Таким образом, мы понимаем, что при увеличении предложения денег их цена понижается (как это происходит и в случае с любым другим товаром). При этом в отличие от других товаров изменение объема денег не приносит никакой общественной пользы. Народ в целом не становится богаче. Если потребительские или капитальные товары вносят вклад в повышение уровня жизни, то появление дополнительных денег только повышает цены, т. е. разбавляет их собственную покупательную способность.
Разгадка этой головоломки заключается в том, что деньги полезны только в той мере, в которой они обладают меновой ценностью. Другие товары обладают «реальной» применимостью, они используются. Именно поэтому увеличение их предложения удовлетворяет возросшие потребительские запросы. Но в случае денег их единственная полезность состоит в способности участвовать в планируемых обменах. Их полезность заключается в их меновой ценности, в их «покупательной способности». Сформулированный нами выше закон, согласно которому увеличение денег не приносит общественной пользы, вытекает из уникальности способа их применения — служить средством обмена.
Итак, увеличение предложения денег лишь снижает эффективность каждой унции золота. С другой стороны, уменьшение предложения денег повышает способность каждой унции золота выполнять свою функцию.
Мы приходим к поразительному выводу: величина предложения денег не имеет значения. Любой объем денежного предложения будет действовать так же, как и любой другой. Свободный рынок просто адаптируется, изменив покупательную способность или эффективность золотой денежной единицы. Нет никаких оснований вмешиваться в действие рынка с целью изменить определенное им предложение денег.
Здесь сторонник государственного регулирования денег может возразить: «Хорошо, пусть увеличение предложения денег бессмысленно. Но не является ли тогда бесполезной растратой ресурсов и добыча золота? И не следует ли государству сохранять предложение денег на постоянном уровне, запретив золотодобычу?»
Этот аргумент способен убедить тех, кто не имеет принципиальных возражений против вмешательства государства не в свои дела. Однако последовательных защитников свободы он не убедит. В этом возражении упускается из виду одна важная деталь: золото является не только деньгами, но и товаром. Увеличение предложения золота может не приносить денежной пользы, но это увеличение имеет и «неденежное» следствие, а именно оно увеличивает предложение золота, используемого в потреблении (украшениях, стоматологии и т. д.) и производстве (во многих отраслях промышленности). Поэтому золотодобыча вовсе не является для общества растратой или потерями.
Таким образом, мы приходим к выводу, что, как и для любых других товаров, установление объема предложения денег лучше всего предоставить свободному рынку. Помимо общих этических и экономических преимуществ свободы по сравнению с принуждением, никакое установленное в приказном порядке количество денег не будет действовать лучше по сравнению с любым другим. Свободный рынок установит производство золота на уровне, соответствующем его относительной (по сравнению со всеми остальными производимыми товарами) способности удовлетворять нужды потребителей[14].
9. Проблема «тезаврации»
Однако критиков денежной свободы не так-то просто убедить помолчать и подумать. Они апеллируют, в частности, к существующему до сих пор древнему страху «тезаврации». При слове «скупец» воображение рисует образ эгоистичного старого скряги, который, движимый каким-то иррациональным стремлением, или в силу своей природной порочности, копит золото в своем подвале или закапывает его в кладах. Тем самым он прерывает процесс обращения, останавливает торговлю, вызывая депрессию и порождая другие экономические проблемы. Посмотрим, действительно ли тезаврация представляет собой некую опасность?
Прежде всего отметим, что на самом деле произошло лишь увеличение спроса на деньги со стороны этого скряги. В результате падают цены на товары и повышается покупательная способность каждой унции золота. Общество не понесло никаких потерь. Оно просто оперирует более низким активным предложением денег, а каждая унция золота является более «сильной» в терминах количества благ, которые можно на нее купить.
Даже самый пессимистический взгляд на эту проблему показывает, что все идет нормально и денежная свобода не создает трудностей. Но у этой проблемы есть еще один аспект. Нет ничего иррационального в том, что люди желают иметь больший или меньший запас наличных денег, или, как еще называют этот запас, остатки наличности.
