- С удовольствием зайду. Планируешь отметить второй день рождения?
- Да. Подъемные мне выдали нехилые.
На том и расстались.
Соседи встретили меня сочувственными взглядами.
- Роман, - начал, было, Ден, - я был уверен, что ты в курсе…
- Все норм, Денчик! – перебил я товарища. – Сумма удовольствий всегда ровняется нулю! Ты не представляешь, сколько я сегодня поднял с одной ставки! Хватит либо восстановиться, либо на контракт перевестись, я пока еще не решил, что выбрать.
Ден поверил. Его даже не смутило, что до этого я никогда ставками на спорт не интересовался. Единственно, он предложил мне третий вариант: купить военник и перевестись на заочку. Я обещал подумать.
А вечером случилась пьянка; безжалостная и беспощадная. Все друзья и товарищи искренне радовались моей удаче и своей бесплатной выпивке. Белый пришел в гости не один. Все иные этажа вошли в комнату одной тихой и незаметной компанией. Я смотрел на них максимально сосредоточенно, но, вне сумрака так и не смог понять, даже того, кто из них какой масти. Отдельно порадовало то, что среди пятерки вошедших была Аня. Она, может, и не входила в топ три красоток общежития, но была достаточно симпатична, чтобы мне сложно было завести с ней непринужденную беседу без серьезного повода. Теперь, когда у нас много общего, я буду гораздо решительнее!
Часть гостей при виде Ани тоже заметно оживилась. Сразу несколько взглядов метнулось в мою сторону. Я слегка пожал плечами, мол: «Сам удивлен и не понимаю, каким ветром ее сюда занесло».
Этот знак был воспринят, как сигнал к началу спортивного состязания за очень престижный трофей. Раз уж девушка неожиданно появилась на банальной пьянке без сопровождения, то, вполне возможно, ищет приключений, которых ей здесь могут обеспечить предостаточно!
Ко мне тем временем подошел Антон. Если бы не Аня, то все внимание к себе приковал бы именно он. Парень был известен на весь студгородок похмельным спором на то, что он не будет пить спиртное три года, три месяца и три дня. Подобные мероприятия он избегал уже второй год. Когда же становилось совсем тяжко, Антон сублимировал – пил газировку желтого цвета, заедая ее чипсами или сухариками.
- Вампир! – тихо, практически одними губами произнес гость. – Поэтому и не пью. Для нас алкоголь – яд.
Я, конечно, слегка удивился, но внезапно возникший в голове вопрос сменил удивление на любопытство:
- А что ты будешь делать, когда выйдет срок спора?
- Удвою ставку и утрою сроки! – улыбнулся Антон.
Я невольно присмотрелся к его зубам, но не увидел в них ничего необычного. Наверное, это была стандартная реакция на новость, потому что гость улыбнулся еще веселее и шире.
- Мы познакомимся поближе, когда вам в школе прочтут первые лекции, чтобы избежать кучи глупых стандартных вопросов, хорошо? – предложил Антон.
- Тебе виднее, - не стал возражать я, - а остальные тоже подходить будут, или ты от имени всех?
- Мы ни о чем таком не договаривались, - пожал плечами мой собеседник, - по идее, должны: у нас принято лично приветствовать новичка. Разве что Анне будет сложно выбраться из кольца ухажеров…
Мне показалось, что к, определенно, светлой Ане мой новый знакомый, относится не слишком дружелюбно, что явно выбивалось из местной теории симбиоза двух обычно противоборствующих сторон.
- У вас с ней какие-то проблемы? – все же уточнил я.
- Как сказать, - замялся вампир, - вы, светлые, все немного странные, но Анна должна была стать ведьмой, а теперь – ворожея. Сложно объяснить. Это отдаленно похоже на то, когда левшу переучивают писать правой рукой. Никому невидно, но ребенок оказывается как бы покалечен. Так и с ней: была бы классическая дольная жизнью ведьма, а так – какое-то блаженное создание…
Антон неопределенно покачал головой и, наверное, с виноватой улыбкой отошел к ближайшей шумной компании, где уже в серьез разгорался спор, кто дальше сможет плюнуть сухариком.
