку натянула, пристегнула подмышечную кобуру, надела пиджак и туфли.

Когда я вышла из спальни, то обнаружила, что в доме никого нет. На столе в гостиной увидела свой пистолет и забрала его. Также прихватила кассету с записью моего изнасилования — единственное вещественное доказательство…

Я вышла из особняка через черный ход, пробежалась до шоссе, там поймала попутку и поехала в Москву. Было шесть часов вечера, и я решила отправиться прямо к начальнику охранного управления генералу Пантелееву. Он знал меня лично несколько лет, знал как ответственного человека, верного Родине и присяге офицера.

В приемной меня встретил его адъютант и попросил подождать. Через десять минут генерал меня принял и я ему рассказала о случившемся. Отдала видеокассету и оружие. Он обещал дать ход этому делу, а меня перевести к другому клиенту. Я написала объяснительную, в которой подробно рассказала о происшедшем.

Ушла я от начальника радостная и окрыленная. Но поехала не к себе домой, а к подружке. Опасалась, что босс и Лазарев могут сгоряча приехать и отомстить. — Девушка замолчала и перевела дух.

От ее рассказа Краснов аж вспотел. Сначала он, как и подобает мужчине, возбудился — не каждый день тебе такое рассказывает красивая девушка, но после остыл и стал жалеть Катю.

— Так он вас не изнасиловал? — бестактно спросил он.

— Не успел, — кивнула Катя. — Но висела я на волоске.

— Что было дальше?

— Я приняла душ, смыла всю грязь и немного успокоилась. С подружкой мы выпили и легли спать. Наутро я, естественно, на службу не пошла. Позвонила с сотового Пантелееву и спросила, как мое дело. Он ответил, что пленку просмотрел, но на ней записана пресс-конференция босса и никакого изнасилования.

«Приезжай сама и взгляни», — обрадовал он.

Я расстроилась — поняла, что босс подсуетился и каким-то образом вернул эту пленку себе. Тогда я спросила, как мои показания. Генерал помолчал, посопел в трубку, потом изрек: «Если ты пойдешь в травмпункт, снимешь побои, там проведут экспертизу на изнасилование, сделают мазок, проведут анализы, ты принесешь справки мне, тогда я открою уголовное дело и передам его прокурору. А пока…»

В этот миг я поняла, что проиграла. Ведь он меня не насиловал. Не успел. Надо было отдаться, чтобы потом провести экспертизу и завести уголовное дело, — зло добавила Катя и отвернулась.

— Формально он прав, — сказал Краснов, — но что касается кассеты — или ты ее действительно перепутала, или твой босс ее выкупил.

— Я включала видеокамеру и видела себя голой на мониторе. Он снимал изнасилование, ошибки быть не могло.

— Значит, дал денег, и генерал ее вернул. Либо пообещал какие-то услуги… Ну, и что дальше?

— А дальше, как в сказке. Адвокат босса обратился в прокуратуру, и дело завели против меня. Что я избила босса и Лазарева и сбежала из особняка с оружием. Я уже подумала, что меня посадят, но вдруг все мигом прекратилось — как по взмаху волшебной палочки.

— Наверное, Пантелеев приструнил босса и Лазарева, чтобы не зарывались. Ведь он-то кассету видел. Может, и копию сделал, для подстраховки, — добавил Краснов.

— Скорее всего так. Но я-то осталась неотмщенной.

— Скажи спасибо, что вообще осталась. Могли тобой заняться. Избить или убить.

— Спасибо, обрадовали. Из органов меня попросили уйти, и я сейчас в отставке. Живу на былые сбережения, но они скоро кончатся, и тогда надо будет искать работу.

— Ну и зачем тебе такая служба? — усмехнулся сыщик. — Иди в банк, в фирму, там тоже охранники нужны, или топ-моделью, актрисой. Ты красивая.

— Я не могу смириться с мыслью, что меня хотели использовать помимо моей воли. Я гордая, и эта гордость не дает мне после случившегося спокойно жить.

— Гордая, но не глупая же, — начал сердиться Краснов. — Какая вам разница, что было раньше, главное — что дальше.

— Почему тогда вы занялись собственным расследованием, а не бросили все на произвол судьбы и не кинулись в бега? Так бы и бегали до сих пор. Нет, вы нашли убийцу и тех, кто вас подставил, и вернули себе доброе имя, клиентуру и свою прежнюю счастливую жизнь. А вы, между прочим, ради этого ох как рисковали. Чуть не погибли.

