— А что надо?
— Ну подшить, — таинственным шепотом, так, чтобы услышали все за столом, но якобы не должны были. — У меня иголка и нитка есть. Сделаешь? Я туда не дотянусь.
Зоя послушно поднялась.
— Сейчас вернёмся, — сказала она Богдану, хотя, если честно, оставлять его наедине с Лерой и Аней не хотела совершенно.
Но отказать подруге в такой мелочи, как подшить треснувшую в неудобном месте кофточку или даже что-нибудь похуже она не могла. В конце концов, это было не в стиле Зои. Она всегда приходила на помощь, когда это было надо.
Ирка схватила сумку и первая гордо зашагала в направлении туалета. Зоя направилась следом за нею, правда, отстав на метр-полтора, и успела в последний раз оглянуться на совершенно спокойного Богдана, прежде чем Ира потянула её за руку и захлопнула дверь.
Не заботясь о том, что каменная поверхность вокруг рукомойника была заляпана водой и мылом, Ира швырнула туда свою золотистую, всегда поражавшую дикостью цвета и блеска сумку и остановилась в дверном проёме.
— И что тебе надо подшить? — наивно поинтересовалась Зоя, впрочем, уже понимая, что дело было отнюдь не в том, что где-то в самый неудобный момент треснула одежда.
— Как ты могла? — покачала головой Ирка. — Ради какого-то парня предать нашу многогодовую дружбу?! Ну как, Зойка?
Горовая растерянно посмотрела на подругу, словно пытаясь понять, к чему она клонила, а потом несмело улыбнулась.
— Ты чего, Ир? — удивлённо переспросила она. — Ну, встречаюсь я с ним, и что с того?
— А ничего, что я по нему с ума сходила? А ты нас даже не познакомила! — возмутилась Ирка. — А сейчас, стоит ему только пальцем поманить, готова бросить подруг и убежать! Небось, уже и в постель к нему прыгнула! Такая же, как и все остальные, так ещё и корчишь из себя недотрогу!
Зоя почувствовала, как ей стало тяжело дышать. Она не ждала, что Ира настолько легко расправится с этой ласковой, улыбчивой маской. И ради чего? Ради какого-то парня, с которым она даже не была знакома?
— Замолчи, — потребовала Горовая.
— Правда уши колет?! — не сдавалась Ирка. — Сколько мы тебе парней предлагали, ты всё нос от них воротила, а теперь, как Богдан на тебя внимание обратил, бегом…
— Замолчи, — повторила Зоя.
— А то что?! Пойдёшь, пожалуешься мамочке? Думаешь, она в восторге будет, что ты тра…
Зое не надо было дослушивать, что дальше скажет Ира. Она и так понимала, какой будет конец у этого предложения — и какой феерией обернётся их прекрасная дружба. Но Зоя никогда не была тряпкой. Если её подруги недооценивали её и до конца не понимали, какая она на самом деле, это были исключительно их проблемы.
Она уверенно ударила ладонью по рычагу, включающему воду, и, набрав её в ладони, плеснула прямо в лицо Ирке.
— Рот закрой, — не стесняясь грубости в голосе, холодно промолвила Зоя. Она даже сама удивилась тому, насколько легко и спокойно удалось ответить уже, наверное, бывшей подружке. — И никогда не смей выражаться обо мне в таком тоне. А теперь отойди в сторону, иначе всё содержимое этого, — она встряхнула сумкой Иры, — окажется в унитазе. Вся твоя китайская "брендовая" косметика и коллекция номеров всего потока. Поняла?
— Ты мне блузку испортила, истеричка, — прошипела Ирка. — Ты понимаешь, что ты… Ты мне блузку испортила! Ты мне макияж!..
— Я? — изогнула брови Зоя. — Может, хоть умоешься по-человечески. Сумку у Лерки заберёшь.
Она стремительно, чтобы не растерять запал, вылетела из туалета, даже задев Иру плечом. Та попыталась выхватить сумку, но Зоя оказалась гораздо быстрее.
Уже когда она почти подошла к столику, за которым сидели Богдан и девочки, услышала писк мобильного телефона — значит, Ирка осталась без мобильного и без всех своих привычных средств, наедине с размазанным макияжем и простой водой. Что ж, смывать, наверное, придётся долго.
Но Зоя не чувствовала жалости.
Богдан уже собрал её ноутбук, и Зоя была благодарна ему за проявленную находчивость.
