«Мы женаты…» — отдавалось эхом в ее голове. Фраза поразила ее. Она едва не разразилась ироническим смехом, но сдержалась и только фыркнула. Ему и в голову не приходило, что, будучи липовой вдовой короля мафии, она могла вполне здраво оценивать обстановку.
Выходя из машины, она предстала перед ним воплощением воспитанности и этикета.
— Зовите меня Пэппа, — не мигая, посмотрела она ему прямо в глаза. — Имя Гленда мне совсем не нравится.
Пэппа. Взгляд Криса задержался на ее рыжих локонах, спадавших с висков, и он подумал, не волосы ли послужили причиной такого странного имени. Слабая улыбка заиграла в уголках его рта. Но все же он склонялся к мнению, что это из-за ее темперамента.
— Бурный темперамент… — едва слышно произнес он, и она могла расслышать это, только сильно напрягая слух.
Правильно ли она его поняла? Или это просто ее воображение? Любопытно. Пэппа посмотрела на него, не понимая, что совершает большую ошибку.
Напряженность в его взгляде заставила ее дыхание сбиться и перейти на какой-то нечеткий ритм. Дрожь прокатилась по всему телу, зажигая в ней искру желания. «Прекрати!» — приказала она себе. Моргнув, она опустила глаза и снова сообразила, что совершила ошибку, только теперь уже другого рода. Глаза ее остановились как раз на уровне его рта, и в ней возникло непреодолимое желание исследовать его губы своими.
«Что со мной происходит?» — мучилась она, заставляя себя опускать глаза вниз. Кристоферу она даже не нравится, так зачем же позволять ему оказывать на нее такое воздействие? Нравилось ей это или нет, но Кристофер Петри разбудил в ней нечто похожее на могущественное ощущение собственной чувственности, что могло привести их совместное времяпровождение к чему-то более трудному, чем она могла себе представить.
Взяв себя в руки, Пэппа сказала:
— Ну что же, ведите меня в ресторан. Я проголодалась. — И улыбнулась.
«Я сильна и телом, и духом, я не выдам своих чувств. Все пойдет хорошо», — уговаривала она себя. Но, когда Крис элегантно предложил ей руку, она сделала вид, что не заметила этого.
Кристофер пожал плечами, как будто хотел сказать, что он-то заметил ее отказ, но не обратил на это внимания, и медленно зашагал к ресторану, стараясь не спешить, чтобы она имела возможность идти рядом.
Время от времени она ощущала на себе его взгляды. Опасаясь встретиться с его глазами и боясь, что глаза могут выдать ее чувства, она твердо решила не поднимать их. И в этом не было никакой грубости, даже если у нее были на то основания. Злясь на Кристофера, на себя, а особенно на окружного прокурора, она тяжело вздохнула. Можно же было узнать ее мнение?!
Методом проб и ошибок они наконец подыскали подходящий ресторан, под названием «Лорд Корнуэлл». Одетый в черный фрак метрдотель почтительно встретил их и провел к столику в дальнем конце зала. Только откинувшись на спинку стула, Пэппа почувствовала расслабление. Еще когда они шли по Рейлроуд-авеню, она приметила белую машину, сворачивавшую за угол. И, хотя она не была твердо уверена, что это тот самый «понтиак», который уже попадался ей на глаза, неприятный холодок прошел по спине.
Но после них в ресторан в течение нескольких минут никто не входил, и она решила, что это ее собственное воображение сыграло такую дурную шутку. Кротко сложив руки на коленях, она радовалась предстоящему завтраку в компании мужчины, на которого и здесь стали обращать внимание некоторые женщины, сидящие за соседними столиками.
Даже официантка выказала к Кристоферу неприкрытый интерес. Пэппа с интересом наблюдала, как эта брюнетка записывала заказ, даже не глядя в свой блокнот. Ее глаза были устремлены на Кристофера.
После ее ухода Кристофер положил локти на стол и голову опустил на кулаки.
— Так что конкретно прокурор сказал вам обо…
Пэппа прервала его:
— Он только сказал, что я должна вам безоговорочно верить и что вы самый подходящий человек для этого задания. — Она выжидательно посмотрела на Кристофера, надеясь вытянуть из него, за какие такие заслуги его сочли подходящим настолько, что Эскобар отказался от услуг замечательных парней. Но делать это она не посмела. Расстроенная тем, что все-таки приходится молчать, она сделала вид, что заинтересованно просматривает меню.
Кристофер же, в свою очередь, внимательно наблюдал за ней. За полуопущенными ресницами янтарные глаза ее светились особенным блеском. На мгновение лицо приняло непреклонное выражение. Сколько неприятных и даже опасных минут пережил он во время службы на флоте, чтобы вот так пасть жертвой торпедной атаки со стороны подружки гангстера.
Пока они ждали заказ, он посвящал ее во вторую часть плана путешествия. Шон дал ему подробные инструкции. Путешествовать они должны под видом туристов, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания.
Пэппа слушала вполуха. Ее занимали несколько другие мысли. Когда Кристофер откинулся на спинку, куртка его расстегнулась, открыв голубую рубашку, плотно обтягивающую мощный торс и тонкую талию. Она ожидала увидеть подвесную кобуру, тщательно спрятанную под мышкой, но ее не было. И это Пэппу озадачило.
Она задумчиво нахмурила лоб. Как ей помнилось по рассказу Эскобара, Гленда утверждала, что люди, убившие ее мужа, не собирались и на шаг подпускать ее к Лос-Анджелесу. И хотя за те дни, что она провела в доме Гленды Корлис, с ней не случилось абсолютно ничего, Пэппа не забыла о своих страхах. Если эти парни решат убрать ее, они не остановятся ни перед чем.
«А вооружена только я». Опасения все больше и больше охватывали ее.
— Пэппа?
Задумавшись, она не услышала голос, позвавший ее, и вздрогнула от прикосновения Кристофера. Ее обеспокоенные глаза уставились на него, но сейчас они были затуманены неприятными размышлениями.
— Да-да. Я слушаю?
— Наш завтрак несут, — мягко проговорил он, указывая в сторону официантки.
— Я, должно быть, задумалась, — рассмеявшись, чтобы скрыть смущение, сказала Пэппа.
Он криво усмехнулся, словно догадавшись, о чем она думала. Пэппа замерла, и глаза ее поблекли от вполне понятного переживания. Она заколебалась, решая, стоит ли разузнать, как, собственно, он собирается защищать ее в случае чего, но затем переключила внимание на салат.
Завтрак проходил в тишине, но Пэппа чутьем ощущала, что его больше интересует она, чем стейк. Оттого, что он часто посматривал на нее, Пэппа потеряла всякое желание есть и, перестав прикидываться, оттолкнула тарелку.
— Вероятно, я не так уж сильно проголодалась, — объяснила она, поднимая на него глаза. И уловила теплоту в его взгляде.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
