–Уважаемый клиент, в ваш контракт не входит ловля добычи живьём, – заметил пард, когда перед ним остановились охотник и жертва. – А может, вас стоит называть не клиентом, а агентом?
Битти оглянулся на драконочку. Та пожала крыльями.
–Разумеется, они слышали весь разговор. В меня вживлён биомодуль, забыл?
С трудом взяв себя в руки, Менахэм вновь обернулся к парду.
–Я представитель крупнейшей в Галактике информационной корпорации. Мне стоит сказать пару слов, и от вас, вместе с вашей компанией, не останется даже воспоминаний.
–Правда чтоль? – ухмыльнулся Кш'арр. – И кому ты намерен высказать претенции, обезъяна? Ей? – он кивнул на драконочку.
Битти улыбнулся.
–Ты спятил? – спокойно спросил он. – Угрожаешь представителю информатов?
–Точно, – пард облизнулся. – Угрожаю.
Сняв с пояса пистолет, он направил его на драконочку.
–Ты быльше не представитель информатов, обезъяна. С этого мига – ты убийца дракона.
–Нет! – Битти в прыжке успел толкнуть Кш'арра, и луч пролетел мимо. Пард и человек покатились по песку.
–Я тебе шею сверну, сволочь... – прорычал Битти. Кш'арр, немного ошеломлённый падением, попытался сбросить человека, но Менахэм выхватил мачэте и приставил к его горлу.
–Как отключить биомодуль?! – рявкнул Битти.
Драконочка смотрела на них, недоверчиво моргая. Кш'арр оскалил клыки.
–Пошёл ты знаешь куда, клиент...
–Я перережу тебе горло, тварь!
–Кишка тонка, – прошипел пард.
За спиной послышался тревожный голос драконочки:
–Кш'арр, он не шутит. Его биоритмы соответствуют модели дабл-игрек.
–Да я таких, как он, пачками тра... – пард захрипел и забился. Мэнахэм встал, с силой провернув мачэте в ране.
–Пульт управления должен быть в глайдере, – отрывисто бросил он своей спутнице. – Жди здесь. Я перебъю грифонов и вернусь.
Наклонившись, Битти поднял пистолет убитого Кш'арра и обернулся к драконочке. Та глядела на человека с плохо скрытым изумлением.
–Поразительно... – пробормотала она.
–Что? – Мэнахем усмехнулся. – Не ожидала, что я сдержу слово?
–Да, – согласилась крылатая. – Такого я точно не ожидала. Хотя Аэлита предупредила, что комплекс убийцы в тебе очень силён.
Вздохнув, она расправила совершенно здоровые крылья и отцепила с нижней стороны перепонки маленький пистолет. Битти попятился.
–Что это?!
–Всего лишь инъектор.
Менахэм закричал, но выстрела уже не услышал.
3
Очнулся он лёжа в кровати посреди совершенно белой комнаты с мягкими стенами. Несколько секунд пытался понять, что случилось, затем всё вспомнил. Рывком сел.
–Где я? – спросил Менахэм у грифона, стовшего спиной к нему у окна. Пернатый медленно обернулся.
–В безопасности, – улыбнулась Аэлита. – В полной безопасности.
Битти встал и подошёл к окну. Грифоница спокойно следила за человеком с высоты своего роста.
–Так значит, вся охота была инсценировкой? – помолчав, спросил Менахэм.
–Конечно.
–Этот... Кш'арр, он умер?
Аэлита звонко рассмеялась.
–Вас окружали роботы, Мэнахэм. Кш'арра починили, и сейчас он вновь на острове, сопровождает очередного охотника.
–Роботы? – Битти содрогнулся. – Дракон... Она тоже?
–Нет, – серъёзно ответила грифоница. – Она настоящая. Помнишь, я говорила о её преступлении? Это правда. Она была нашей первой пациенткой, и именно успех подвигнул нас к созданию всего проекта.
Пернатая улыбнулась.
–После излечения, она пожелала присоединиться к нам. И стала одним из лучших специалистов. Возможно, так поступишь и ты. Характер соответствует...
Менахэм медленно поднял голову. Аэлита выдержала его взгляд.
–Зачем? – тихо спросил человек. – Зачем вам это нужно?
Грифоница долго молчала.
–Так ты до сих пор не понял... – вздохнула она наконец. – Мы психологи, Менахем. Наша задача – выявлять потенциальных убийц в обществе Земли. С этой целью и была создана фиктивная компания «Новые миры». Ты мог обратить внимание, что в нашей рекламе охота показана жестоко и откровенно; таким образом мы на самом раннем этапе отсеиваем нормальных, здоровых людей. Они просто уходят из офиса, часто с угрозами в наш адрес.
Аэлита кивнула на дверь.
–Те, кто остаются, уже потенциально наши пациенты. Контракт, который ты подписал, на самом деле – соглашение о принудительном лечении. На первом этапе, замаскированном под медосмотр, мы проверяем генетическую карту пациента. Если анализ однозначно свидетельствует, что ген убийцы не может себя проявить – пациента переводят в другой отдел. Как правило, такие люди очень смутно представляют себе, что такое охота, и после показательной программы на симуляторе они навсегда теряют желание стрелять в животных.
Грифоница помолчала.
–Но есть и другие люди, Менахэм, – сказала она тихо. – Люди, которых в прежние времена принято было звать волками. Как правило, в обществе им сопустствует успех – ведь они хищники. Некоторые за всю жизнь так и не узнают, что носят в себе хищника, другие – напротив, лелеят и развивают своего зверя. Генетики веками искали причину такого поведения, но нашли только пять лет назад.
Аэлита протянула человеку проволочную модель ДНК. Несколько молекул были отмечены яркими красными точками.
–Раз, два, три, четыре, пять... – медленно сосчитал Битти. Поднял глаза. – Что это?
–Ген охотника, – ответила грифоница. – Он есть у всех людей, как впрочем и у нас. Именно этот участок ДНК определяет, способен ли ты хладнокровно убить другое разумное существо, или получать удовольствие, охотясь на животных.
Битти долго разглядывал модель.
–Не верю, – сказал он наконец. – Такое сложное поведение не может определяться генами.
–Ген не определяет поведение. Он лишь повышает шансы стать убийцей. В прошлом считалось, что мужчины с хромосомами YY – с рождения склонны к преступности, насилию и убийствам. Но всё оказалось проще. Есть прирождённые охотники, Мэнахем – те, кто в седой древности снабжал племя мясом и сражался с соседями, кто обычно выживает на войне, кто в выходные ездит в ближайщий лес «пострелять уток»...
–Таких давно не осталось!
–Остались, – улыбнулась Аэлита. – Просто сейчас, в эпоху межзвёздных полётов, когда десятки рас взаимодействуют на сотнях планет, ген охотника становится вреден для своего носителя. Люди с таким мировозрением не умеют находить общий язык с инопланетянами, для них любой «чужой» – всегда инстиктивно воспринимается животным, а животные в их глазах – не больше чем еда.
Грифоница подняла мощную лапу и выпустила когти.
–У нас, у пардов и драконов, ярров и зоран – проще говоря, у настоящих хищников, ген охотника всегда сдерживается механизмами торможения. Это природный способ защиты популяции, у хищников внутривидовая дисциплина на высоте. У вас, потомков всеядных обезъян, внутривидовой дисциплины нет вообще, и только с развитием цивилизации ей на смену постепенно пришёл институт этики и морали.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
