— Это все моя жена, — сказал он. — Она позвонила в учительскую вчера днем, и они сказали ей, что я ушел домой, потому что заболел. Она плакала полночи. Я не знал, что ей сказать.
Сара подняла голову, встала на цыпочки и поцеловала его в губы. Она погладила его по спине и поцеловала за ушами. «Да, я тоже чуть не прокололась. Глупая подруга моей дурацкой сестры увидела, как я проходила через парковку. Я сказала, что мисс Райт попросила меня достать из ее машины одну вещь и принести ей. По-моему, она мне не поверила...» Сара поцеловала его в кадык. «Нам лучше больше так не делать».
— Рано или поздно нас вычислят.
— Может быть, к тому времени это уже будет не важно.
Он отстранился и заглянул ей в лицо. «Как это может стать неважным? Я люблю жену, Сара. Я люблю детей. Ты хоть представляешь, что с ними будет, если они узнают про нас?»
Сара застыла. Ей никогда в голову не приходило, что он может не хотеть того, чего хочет она. Она представляла его семью как препятствие, такое же, как ее родители и ее возраст. Для нее само собой разумелось, что все препятствия будут преодолены, что любовь — «словно прочный маяк, который не колеблют бури». Но если любовь — это его чувство к жене, тогда Сара — буря. Это она помеха, а с этим она смириться не могла.
— Ты хочешь меня бросить?
— Бросить тебя? — мистер Карр засмеялся. — О боже, что за выражение!
Сара ничего не могла с собой поделать она снова начала плакать.
— Почему ты такой подлый?
— О, мое сокровище. — Он сжал ее в объятиях. — Смешно думать об этом, о нас, как о романе двух подростков, который закончится тем, что один бросит другого. Как будто мы можем прекратить это, просто сказав несколько слов. Право же, хотел бы я, чтобы все было так просто. Чтобы я сказал «все кончено», и все кончилось бы. Мы с тобой не перестанем нуждаться друг в друге, пока оба не умрем, и нас не похоронят.
— Пока «моя честь не обратится в прах»?
— О боже, ты просто чудо. — Мистер Карр легко поднял ее и усадил на разделочный стол. Он раздвинул ей ноги и встал между ее бедер, его руки и ее руки вместе расстегивали молнию, стаскивали трусы, снимали брюки, съехавшие ему на колени. «Как такое возможно: ты всегда точно знаешь, что сказать! Я вел себя как последний грубиян, а ты, о!» Он продвинулся внутрь. «О Сара, боюсь, что изношу твою честь до нитки, не успеет тебе исполниться пятнадцать. Бедная малышка, о господи, я делаю тебе больно?»
— Нет, — ответила она, хотя больно было.
— Я делаю тебе больно, разве нет? — Он задвигался быстрее. — Скажи, Сара, пожалуйста. Я делаю тебе больно, да?
— Да, мне больно. Но мне это нравится, мистер Карр, правда.
Он застонал и кончил. «О малышка Сара. Ты всегда знаешь, что сказать».
— Сара? — обратился к ней Джейми. Был вечер пятницы, они валялись на диване в гостиной Джейми. Шла программа МТВ, но ни он, ни она не смотрели телевизор. Сара читала «Мадам Бовари», а Джейми листал журнал «Роллинг стоун».
— М-м? — Она не оторвалась от книжки. Джейми сказал ей не больше двух слов после ее вчерашнего доклада по Эмили Дикинсон. Она задумалась, не станет ли он, наконец, расспрашивать ее обо всем этом.
— Хочешь пить?
Сара вздохнула.
— Не-а.
Джейми вышел из комнаты и вернулся с банкой кока-колы и пакетом чипсов. Он сел на пол, открыл банку и сделал большой глоток, потом разорвал пакет и схрумкал горсть чипсов.
— Так, значит... — начал он.
— Что?
— Ты с мистером Карром действительно...
Сердце Сары застучало. Она закрыла книжку и села на диване.
— Да. Я же тебе сказала.
Он кивнул.
— Просто я думал... М-м... То есть вы... вы целуетесь и все такое?
— Нуда.
Джейми снова отпил из банки.
— Вы занимались с ним этим?
Она кивнула.
— Черт. — Джейми вскочил и наподдал ногой пакет. — Блин, Сара, это... ему же, наверное, сорок лет!
— Нет. Всего тридцать восемь.
— Он же учитель!
— Мы любим друг друга.
Джейми сел и снова взял журнал. Через некоторое время Сара вернулась к роману. Она чувствовала себя разочарованной, но не понимала почему. Чего она ожидала? Поздравлений? Она попыталась представить себе, что она почувствовала бы, если бы ситуация была обратной, но сама мысль о том, как Джейми делает с женщиной то, что делал с ней мистер Карр, была слишком странной. Скорее всего, Джейми вообще не слышал кое о чем из того, что они с мистером Карром вытворяли. Но ведь и она тоже ничего об этом не знала, пока мистер Карр ее не научил. Два месяца назад она была так же невинна, как Джейми; а теперь ей казалось, что ничто в сексе уже не может ее шокировать.
— Ты сердишься на меня? — спросила она Джейми, перед тем как уйти.
Он пожал плечами.
— Кто еще об этом знает?
— Только ты. Ты ведь никому не скажешь, правда?
Он покачал головой. Саре показалась, что она заметила, как в его левом глазу блеснула слеза, но он отвернулся, прежде чем она могла рассмотреть. «Спокойной ночи», — сказал он и закрыл дверь, впервые за все время их знакомства не предложив проводить ее домой.
5
Иногда он был таким типичным учителем английского, что ее это просто бесило. Пока он запирал дверь раздевалки, она проговорилась о том, что вчера вечером закончила «Мадам Бовари», и теперь он собрался потратить драгоценное время их уединения на то, чтобы обсудить роман.
— Мы можем поговорить потом.
Он улыбнулся.
— Не терпится, да?
Сара пожала плечами, сбросив школьную сумку.
— Выходные тянутся так долго. К вечеру понедельника настолько...
— ...хочется секса?
Она почувствовала, что краснеет. Именно так девочки, которые ходили курить в туалет, говорили про мальчиков, с которыми они ездили кататься на машине субботними вечерами. Сара не думала, что эти слова подходят, чтобы описать, что чувствует она.
— Нет, не так. Я просто скучаю по тебе.
— Тогда скорее садись. — Он показал на скамейку из нержавеющей стали, которая проходила по центру комнаты. — Поговори со мной. — Он сел к ее ногам, глядя снизу ей в лицо. — Что ты думаешь об Эмме Бовари?
Сара вздохнула.
— Даже не знаю. Сначала она мне дико не понравилась, особенно то, как она обращалась с ребенком, но одновременно мне было жалко ее.
— Почему?
— Ну, потому что она стремилась к чему-то необычному, к блаженству. Но ее муж был таким ничтожеством, что она влюбилась в первого же, кто мог дать ей немного радости в жизни, а он оказался свиньей, а следующий парень оказался ужасным трусом, и, похоже, что чем дальше она ищет, тем хуже.
