— П-п-понимаете, ей сначала надо п-п-посмотреть на ситуацию… своими глазами. Ч-ч-чтобы потом передать все в к-к-к-красках.
— Ты почему заикаешься? — спрашиваю с подозрением. Возможно, в своей способности наносить урон я и не сомневаюсь. Но с другой стороны, разве стоит так уж сильно бояться девчонки с маленьким ножичком? Да еще когда та еле на ногах держится.
— О-о-о-о-остаточный эффект, наверное. То есть… — Такеши сглатывает. — Запоздалый. Просто поверить глазам не могу… до сих пор.
Ладно, мне все еще требуются разумные объяснения. И, скорее всего, разумные люди.
Минуту молчим, ожидая прихода Майи. Даже Эли не вякает. Но его взгляд меня жутко бесит. Дыры уже на мне прожег — не иначе.
Слышу шум приближающихся шагов. Дверь открывается, и в палату вплывает женщина лет тридцати. Светлые волосы заплетены в длинную косу. Сама достаточно стройная, но лицо полноватое, и щеки слегка обвисают. На врачебную форму наброшен такой же, как и у Такеши, халат. Она зевает и накручивает на палец выбившийся из прически локон.
— И что за форс-мажор? Обязательно надо было меня с места сдергивать? Кофеек же остын…
Ее взор падает на койку. Точнее, на меня, представленную в комплекте с койкой.
Примерно три секунды абсолютной тишины.
А затем…
— Вашу ж мать!! — смачно и эмоционально выдает она.
Мысленно с ней соглашаюсь. Высказалась емко и по делу.
— Это и есть наш форс-мажор, — серьезно сообщает Такеши.
— Угу, — отзывается Майя, обалдело пялясь на меня.
Дежавю. Я им что, мускулистая крыска в аквариуме? Чего они так лупоглазят?
— Что? — огрызаюсь я.
Майя вздрагивает. По ходу дела, мой голос пугает ее еще сильнее.
— К-к-как? — Женщина оглядывается на Такеши.
И эта заика. Зачем таких в медицину пускают?
— Не имею ни малейшего понятия. — Парень разводит руками.
— Мама проснулась, — гордо заявляет Эли.
— Еще раз мяукнешь подобную пургу, и я тебя шлепну, — злобно рычу на мальчишку.
Мне страшно. Мне больно. В моем истощенном теле миллион дырок, и я вся в каких-то жидкостях. Ясное дело, мне не до сюсюканий с незнакомым сопляком.
Эли продолжает улыбаться. Я чувствую волны восхищения, направленные прямо на меня. Ощущение, будто он радуется каждому моему шевелению.
Отлично, сопляку угрозы нипочем. А вот Такеши мое заявление воспринимает серьезно и хватает за шкирку Эли уже обеими руками.
— Майя, что же ты так беспечно инструменты оставляешь? — цедит он сквозь зубы, имея в виду мой «ножичек».
— Так ведь тут ничего опасного… то есть живого… то есть… — Женщина смущенно покашливает. — В общем, оплошала, босс.
— Отключение от аппаратуры было произведено самостоятельно. — Такеши разжимает пальцы левой руки и косится на часы на запястье. — Думаю, более чем десять минут назад. Нужен первичный осмотр.
— Я? — Майя испуганно таращится на инструмент, который я направляю на нее.
— Да, полагаю, уместнее будет, если ты ее осмотришь. Правда, Лето? — Такеши прочищает горло и судорожно вдыхает. — Необходимо убедиться, что все в порядке. Хотя бы визуально.
— Лучше отправьте сообщение Сэмюэлю. Без него никаких осмотров.
Мое упрямство и недоверчивость имеют под собой основу. Все-таки это было не первое покушение на главу рода Люминэ. Кроме того, под ударом пару раз находились и я, и мой названый брат Вацлав. Сэмюэль уже давненько занимается деятельностью, которая не приводит в восторг как других Иммора, так и представителей верхушки людей. И имеет непростительную привычку слишком много на себя брать.
Так что лучше уж перебдеть.
— Майя отправит сообщение, как только осмотрит вас, — настаивает Такеши.
— А может, сам, а? — Майя, кажется, тоже не на шутку струхнула.
Надо же, я прямо чудовище какое-то.
— Никто ко мне не притронется, пока я не пойму, что угрозы нет.
— У нас указание следить за… состоянием вашего здоровья.
— Без подтверждения даже не суйтесь.
Эли шевелится.
— Я Люминэ. Я подтверждаю, — звонко восклицает он.
