Читаем без скачивания Завещание Сталина - Рудольф Баландин

Сталин повидал на своем веку немало предателей и перерожденцев. Он боролся с ними порой жесточайшими методами. Но искоренить их было невозможно. Сорняки, как известно, значительно более живучи и легче приспосабливаются к изменчивым условиям, чем культурные растения. Нечто подобное наблюдается и в общественной жизни, среди людей.

В СССР официальные идеологи «работали» на государство. То же попытался сделать Н. Я. Марр — по-видимому, искренне и бескорыстно. При этом оказалось, однако, что он удалился и от логики, и от фактов, и от гуманизма в угоду вульгарно понятой официальной идеологии.

Завет Сталина в его «Вопросах языкознания» — преодолеть это заблуждение во имя истины (не абсолютной, конечно) и, что для вождя было наиболее важно, — ради сохранения социалистического пути развития общества. Этот его завет не был исполнен. Даже при жизни Иосифа Виссарионовича, несмотря на его колоссальный авторитет, партийные идеологи — огромная армия, руководимая многими членами ЦК КПСС, — действовала так, как было ей привычно и выгодно.

Академик П. Л. Капица, будущий лауреат Нобелевской премии по физике, летом 1952 года писал Сталину, в частности, следующее:

«Вы исключительно верно указали на два основных все растущих недостатка нашей организации научной работы — это отсутствие научной дискуссии и аракчеевщина… После вашей статьи о языкознании, аракчеевщина у нас не прекращается, но продолжает проявляться в самых различных формах; я лично самую вредную форму аракчеевщины нахожу тогда, когда, чтобы исключить возможность неудач в творческой научной работе, ее пытаются взять под фельдфебельский контроль… Аракчеевская система организации науки начинает применяться там, где большая научная жизнь уже заглохла, а такая система окончательно губит ее остатки».

Надо лишь отметить, что в то время, если я не ошибаюсь, у Петра Капицы продолжался конфликт с Лаврентием Берией, который не утвердил его руководителем атомного проекта. Отсюда, пожалуй, и слово «фельдфебельский». Как известно, проект был блестяще осуществлен под руководством Игоря Курчатова. Берия как куратор проекта и поставщик американских секретов, добытых нашими разведчиками, был в данном случае чрезвычайно важной и полезной фигурой.

Кстати, в отличие от П. Л. Капицы, соображения которого Сталин принимал к сведению заочно, И. В. Курчатов вечером 25 января 1946 года встречался с вождем и тогда же занес в записную книжку свои впечатления. Беседа продолжалась примерно час. «Большая любовь т. Сталина к России и В. И. Ленину, о котором он говорил в связи с его большой надеждой на развитие науки в нашей стране», — записал Курчатов. Надо сказать, что благодаря Сталину эти надежды полностью оправдались. У нас за кратчайшие сроки были созданы тысячи научно-исследовательских институтов, лабораторий, КБ. (Одним из крупнейших организаторов советской науки был В. И. Вернадский.)

Еще одна запись: «Т. Сталин сказал, что не стоит заниматься мелкими работами, а необходимо вести их широко, с русским размахом» В данном случае имелись в виду проекты АЭС и атомной бомбы.

Не обошел вождь и проблемы быта: «По отношению к ученым т. Сталин был озабочен мыслью, как бы облегчить и помочь им в материально-бытовом положении. И в премиях за большие дела, например, за решение нашей проблемы. Он сказал, что наши ученые очень скромны, и они никогда не замечают, что живут плохо — это уже плохо, и хотя, он говорит, наше государство и сильно пострадало, но всегда можно обеспечить, чтобы несколько тысяч человек жило на славу, имели свои дачи, чтобы человек мог отдохнуть, чтобы была машина».

Как видим, Сталин вовсе не предлагал все богатства страны разделить поровну. Напротив, старался материально поощрять наиболее квалифицированных специалистов.

Но вот ведь парадокс: именно из среды наиболее обеспеченных материально деятелей науки, литературы, искусств вышли те, кто активнейшим образом сознательно или невольно содействовали буржуазной революции в СССР, свержению советского социалистического строя. Казалось бы, им не было оснований жаловаться на плохое материальное положение. Значит, у них были сугубо идейные соображения? Значит, они радели не за свои личные или групповые, а за общественные интересы?

