- Да, они такие. Но мне уже в самом деле нужно идти. Еще увидимся, ладно?
- Ох. - Она моргнула и, казалось, немного озадачилась, когда убрала руку с его запястья. - Конечно. Уверена, что еще обязательно увидимся.
Вытянув на лице подобие улыбки, Лестер отвернулся и направился в ванную.
Как же он был рад, что отвязался от нее.
В ванной он запер дверь и подошел к унитазу.
Не нужно было быть с ней таким прямолинейным, подумал он, расстегивая брюки. По крайней мере, она нормально ко мне относится.
В отличии от всех остальных.
Ну, может быть, еще кроме Яна. Он тоже казался ему довольно неплохим парнем.
Все остальные же были настоящими снобами, абсолютно игнорирующими Лестера.
И все это только из-за того, что я работаю за гроши на плохой работе.
Кучка придурков.
Лестер закончил свои дела и спустил воду. Перед тем, как открыть дверь, он убедился, что молния на брюках застегнута.
Это единственное, чего мне сейчас не хватает, подумал он. Разгуливать среди них с расстегнутой ширинкой.
Хотя, даже это вряд-ли бы кто заметил. Я человек-невидимка.
Войдя в гостиную, он начал искать взглядом Яна. Он увидел его в углу - высокий мужчина, с важным видом разговаривающий о чем-то с Хелен и Рональдом.
Хелен выглядела просто потрясающе. Дерзкая стрижка в стиле Питера Пена в сочетании узкой юбкой и водолазкой делали ее невероятно сексуальной. Водолазка плотно обтягивала грудь, демонстрируя чуть ли не каждую деталь.
Она стояла так близко к Яну, что ее правая грудь едва не касалась его руки.
Она делает так специально?
Конечно специально, подумал Лестер.
Но, казалось, Ян совсем не обращал на это внимания.
Или просто делал вид.
А вот Рональд как-раз таки обращал. Он работал учителем английского, но не в школе. Несколько лет назад, после женитьбы на Дейл, он переквалифицировался из школьного учителя в преподавателя колледжа. Тем не менее, это не мешало ему продолжать нести почетное членство в Социальном Комитете и присутствовать на каждом собрании. Веселиться он, судя по всему, любил так-же, как преподавать. Точнее, даже не преподавать, а поучать всех и всему. Он считал себя экспертом во всех областях, и постоянно о чем-нибудь разглагольствовал. Сейчас, глядя на него, Лестер видел, как тот, кивая с умным видом, слушая Яна и вставляя свои комментарии, тайком поглядывает на груди Хелен.
Кажется, он так и хочет сорвать с нее эту водолазку, подумал Лестер.
Удачи, приятель.
Потому что под водолазкой он обнаружит большой, толстый бюстгальтер с четырьмя крючками на спине, а под бюстгальтером пару прекрасных, но ледяных айсбергов.
А может быть и нет, подумал Лестер. Возможно эта сучка так холодна только со мной.
Чувствуя, как внутри что-то сжалось, он отвернулся от супруги и беседующих с ней мужчин. Он увидел Эмили Жан. Та сидела на диване, потягивая мартини и рассказывала что-то Дейл.
Дейл, сидящая к Рональду спиной, наверняка даже и не подозревала о том, как он пялится на грудь Хелен.
А может ей просто все равно.
Она сидела, слушая Эмили Жан, с самодовольной улыбкой на лице, держа в одной руке бокал виски, а в другой сигарету. Как и обычно, сигарета была вставлена в длинный, тонкий, кажется даже позолоченный мундштук.
Высокая, стройная и элегантная, Дейл была почти красивой. Но твердой, как скала.
Как и все они, подумал Лестер.
Нет, на самом деле твердыми были не все. Эмили Жан, например. Она, наоборот, казалась утонченной и уязвимой, но уж никак не твердой.
А вот Хелен была именно такой. И Дейл тоже. Таковыми были большинство из них, особенно женщины.
Наверное, это у них профессиональное.
Чувствуя себя невероятно подавленным, Лестер подошел к столу с напитками. Наполнив стакан льдом, он налил в него водки с апельсиновым соком из пластикового кувшина и уселся в кресло неподалеку. Он сделал глоток.
