— Наверное, ей достаточно Тэйлора Крэмера, если она согласилась выйти за него.
Расти снова надел шляпу.
— Хмм… не уверен. Присмотрись к ней. Мисс Лэйси — леди.
Сэм округлил глаза.
Он знал Лэйси лучше чем кого бы то ни было. Она действительно леди, но леди, у которой нет сердца.
Лэйси беспокойно расхаживала по комнате, останавливаясь, чтобы взглянуть в окно. Сэм не придет — напросившись на ужин, он просто хотел заставить ее понервничать. У этого нового Сэма железные нервы. Что подумают Расти и ее работники? Она никогда не приглашала никого из них в Большой дом. Насколько она знала, тех же правил придерживался и ее дядя Хоб, и только Расти иногда разделял с ним трапезу, но он был ему больше другом, чем слугой.
Может, стоит сначала покормить Энди? И потом отправить его из столовой, чтобы Сэм не смог обидеть его. Да, именно так, решила Лэйси и направилась на кухню. Рита встретила ее у дверей.
— Пришел сеньор Сэм, сеньора. Он прошел через черный ход. Мне провести его в гостиную?
Сэм прошел мимо маленькой полной женщины, которую не так-то просто было обойти.
— Не беспокойся, Рита. Я уже здесь.
— Si, сеньор. Ужин готов. Я позову Энди.
— Я уже тут, Рита, — завопил Энди, врываясь в гостиную. — Я надеюсь, у нас на десерт шоколадный пудинг?
— Si, малыш, как ты просил.
— Ты избалуешь его, Рита, — улыбаясь, проговорила Лэйси.
— Возьми маму за руку Энди. Мы оба поведем ее к столу.
Глаза мальчика сверкнули, и Энди серьезно предложил руку Лэйси.
— Ты будешь ужинать с нами, Сэм?
— Ты не возражаешь?
Он послал Лэйси предупреждающий взгляд.
— Нет, если мама согласна.
Лэйси молчала, еле сдерживая себя. Не затевать же скандал при ребенке?
Они вошли в столовую, и Лэйси заняла место во главе стола. Сэм уселся на стуле слева от нее, а Энди справа. Рита появилась почти сразу с подносом, полным жареного мяса, печеного картофеля, горошка и свежего хлеба.
Они молча принялись за еду. Уткнувшись в свою тарелку, Лэйси, как могла, оттягивала начало разговора.
— Я все скушал, мама, — звонко объявил Энди, показывая Лэйси пустую тарелку. — Можно мне теперь пудинг?
Рита вошла, неся три порции темного шоколадного пудинга.
— Это мой самый любимый десерт, Энди, — заметил Сэм с аппетитом поглощая пудинг.
Лэйси промолчала. Каждый раз, когда Сэм обращался к Энди, ее сердце на секунду замирало. Энди нужен отец, но Сэм… нет, только не он. В нем слишком много озлобленности. И она хотела одного — чтобы он исчез из ее жизни, прежде чем разрушит ее.
Тэйлор! Ей еще предстоит сообщить ему, что ее муж жив, но одному Богу известно, как ей этого не хочется. Хотя Тэйлор, возможно, поможет ей ускорить развод.
Энди вытер губы салфеткой и отложил ложку:
— Все, я больше не могу, мама.
— Ты устал, солнышко, иди к себе и готовься ко сну. Я приду пожелать тебе спокойной ночи.
Энди сполз со стула. Он нежно чмокнул мать в губы и подошел к Сэму.
— Наклони голову, — проверещал он хитро.
Лэйси ахнула, разгадав намерение сына, и попыталась предотвратить поцелуй.
— Не беспокой Сэма, милый.
Но Сэм уже наклонил голову. Судя по растерянному лицу, он представления не имел, что собирался сделать мальчик. И искренне удивился, когда Энди приподнялся на цыпочки и громко чмокнул его в щеку.