Я оглядел битком набитую комнату –Иные растворились в коллективе. Выбивалась только Аня, буквально купающаяся в лучах внимания соискателей ее благосклонности. Один даже чистил для нее рыбу к пиву. Я готов был руку дать на отсечение, что не покупал никакой рыбы, и никто ее в комнату не приносил! Выходит, что чудеса бывают и в старом привычном для меня мире.
Особенно повеселил Ден: он расположился рядом с кругом поклонников Ани и ждал хотя бы одной удачной остроты со стороны из кожи вон лезущих горе-соблазнителей. Однако, судя по кислому выражению лица собирателя юмора, поживиться здесь было нечем.
Мне же, чтобы соответствовать легенде, предстояло сегодня набраться по самые брови, что я старательно и делал все это время. С завидной постоянностью ко мне подходили друзья, товарищи, знакомые с просьбой дать в долг. В итоге Дену пришлось сменить место засады, да и, собственно, род деятельности. Теперь он сидел около меня и записывал на чистом листе неизменного блокнота имена заемщиков, суммы и сроки.
- Ты карандашом сроки пиши, карандашом! – острил я, никому не отказывая в порыве пьяной щедрости.
Видя, что я уже начинаю пропадать, как собеседник, ко мне подошли два абсолютно непохожих друг на друга брата близнеца. Когда я узнал, что они еще и разномастные Иные, то смеялся в прямом смысле до слез. Но они, кажется, не обиделись.
Последним в тот вечер относительно цельным отрезком воспоминаний был мой разговор с Аней. Ну, как разговор… я стоял ровно Аня и весь остальной мир вокруг нас ощутимо покачивались, вызывая пока еще тихие протесты моего вестибулярного аппарата. Анина фраза, почему-то начиналась с середины:
- …иначе завтра тебе будет очень плохо.
В ответ я, самодовольно и даже самоуверенно улыбаясь, отрицательно мотаю головой. От чего мир будто срывается с цепи и резко уходит куда-то вправо, а меня, вполне логично клонит влево настолько, что приходится даже стать на одно колено и опереться рукой об пол.
Дабы окончательно не потерять лицо я громогласно объявляю Анне, что она сегодня «просто сногсшибательна!».
Дальше – ничего связного.
7
«Утро» и «расплата» - определенно могут быть словами синонимами. Хотя, если просыпаться днем, а не утром, то данное утверждение можно оспорить. Но телефонный звонок раздался именно утром. Мелодияиграла долго и нудно, была незнакомой и громкой. Я раздраженно, боясь сделать лишнее движение раскалывающейся головой, на руках приподнялся с кровати, чтобы в пространство комнаты задать вопрос, кто оглох и не слышит свой телефон, как понял, что это подал голос мой охранный амулет.
- Да, - еле слышно, хриплым голосом ответил я незнакомому номеру.
- Это Сергей Петрович, - донеслось из трубки, - запиши этот номер. С сегодняшнего дня с девяти утра по будним дням ты официально будешь работать «на кафедру», посещать будешь только те занятия, которые сочтешь нужными. Все вопросы по обоим видам обучения задашь нашему кафедральному лаборанту. Этот номер впредь использовать только для экстренной связи. Отбой.
- Что? – вяло переспросил я. – Но Сергей Петрович уже завершил разговор.
Прислушавшись к себе, я нашел абсолютно все признаки похмелья. «Значит, вчера было вот прямо хорошо!» - мелькнула в голове язвительная мысль.
Ища глазами воду, я заодно пытался высмотреть и свои вчерашние штаны. В итоге, не нашел ни того, ни другого. Пришлось брать с полки последние (летние) чистые джинсы и уже в них идти пить и, заодно, умываться.
Поравнявшись по пути с дверью комнаты Ани, я, как будто, уперся в мягкую, но тугую стену. Чтобы не потерять равновесие, пришлось схватиться за дверную ручку. Ладонь тут же словно приросла к ней, а меня затрясло, как неосторожного электрика в трансформаторной будке. Ощущения, если и были приятнее, чем удар током, то не на много. Зато, когда все закончилось, и рука оказалась свободной, выяснилось, что мое похмелье по-английски покинуло и голову, и весь организм. Прислушиваясь к себе, я невольно затаил дыхание, потом, не обнаружив ни следа отравлений, облегченно выдохнул и бодрой уверенной походкой буквально долетел до туалета.
