Выражение лица у неё при этом было такое, что врятли кто — то сказал бы ей при этом даже слово. Уж очень сейчас, во время своего занятия, она была похожа на Ганнибала Лектора из «Молчания ягнят».
Закончив разбрасываться своими «сумарями», она с видом человека, который вообще вроде, как не делает ничего такого необычного, спрыгнула с подножки поезда на перрон. Далее, по-прежнему не обращая внимания на недовольных прохожих, которые к слову своё недовольство только выказывали косыми взглядами в Майю, говорить, что — то ей в открытую опасались, она принялась собирать свои сумки. Я этих людей, что случайно оказались в опасной близости к багажу сестры понимала, от нее за версту, словно шлейфом дорогих духов исходил запах опасности и возможных неприятностей. Она словно хищник среди травоядных. Напрягает своим присутствием, и все стремятся держаться от неё на почтенном расстоянии. Вот интересно она всегда такая «милашка» или просто дорога была утомительной?
Ладно, чего стоять — гадать, нужно идти на помощь сестрице. Улыбнувшись я пошла помогать Майе справляться с её сумками. Сумки — это тебе не люди, их не так уж и просто заставить делать что — то самих. До дому они сами себя точно не дотащат.
Подойдя со спины, я весело произнесла:
— Привет, Майя! Как доехала?
Сестра медленно обернулась и принялась пристально разглядывать меня. Моё приветствие и вопрос, она же проигнорировала напрочь. Ну и характер — с…
Вместо этого она поспешила отметить мои внешние изменения во внешности. Я в свою очередь заверила её, что мы обе изменились, так как прошло не мало времени, но похоже её мой ответ не удовлетворил, а главное она не посчитала его истиной на все сто процентов. Как я это поняла, спросите Вы? А очень просто, по её не многословному ответу:
— Ну, может быть, может быть…
Взгляд её при этом стал не просто пристальным, он стал уже прожигающим. Того и гляди сейчас прожжёт во мне дыру! Не в силах больше находиться под таким пристальным вниманием. Ей бы снайпером или киллером ей Богу, с таким взглядом работать!!! Я, схватив сумку из её руки, предложила поехать домой. Ну, а что? Может дома, в родных стенах она перестанет быть похожа на наёмную убийцу.
Майя ничего не ответила, просто молча закинула две спортивных сумки с длинной ручкой себе на спину, через плечо и взяла оставшуюся в одну руку. Не понимая, как дальше мне с ней себя вести, я просто молча, плюнув на всё, схватила её за руку и потащила в сторону автобусной остановки. Она не сопротивлялась, но и особого счастья конечно тоже не выказывала. Просто молча позволяла мне себя тащить. В моей же голове, уже родился план, как я налажу с ней контакт. Ей просто нужно рассказать о своей проблеме, выговориться кому — то и тогда ей станет легче, и она перестанет быть такой букой.
***
Уже битый час я словно бьюсь об глухую стену, пытаясь хотя бы слово вытянуть из этой заразы, а она как — будто неприступная крепость, которую я никак не могу покорить. В рот воды набрала и отмалчивается. Все её однозначные ответы, лишённые подробностей, просто убивают. Нет, я конечно же была в курсе картины в целом, что там у неё произошло. Спасибо её дяде, Георгию Алексеевичу, просветил, ввёл так сказать вкратце в курс дела, но мне же подробностей хотелось. И желательно кровавых, учитывая, что меня тоже недавно предали. Своему козлу морду не отреставрировала, так хоть о подробностях покорёженного «фейса» другого козла послушать, да порадоваться, что есть всё-таки ещё на свете человеческое правосудие!