Сощуриваюсь. Как ни крути, а немногочисленных представителей рода Люминэ я знаю в лицо. Всех. И никаких Эли, маленьких вертлявых мальчишек, в их числе нет.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Да и на Иммора этот Эли если и смахивает, то лишь смазливой мордочкой да отдаленно беленькими волосюшками. А с глазами — беда. Глаза уж точно не как у Иммора.
— Не катит. — Кривлюсь, потому что загнутая нога вдруг решает обрести жизнь. И да, с растяжкой у меня все-таки беда. — Я тебя не знаю, малявка.
Улыбка Эли на мгновение пропадает, а затем его лицо снова начинает сиять.
— Покажи ей печатьку. — Он шлепает Такеши по пояснице. — Давай же!
— Ох, да, верно.
Такеши сбрасывает халат и закатывает рукав до предплечья. На его коже серебряное клеймо: полумесяц, собранный из миниатюрных молний, и вписанная в него ажурная буква «Л».
Знак рода Люминэ.
Главы родов порой помечают доверенных людей своими знаками. Редкое явление. Это и клеймо собственности, и знак защиты. Спорная ситуация. До сих пор не могу понять, позор это или великая честь.
Однако серебряным клеймом Люминэ мог пометить только глава рода — Сэмюэль. А раз он проставил знак на Такеши…
Перевожу взгляд на Майю. Та тоже сбрасывает халат и задирает рукав.
И на ней вижу знак Люминэ.
Доверенные лица?
Совсем не в духе Сэмюэля клеймить кого попало. Он вообще никогда печатью на моей памяти не пользовался.
— Пусть тебя осмотрят, мама. — Эли торжествует.
— Не называй меня так, сопля на ножках.
Колеблюсь, но, в конце концов, опускаю оружие. Надеюсь, что поступаю правильно.
— А потом сразу звоните. Хочу, чтобы Сэмюэль забрал меня отсюда.
ГЛАВА 6. ПОЛОМАННЫЙ РАЙ
Злосчастное сегодня
Приоткрываю рот шире, чтобы Майя могла обследовать полость. Понятия не имею, что означают все эти писки и трески, исходящие от приборов, которыми она увешана, как праздничными украшениями. Моя тревога уже поутихла. Может быть, я слишком устала, чтобы и дальше бояться.
После визуального осмотра Майя быстро изучает аппаратуру. Затем ее полный растерянности взгляд находит Такеши.
— Не пойму. Судя по показателям, радикальных изменений нет. Что тогда вызвало импульс?
— Импульс? — С интересом смотрю на экран, но опять же угловатые линии и цифры не раскрывают мне абсолютно ничего.
— Пробуждение. — Такеши подбирает книгу про зайчика и сует ее Эли. — Мы пока не можем сказать, отчего вы вдруг очнулись.
— Ну, так это же хорошо. — Тыкаю пальцем в левую руку, намекая Майе, что прямо сейчас ее не чувствую. — Что я наконец-то очнулась. Да?
— А… конечно. — Такеши начинает живенько кивать.
Майя неловко обтирает мое тело. Она сосредоточена и напряжена. Хмурится без остановки.
— Слушай, босс, а ничего, что мы так сразу отключаем функционирование всех систем? — спрашивает она и вяло машет одной из игл, которую я от себя оторвала.
— Мы все равное не можем подключить ее обратно.
— Да, не можете, — безапелляционно подтверждаю я.
— Вот. — Такеши разводит руками. — Не разрешает.
— Но у нас фактически разрешение дает только… — Майя благоразумно затыкается и виновато смотрит на меня.
Хотя мне бы хотелось, чтобы она продолжила. Может, что-то бы прояснилось.
Жалостливо ною, поэтому мы быстренько перебираемся из треклятой палаты в помещение, смахивающее на конференц-зал. В серединке располагается громадный овальный стол из черного стекла, а вокруг — комфортабельные кожаные стулья.
Ну, как «быстренько»…
Мне приносят светло-зеленую сорочку на несколько размеров больше моего и выделяют белые шлепки. Майя выдает мне набор громадных салфеток, пропитанных каким-то антисептиком с ароматом алоэ, и я то и дело стираю жидкости, продолжающие сочиться из отверстий на моем теле. Жутко, но лучше, чем бревном валяться.
До нового помещения добираемся целую вечность. Такеши идет рядом и вскидывает руки каждый раз, когда я теряю равновесие. Обходимся без инцидентов. Ковыляю до цели сама — специально почему-то выбираю стул во главе стола, самый большой и на вид комфортабельный, — и плюхаюсь на мягкое сиденье. Такеши кладет рядом со мной на столешницу салфетки и занимает стул чуть поодаль.