— Спокойной ночи, Сэм. Я рад, что мама пригласила тебя на ужин. Это лучше, чем когда Крэмер ест с нами. Представляешь, он всегда недоволен моими манерами!
— Я думаю, твои манеры очень неплохи, Энди. Доброй ночи.
Энди вприпрыжку выбежал из комнаты.
— Спасибо, что ничего не сказал при Энди, — нехотя поблагодарила Лэйси.
— Я не идиот, Лэйси. Энди ни при чем. Ему не нравится твой Тэйлор Крэмер, ты знаешь.
— Я знаю, но он ребенок. Ему не понравится любой, кто, по его мнению, украдет у него его мать.
— Но кажется, против меня он ничего не имеет?
— Он видит в тебе наемного работника и только. Все наши рабочие — друзья Энди. Спроси любого. У него нет причин ревновать к тебе.
— Я думаю, ты не права. Но я не отвечаю за него, ведь правда? И какое мне дело, даже если я вижу, что он несчастлив? Это же не мой ребенок! Но у меня нет намерения разводиться с тобой, так что парнишке не нужно беспокоиться из-за Тэйлора.
Лэйси поняла все. За шесть лет разлуки Сэм из милого юноши превратился в злостного тирана. Она поднялась, стараясь выглядеть как можно независимее, что ей всегда хорошо удавалось, и бросила салфетку на стол.
— Пора…
— Подать кофе в гостиную, сеньора?
Рита стояла в дверях. На ее круглом лице застыло ожидание.
— Нет. Я…
— О, кофе, звучит заманчиво, — прервал Сэм, прежде чем Лэйси смогла закончить. — В гостиной будет чудесно, Рита.
— Как ты смеешь! — взорвалась Лэйси, как только Рита ушла. — Это мой дом!
— А я твой муж, — сказал Сэм, хватая Лэйси за локоть и таща ее за собой в гостиную.
Он остановился около софы, но вместо того, чтобы позволить ей сесть, он схватил ее и притянул к себе. Легкая дрожь пробежала по ее спине. Он смотрел ей прямо в глаза, его лицо оказалось так близко, что она могла чувствовать горячее дыхание на своей щеке. Она заморгала, не в силах вынести его взгляда, но он упорно продолжал смотреть на нее.
— Что? Что с тобой?
— Ты такая красивая, — пробормотал он. — Еще красивее, чем была. — Его взгляд остановился на ее груди. — Годы милосердны к тебе.
— Мне было семнадцать, когда мы поженились. Женщины созревают и меняются с годами. Ты тоже изменился.
Его взгляд вернулся к ее лицу.
— Да?
Она колебалась, затем произнесла:
— Ты изменился, стал жестче, холоднее, сдержаннее. Ты тоже повзрослел, твое тело… — Она просто не в состоянии удержаться от комплимента… Сэм превратился в настоящего мужчину. В юности он был худым, долговязым, немножко нескладным, а сейчас перед ней стоял сильный, суровый прекрасный мужчина.
Она отвела взгляд, но Сэм не собирался отступать. Он приподнял ее за подбородок и наклонил голову. Возглас удивления сорвался с ее губ, когда его губы прикоснулись к ее. О Господи, она не могла остановить его. Не сейчас… Нет… Когда узнала, что значит жить без него. Но позволить ему снова обидеть ее! Нет, она просто не вынесет этого.
Первое прикосновение его губ оказалось легче перышка. Но тут же поцелуй стал настойчивее, его губы стали жесткими, требовательными, язык проник во влажную глубину ее рта, ища, пробуя, как будто желая познать ее на вкус.
Она таяла в его объятиях, давая ему то, что он искал. От его прикосновений ее губы, ее тело стали мягкими и податливыми, словно воск. Она больше не контролировала себя. Услышав его стон, Лэйси тут же вернулась к реальности. Оттолкнув его, она вырвалась и в ужасе уставилась на него.