Но Майя не спешила обнажать передо мной свою душу, что в общем — то было обидно. В своём негодовании я не переставая задавать ей вопросов, ходила туда-сюда, мимо кресла, в котором она, поджав ноги под себя расположилась. Это было единственное, что я могла в данной ситуации. Очень конечно хотелось её ударить, но я боялась получить от неё в ответ. Уж слишком хорошо я её знала…
Набрав в грудь побольше воздуха, перед следующим потоком вопросов я на мгновение замешкалась. Майя воспользовавшись этим, в ответ на мои атаки произвела свою. Конечно для неё, обычный во всех отношениях, со стороны вопрос: «ты то как?» не представлял ничего особенного, так, не более, чем проявление вежливости. Поинтересоваться, как дела у человека, который уже шесть часов подряд спрашивает, как твои, что в этом не обычного?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Но для меня, это безобидное «ты то как?», словно прорвало дамбу в моей душе. Вся моя обида, боль и горечь неконтролируемой волной поспешила выплеснуться наружу в потоке слов. Жалуясь сестре на свои жизненные неудачи, я просто не могла остановиться. Такого со мной раньше никогда не было. Выложив всё как есть, я наконец — то успокоившись подняла свои глаза на Майю. Не знаю, чего я от неё ждала. Может какого — то сочувствия, поддержки… Но похоже все эти чувства были ей не знакомы. А может я просто её доконала. Она же всё-таки только с поезда, а я ей сразу допрос устроила. Ни отдохнуть, ни поесть толком спокойно не дала. Наверное, поэтому всё, что она произнесла было:
— Мне надо выпить!!!
Глава седьмая
МАЙЯ
Занимаясь сексом с
парнем в дверном
проёме, Таня вдруг
вспомнила, что через
порог не дают…
***
Сперматозоидам мешают
выйти в люди всякие
гондоны.
Афоризмы
***
Через час мы с Анной уже стояли у входа в местный клуб и ждали с моря погоды… Точнее мы ждали близкую подругу Ани, Есению.
Но видимо она была из категории людей, которых хорошо только за смертью посылать. Ну или она со своим табором, уже где — нибудь в другом месте, лагерем стоит. Это мне старый фильм вспомнился… про цыган.
Моё и без того, хреновенькое настроение становилось ещё хуже. Нервозность и психоз росли пропорционально каждой минуте моего ожидания.
— Долго нам ещё ждать твою подругу? — с очень явным нетерпением и раздражением спросила я.
— Сейчас я ей наберу. Подожди минутку, хорошо? — обеспокоенно — просящим голосом попросила Аня.
Я обречённо махнула головой, молча дожидаясь пока сестра поговорит по телефону.
Разговор был очень коротким и явно расстроил Анну. Из отдельных фраз типа: «ну как же так Сеня», «мы же договаривались», «ты ведёшь себя в последнее время очень странно» я поняла, что Есения не придёт и что моя сестра очень чем — то расстроена, нужно будет узнать. Но сначала нужно выпить, а то сорвусь на хрен, к чертям собачьим!!
— Ну что, идём? — осторожно поинтересовалась я.
— Да, пошли. Она не придёт. — грустно ответила мне сестра.
Войдя наконец — то внутрь, мы прошли через весь танцпол и уселись за барной стойкой. Заказав выпить, я стала изучать здешнее заведение.
Ну, что сказать… Кабак, как кабак, ничего особенного и сверх выдающегося. Столики, стулья, барная стойка и место для танцев, так сказать танцпол. Свет полу приглушённый, хотя скорее это было больше похоже на отсутствие нормального света, казалось, что мы в подземелье сидим. Ну или в тюремной камере какого — нибудь замка. По ощущениям точно в такой же томился знаменитый Эдмон Дантес, он же граф Монте — Кристо — Александра Дюма.
Свето — музыка тоже оставляла желать лучшего, впрочем, как и сама музыка. Ну или те музыкальные извержения, что доносились из мощных колонок, распиханных по углам этого заведения.
Интересно, как с выпивкой обстоят дела? Так, сейчас узнаем! Взяв стопку я залпом её осушила. Ооо, а выпивка то цивильная!! За такое пойло можно и в этом подвале посидеть.
Рядом Анна тоже выпила, но если на меня выпивка подействовала бодряще, то её она ещё больше ввела в состояние уныния. Казалось, что она стала ещё печальнее и задумчивее. Хотя по — моему мнению куда больше то?! Опрокинув в спорт режиме ещё три стопки, я всё же решила начать разговор. Хоть и заранее знала, что я об этом очень и очень пожалею.
— Ну ладно, давай рассказывай, что тебя так тревожит?
— А тебе разве не всё равно? — почти шёпотом, себе под нос пробубнила она.