— Передадите Ире, что методичка на сайте, ссылка в группе, — обратилась она к Лере и поставила сумку на пустующий стул. — Богдан, пойдём? Я уже готова.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Орловский не стал задавать лишних вопросов, вместо этого спокойно помог Зое одеться, забрал у неё ноутбук, подал девушке руку и уверенно повёл её к выходу, игнорируя потрясённые взгляды подружек Горовой. Он даже принялся рассказывать Зое какую-то забавную историю, и она, вовремя поняв, что от неё требуется, выдавила из себя короткий неестественный смешок, надеясь, что Богдан не обидится. Хотелось верить, что он всё понял, не дурак ведь, знает, что она не просто так в подобном состоянии, но всё равно уверенной в реакции Богдана Зоя не была.
— Не переживай, — прошептал он, когда они наконец-то отошли от кафе. — Обычно друзья ведут себя вот так, когда им что-то не нравится. И грош цена таким друзьям.
— Ирка допрос устроила, — опустив голову, прошептала Зоя. — Снега на улице ещё и нет, вот зараза… Не люблю, когда зима превращается в более холодную осень.
— Это из-за несчастной экономики? — Богдан проигнорировал её попытку перевести разговор в другое русло.
Зоя хотела проигнорировать его вопрос, ещё несколько минут рассматривала улицу, голые деревья, серые дороги и знакомые, влажные от недавнего дождя стены пятиэтажек, но поняла, что Орловский не отстанет.
— Нет, — покачала головой она. — Экономика тут ни при чём. Это из-за тебя, котик.
— Вот как.
Судя по всему, Богдану совершенно не понравилось то, что он оказался ещё и виновен в случившемся. Зоя чувствовала, что должна что-то объяснить, но Орловский ведь так и не задал ей ни единого вопроса, просто молча шагал рядом и будто бы боялся нарушить воцарившуюся тишину.
Он перебросил ноутбук в другую руку, довольно небрежно, словно провоцируя Зою на возмущение, и осторожно приобнял её за талию. Не сказать, что так было очень удобно идти, и девушка против собственной воли остановилась. По-хорошему, надо бы отойти подальше от этого злополучного кафе, но ведь смысл их отношений был в том, чтобы сделать их показательными, не так ли?
— Все мои подружки поочерёдно в тебя влюблялись, — пояснила Зоя. — Они не понимают, как так могло получиться, что ты не с ними, а со мной, ботаничкой, которой никогда не нужны были парни. Мне как-то и без этого хорошо жилось.
— Я вижу, как тебе хорошо жилось, — согласился Богдан. — Очень интересное времяпровождение — делать чужую расчётку в свой выходной день. Если тебе нечем заняться, Зойка, это не повод отправляться на общественно полезные работы.
— Я не…
— Ты не что? — раздражённо переспросил он. — Кто тебе вообще сказал, что ты — ботаничка? Из-за того, что ты умная? Так одно другому не мешает. Можно быть и умной, и счастливой одновременно. Не интересуют парни? Ну, потешь меня иллюзией, что я чуть лучше, чем свора дебилов в твоей группе, или с кем ты там ещё контактируешь. Ни с кем не встречаешься? Ну, — на губах Богдана расцвела язвительная улыбка, — что поделать, что никто не дотягивает до звезды факультета. Самой умной и самой красивой, Зойка. А ещё, очевидно, самой доброй, раз такие пиявки возле неё держатся, а она ещё их не послала. Правда?
Зоя почувствовала, что краснеет.
— И зачем только я на это согласилась, Орловский? Твои фанатки не оставят меня в покое, — усмехнулась она.
— Ну, я думаю, у меня тоже немало конкурентов, — покачал головой Богдан. — Но в том и вся соль, Зойка. В серую мышь никто не поверит.
— В меня тоже никто не поверит.
— О, ты зря так думаешь. И эта твоя Ирка потому так разозлилась, что поверила, — он провёл ладонью по щеке Зои и наклонился к ней ближе. — Сейчас твои подружки буквально приклеились к стеклу этой кафешки. Реши сама, что будешь делать. Можем просто пойти дальше.
Зоя не решилась обернуться. Богдану она верила, какой смысл парню лгать?
— Орловский…
— М?
— Скажи честно, на кой оно тебе сдалось? Зачем тебе это притворство, если ты можешь найти себе любую?