Да ну их всех к черту, подумал он. Пускай уже поскорее проваливают по домам.
6. Тост
- Проблема начинается с младших классов, - сказала Хелен. Она сказала это как факт, а не как мнение.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Яну очень не понравилось это высказывание но он лишь стиснул зубы и промолчал. Он был знаком с Хелен Брайант уже три года, с тех самых пор, как она устроилась работать в Среднюю Школу Гранд Бич, и все это время она была жесткой, циничной особой, без каких-либо проявлений чувства юмора, и он знал, что вступать с ней в спор лучше не стоит.
- Ты просто пытаешься переложить ответственность, - сказал ей Рональд, ухмыльнувшись и кивнув, только для того, чтобы лишний раз взглянуть на грудь, обтянутую узкой белой водолазкой.
Зачем она так одевается? - Задавался вопросом Ян. Если на ней была не водолазка, а блузка, то она всегда была сделана из самой тончайшей ткани, а юбки постоянно были настолько короткими, что едва прикрывали бедра.
Причем одевалась она так не только на их собрания но и в школу.
Яну казалось нелогичным то, что такая холодная и твердая особа, как Хелен, постоянно пытается выставить себя напоказ.
А может, не такая уж она и чопорная, как кажется, подумал он.
Ну или она просто забывает о том, как реагируют мужчины на подобную одежду. Просто живет в своем собственном мирке, заполненном планировкой уроков, подготовкой тестов и проверкой домашних заданий.
- Я просто объясняю, - сказала Хелен, - что большинство детей, поступая к нам, не умеют ни читать, ни писать. Они настолько отсталы, что...
- Хелен, то, что ты говоришь, похоже на слова врача, который жалуется на то, что нему приходят больные пациенты. Позволь мне сказать о том, что эта ситуация полностью в твоих руках. Ты сама можешь взяться за проблему и исправить ее.
- Это легче сказать, чем...
- В мой класс порой приходят ученики, не умеющие отличить существительное от глагола. Слово период они считают лишь иным названием женского месячного цикла. А ведь это не Средняя Школа, а колледж!
- Это колледж нашего городка, - съязвила Хелен. - Те, кто умеет читать, отправляются учиться в другое место.
- Точно! - Выпалил Рональд, рассмеявшись.
- Кроме того, - продолжила Хелен, - все это происходит лишь последние три года.
- Всего три? - С сарказмом спросил Рональд.
Хелен взглянула на него с прищуром:
- Не думаю, что за какие-то три года мы можем преодолеть десятки лет невежества.
- О, пожалуйста.
- Особенно, когда половина детей даже не говорят нормально по-английски у себя дома.
- Умоляю тебя.
Хелен подтолкнула руку Яна одной из своих грудей. Жесткая чашка лифчика, казалось, немного прогнулась и он почувствовал под ней мягкую упругость.
- Ты же понимаешь, о чем я. Скажи ему.
Ян почувствовал, что его лицо налилось краской.
Зачем она это сделала?
Он пожал плечами и сказал:
- Другого оправдания такой эпидемии безграмотности я не вижу.
- Браво! - Воскликнул Рональд.
- Спасибо за поддержку, - сказала Хелен.
- А с этими новыми экзаменационными тестами, - сказал Ян, - мы вообще вряд-ли сможем кого-нибудь нормально выпустить.
Проходящая мимо Эмили Жан Боннер, элегантно держа в руке бокал с мартини, невзначай присоединилась к беседе. Ян приветственно кивнул ей, и она улыбнулась в ответ, будто удивляясь, что на нее обратили внимание.
- Я, например считаю, - сказал Рональд, - что вы должны уделять больше времени на разборку структур предложения, чем на чтение произведений Шекспира. Литературу лучше оставить для колледжа.
- Мне кажется, что как ты ни протестуй, такого не произойдет никогда, - заявила Эмили Жан, улыбнувшись Рональду и приподняв брови. Ее Грузинская манера говорить, слегка растягивая слова, всегда навевала на Яна какую-то грусть. Она невольно напоминала ему стареющую Скарлетт О'Хару, не желающую мириться с фактом старения и перекрасившуюся из-за этого в ярко-огненный цвет.