Давайте остановимся на остатках наличности более подробно. Почему люди вообще создают запасы наличности? Предположим, что каждый из нас способен предсказать будущее с абсолютной определенностью. В этом случае никому не пришлось бы держать на руках запас наличных денег. Каждый знал бы точно, какой доход он получит в любой момент в будущем и сколько он потратит. Не было бы никакой необходимости держать деньги на руках. Избыточное в данный момент золото ссужалось бы с тем, чтобы получать необходимую сумму в тот самый день, когда должны делаться запланированные расходы. Но мы живем в мире, который является принципиально неопределенным. Люди не могут знать точно, что с ними случится или какими будут их будущие доходы и расходы. Чем больше неизвестность и неуверенность, тем больший запас наличных денег люди захотят иметь.
Другая причина хранения наличных также является следствием неопределенности реального мира. Если люди ожидают, что в ближайшее время цена денег упадет, они будут тратить свои деньги сейчас, пока их ценность выше, тем самым «детезаврируя» их и снижая свой спрос на деньги. Наоборот, если они считают, что цена денег возрастет, то будут ждать этого момента для того, чтобы потратить свои деньги позже, когда они станут более ценными, а спрос на наличность увеличится. Таким образом, спрос людей на остатки наличности возрастает и снижается по понятным причинам и на основании вполне рациональных соображений.
Экономисты ошибочно считают «неправильной» ситуацию, при которое деньги не находятся в процессе постоянной активной «циркуляции». Да, деньги полезны только благодаря их меновой ценности, но они полезны не только в тот момент, когда фактическисовершается акт обмена. Эту истину часто игнорируют. «Праздно» лежащие в составе чьих-то остатков наличности деньги и даже деньги, пребывающие в сокровищах скупца, полезны не менее, чем деньги, находящиеся в обороте[15]. Потому что деньги, которые хранятся в ожидании возможного будущего обмена, полезны своему владельцу прямо сейчас. Такое хранение делает возможным совершение обменов в любое время — сейчас или в будущем — как только у их владельца возникнет такое желание.
Напомним, что все золото кому-то принадлежит Поэтому все золото должно находиться в остатках наличности людей. Если в обществе есть 3000 тонн золота, то все эти 3000 тонн должны иметь владельцев и в каждый момент времени храниться в составе их остатков наличности. Общая сумма индивидуальных остатков наличности всегда тождественна совокупному предложению денег в обществе.
Ирония состоит в том, что если бы в реальном мире не было неопределенности, то денежная система вообще не могла бы существовать! В полностью определенном мире никто не стремился бы хранить наличность, поэтому спрос на деньги в таком обществе снизился бы до бесконечно малой величины, цены бы без конца росли и вся денежная система рухнула. Существование остатков наличности не является досадным и создающим неудобства фактором, искажающим денежный обмен. Наоборот, эти остатки абсолютно необходимы любой денежной экономике.
Остановимся теперь на выражении «денежное обращение». Оно предполагает, что деньги обращаются, или, как еще говорят, «циркулируют». Очевидно, это словосочетание вводит нас в заблуждение. Подобно всем метафорам, заимствованным из физических наук, оно подразумевает некий независимый от воли людей механический процесс, который осуществляется с некоторой скоростью. Только в рамках этой картины мира имеется поток денежного обращения, для которого определено понятие «скорость обращения». В действительности, однако, деньги не «циркулируют». Они время от времени передаются от одного человека другому, перемещаясь из запаса наличности одного в запас наличности другого. Еще раз повторим, от желания людей хранить запас наличности зависит само существование денег.
В начале этого раздела говорилось о том, что «тезаврация» не причиняет никакого ущерба обществу. Сейчас мы поймем, что изменение цены денег, вызываемое изменениями в спросе на деньги, приносит общественную пользу — точно такую же, какую приносит увеличение предложения товаров и услуг.
