прощание Алексей Санычу, я направился к выходу из столовой.
— Саня, — я посмотрел на догнавшего меня пацана. — Можно личный вопрос?
— Валяй, — благодушно махнул рукой парень. — Я, когда сытый, добрый.
— Где твоя снаряга? Ты же явно не пустой на Порог попал?
— Умеешь ты, Миха, настроение испортить, — поморщился пацан. — Я только оказался в пустыне, и тут же под заклинание Сна попал. Бедуины, падлы, вычислили места, куда форточников закидывает, и дежурят там постоянно.
— Даже так, — я покачал головой.
— По крайней мере, раньше дежурили, — мрачно усмехнулся Саня. — В общем, с высадкой мне не повезло.
— Работорговцы? — понимающе покачал головой я.
— Они самые, — подтвердил пацан. — Банда Одноглазого, может слышал?
— Не слышал.
— И не услышишь, — веско бросил пацан, сворачивая к лестнице, ведущей в общагу. — Порешили мы всех. К слову, этот Одноглазый из наших был.
— Форточник? — удивился я.
— Вот именно, — вздохнул Саня. — Вроде свой, а такие вещи творил… сказать стыдно.
— Да уж, — я покачал головой. — И как ты выбрался?
— Берк помог и Джам, — неохотно протянул Саня. — Правда, потом это вылилось в настоящую войнушку с Чистыми*…
— Ага, — покивал я, усиленно соображая. — А Берк и Джам — это?
— Берк — бывший паладин Братства, — Саня задумчиво посмотрел куда-то наверх. — Хотя… сейчас, наверное, уже и не бывший. Ну а Джам… Слышал про Серого?
— Слышал, — я весь обратился в слух, чувствуя, что сейчас услышу что-то важное.
— Так вот, это он и есть. Я чего на Серый факультет-то пошел? Хочу, как он, магию отражать.
— А ты, стало быть, его хорошо знаешь?
— Ну не прям хорошо, — смутился Саня, — но нормально.
— И что он может?
— Может оказаться у тебя за спиной и нашинковать своим клинком, — задумался Саня. — Может магию отразить. Даже стрелу и ту отбить может. В общем, он крут. Настоящий антимаг. Настоящий Серый.
— Серый, говоришь? — на мгновенье у меня даже руки зачесались скрестить с ним клинки, чтобы узнать, кто из нас круче.
— Настоящий, — подтвердил Саня. — Видно, что у него свой путь, понимаешь?
Я-то понимал, вопрос, откуда понимал это Саня.
— А ты, Миха? — пацан никак не мог угомониться. — Каким путём идёшь?
— Путем Чести, — неохотно отозвался я. — Долго объяснять.
— Не надо ничего объяснять, — серьезно ответил Саня. — Парни уже рассказали про тебя. Вот только…
— Только что?
— От тебя несет, как, прости, от рабовладельца!
Саня зло сверкнул глазами, а я вспомнил его сильную черту — Ненавидит работорговлю.
— Тут такое дело, — я зашел в общую гостиную и покосился на висящие на стене часы. — Встретились мне, значит, на пути трое подлецов…
Наскоро рассказав парню про убийцу с рабскими ошейниками, отравившего нас трактирщика и неугомонного Тирума, я выжидающе посмотрел на Саню.
Отчего-то мне было важным услышать его мнение.
— Интересная мысль, — задумчиво протянул Саня. — А что с ними потом будет?
— Отдам мысленную команду на разрыв поводка, — я пожал плечами. — Если вернутся к прежнему образу жизни, то… эксперимент не сработал.
— Любопытно, — судя по эмоциям Сани, он всерьез задумался над тем, чтобы прикупить парочку ошейников. — Ладно, пойдем к Лёхе?
— Пойдем, — я взглянул на часы и согласно кивнул. — Интересно посмотреть, изменился ли Алексей Александрович.
— А каким он был? — тут же поинтересовался Саня.
— Хороший, — я пожал плечами, — всем постоянно помогал, тратил свое время, нервы и деньги, движухи постоянно делал в школе…
— Но? — Саня с полуслова уловил повисшую в воздухе недосказанность.
— Но, — поморщился я. — Как я уже сказал, он идеалист-романтик. Ему постоянно хочется догнать и причинить добро.
— И это плохо? — Саня не удержался от провокационного вопроса.
— Знаешь, Сань, — я посмотрел на пацана. — Сколько тебе реально лет? Под полтинник, да?
Пацан ничего не ответил, но взгляд не отвел.
— Ну а ведешь ты себя, как мелкий, — накопившееся за последнее время напряжение выплеснулось наружу, и сейчас я рубил правду-матку, не поинтересовавшись, есть ли у Сани такой запрос.
— Ты ведешь себя, как пацан, Алексей Александрович строит из себя мудрого волшебника. А ведь у каждого из нас тикает таймер обратного отсчета! Нужно мир спасать, а мы тут в Академиях учимся!
— Всё сказал? — Саня и не подумал возмущаться, и мне на секунду стало стыдно за свою несдержанность.
— Всё, — буркнул я.
— Значит теперь слушай, — непреклонным голосом заявил пацан. — Для начала, ты в чем-то прав. Да, что у меня, что у Лёхи появился второй шанс, и да, моментами крышу немного сносит.
Саня задумчиво почесал плечо.
— Но поверь, каждый из нас понимает, что делает. Я Лёху не так хорошо знаю, но меня к нему тянет. Пусть он и идеалист, но его вера в светлое будущее заряжает, понимаешь?
— Понимаю, — неохотно согласился я, жалея о своей вспышке.
— Что касается тебя, то зря ты в себе держишь, — неожиданно произнес Саня. — Иди, поспаррингуй с кем-нибудь или на бумагу излей то, что тебя гложет. На крайний случай поделись с кем-нибудь. Поможет, серьезно. Я знаю, о чем говорю.
— Разберусь, — коротко ответил я, возвращая свое самообладание. — Пошли к Алексею Санычу?
— Пошли, — кивнул Саня, благоразумно не став лезть мне в душу.
* * *
Алексея Александровича мы нашли у себя в комнате. Причем, что меня порадовало, его соседом оказался Арно Ги’Дэрека.
И, то ли разговор с Саней на меня так повлиял, то ли моя эмоциональная эмпатия, но на Алексея Александровича я взглянул совершенно с другой стороны.
Не как на учителя, но как на мага, который сумел восстановить Сеть.
И, с одной стороны, стало проще — я перестал ощущать себя его учеником, с другой — немного грустно.
Я просто понял, что у нас совершенно разные пути.
Алексей Саныч так и горел азартом исследователя и естествоиспытателя. К тому же, он окунулся в привычную для себя атмосферу школы.
Меня же от учёбы уже тошнило.
Бывает такое, что тебе встречается отличный человек, классный во всех отношениях, но ты понимаешь — вам не по пути.
А ещё, глубоко в душе, мне было стыдно перед ним.
Ведь я хоть и иду путем Чести, но подчас был на грани фола. Понятно, что по-другому было ну никак, но все равно было как-то не по себе.
Не хотелось, чтобы… он во мне разочаровался?
Глупо, конечно, но именно так я и чувствовал.
Наверное, поэтому и не стал