— Ну вы сравнили, — завелся Сергей, — меня в убийстве обвинили, лишили всего, чего я добивался годами. Я не мог на улицу спокойно выйти — меня все менты в стране разыскивали. А вам что: угрожают, гоняются за вами, хотят убить?

Девушка замолчала, потом хитро посмотрела на Краснова и сказала:

— Я, как и вы, не могу жить с чувством переполнившего меня негодования. Меня подставили, как и вас, и я должна отомстить. Это просто сделать, так как мне известны некоторые факты жизни босса, его привязанности. Я хочу, чтобы вы выполнили дело и добыли для меня вещественные доказательства его развратной жизни. Вы ведь выслеживаете одного неверного супруга по просьбе второго. И вам за это платят. Я вам тоже хорошо заплачу.

— Нет. Ведь у вас деньги скоро кончаются, — парировал Сергей. — Вот и экономьте, берегите квартиру, она вам самой пригодится.

— Я хочу одного: показать всему миру, какой он негодяй, мразь, сволочь. Он это тщательно скрывает, чтобы не заподозрили, что он за тип.

— Ну и что? Плевать мне на него! Вам тоже с ним не жить. Успокойтесь и выбросьте это из головы.

— Не могу выбросить. Я вам не сказала, что это за человек. Если скажу, то вы меня поймете.

— Я вам уже сказал: мне на него наплевать.

— Он очень богатый и влиятельный политик и олигарх. Если вы на него посмотрите, то никогда не подумаете, что он такой негодяй. Его имидж — борьба с коррупцией и преступностью, свобода слова, он стоит горой за мораль и нравственность, а на деле — сволочь, бабник и развратник.

— Кто он? — Краснову стало интересно, о ком идет речь.

— Дайте согласие, что выполните задание, и я вам дам на него всю необходимую информацию. А знаю я много. Я за ним год ходила.

Сергей насупился и замолчал. Он обдумывал предложение, хотя история с политиком высокого ранга его не прельщала. Он знал, что лезть в мир крутых не стоит ни за какие деньги. Это чревато потерей капитала, здоровья или жизни.

О том дерьме, что творится в высших эшелонах власти, он знал из прессы и от некоторых своих богатых клиентов.

Но был один факт, который действовал на Сергея ободряюще. Он надеялся получить приличную сумму денег за выполнение задания. Он и так имел деньги, получал много, но столько ему не платил никто и никогда. За один день работы Катя пообещала ему однокомнатную квартиру. Всего за один день. Это, как прикинул Краснов, — примерно двадцать тысяч долларов!

С очень богатых воротил сыщик брал по пятьсот долларов в день, а то и больше, и за месяц каторжного труда без сна и отдыха получалась кругленькая сумма. Но красотка предложила за день работы в двадцать раз больше обычного.

Но не деньги были решающим фактором — ему понравилась девушка. Он давно мечтал встретить такую независимую, гордую и сильную личность в юбке. В ней он увидел себя — гордого и сильного, способного справиться с любой бедой, способного прийти на помощь нуждающимся и выполнить для них дело любой сложности.

Но он помнил, что однажды клиентка крупно его подставила, и поэтому кидаться «в объятия» Кати не спешил. Он решил согласиться, но с рядом условий. О своей клятве самому себе — не ввязываться в дела клиенток — он помнил и попытался застраховать себя от ненужных неприятностей.

— В общем, я согласен, — сказал Краснов, — но мне нужна информация о вас. Желательно знать, что вы задумали.

— Будете наводить справки?

— Да. Вы же справлялись обо мне? Собрали некоторую информацию.

— Только то, что было в прессе. Мое условие — те, кто будет вас информировать, не должны сопоставить факты и сделать вывод, что против босса готовится провокация. Это будет провалом. Завуалируйте информацию.

— Я обдумаю то, что вы мне скажете, и преподнесу вопросы в зашифрованном виде, — пообещал Краснов.

— А как с гонораром? — спросила клиентка.

— Как и договаривались: вы за один день работы даете цену однокомнатной квартиры. За два — две.

— У меня двух нет. За двадцать четыре часа работы я вам заплачу двадцать пять тысяч долларов.

— Достаточно двадцати, — снизил планку Сергей.

— Что еще?

— Я вам ранее сказал свое желание, но после вашего рассказа, мне кажется, оно неуместно. Иначе чем я буду отличаться от вашего босса?

— Каждый мужчина по своей природной сути должен хотеть женщину. А такую, как я, тем более. Если у вас получится, то я вам даю слово — мы проведем с вами прекрасную ночь. А если захотите, то и весь день, — лукаво улыбаясь, добавила Катя.