С таким мнением трудно согласиться. Конечно, у академика А. Д. Сахарова действительно были идейные соображения. Они были то ли наивны, то ли нелепы по той причине, что он плохо знал реальную жизнь общества вообще и советского в частности, не имел опыта практической работы и товарищеского общения с «простыми людьми», был весьма узким специалистом и находился под чрезмерным влиянием своей второй жены, агрессивной антисоветчицы Е. Г. Боннэр. Он даже отказался от собственных детей; в США неплохо пристроились дети Боннэр в качестве его наследников.

Конечно, печально, когда человек с апломбом пишет о том, в чем слабо разбирается, о чем наслышан со стороны и что, проще говоря, не соответствует ни его уму, ни образованию. Ведь ум человека наиболее определенно проявляется в способности осознавать собственное незнание и проявлять максимальную осторожность в суждениях на темы, с которыми он не знаком профессионально. Но в любом случае, А. Д. Сахаров — трижды Герой Социалистического (!) Труда, лауреат разных премий — не правило, а исключение. Его цели, как бы к ним ни относиться, были бескорыстными. Но почти все другие антисоветчики были и остаются людьми корыстными, жаждущими славы и власти — прежде всего, над умами сограждан.

Ученые, которые ратовали за свержение социалистической системы, ссылаясь на подавление научной мысли в СССР, должны были бы уже со времен «перестройки» выдавать замечательные по качеству научные труды, совершать выдающиеся открытия в своих областях, а литераторы — создавать шедевры в стихах и прозе. Вот вам, добились наконец-то свободы творчества!

Увы, ничего подобного не произошло. Вышло все даже совсем наоборот. И если получали за это время кто-то «из наших» Нобелевские премии, то лишь за то, что им удалось сделать в СССР.

Глава 2

ПРОБЛЕМЫ С ЭКОНОМИКОЙ

В 1992 году была опубликована брошюра под заглавием «И. Сталин. Экономические проблемы социализма в СССР». Эта небольшая книга интересна не только как запоздалое воспоминание о сталинской работе, но й своими дополнительными материалами: «Несколько слов вместо предисловия» академика Станислава Шаталина (слов набралось на две страницы), статьями партийного деятеля Д. Шепилова и экономиста Л. Д. Ярошенко, а также заключением «От редактора» бывшего крупного работника МИД И. Трояновского.

Надо отдать долг составителю (он же и редактор?) данного сборника, в котором представлены разные мнения очень разных людей, что придает ему особый интерес. В наше время на основе полувекового исторического опыта полезно сопоставить высказанные идеи.

«И. В. Сталина у нас не издавали с 1953 года. По вполне понятным причинам. Но сегодня мы вполне созрели для того, — писал Трояновский, — чтобы читать и изучать документы прошлых лет без лишних эмоций и делать правильные выводы. Конечно, это издание осуществлено отнюдь не для того, чтобы пропагандировать сталинизм, а дабы показать широкой общественности квинтэссенцию тех взглядов и подходов, которые довели нашу экономику до катастрофы».

Удивительное признание! Окончательно «прозрев» ко времени переиздания этой работы Сталина, И. Трояновский вроде бы не заметил, в каком решительном контрасте находятся первая и завершающая фразы этого абзаца. Или такова была хитроумная уловка? Ведь отметил же он: «Писал И. В. Сталин ярко и хлестко. Ума и таланта ему не занимать. И писал все сам, собственной рукой».

Как же получается? Сталина не переиздавали именно потому, что Хрущев, захватив власть, постарался «пойти своим путем». Следовательно, если действительно экономика СССР пришла к этапу горбачевской «перестройки», к кризису, то обвинять за это бывшего вождя, давным-давно усопшего, по меньшей мере, странно. Напрашивается противоположный вывод: катастрофа наступила, когда руководство страны отступило от его заветов (а уж Горбачев-то это сделал явно и намеренно, хотя многое уже осуществилось и до него).

Еще более странно (если не нелепо) выглядит упрек С. Шаталина: «В большую "заслугу" Сталину нужно поставить тот факт, что за сорок лет, прошедших после этой дискуссии (об экономических проблемах социализма в СССР. — Р. Б.), наша "марксистская" политическая экономия не продвинулась вперед и на сантиметр».

Вот уж поистине в угаре «перестройки» и «реформ» этот покровитель и учитель Е. Гайдара совсем зарапортовался. О чем он написал? После Сталина, освободившись от его «диктата», после Хрущева, а затем и прочих правителей, включая Горбачева, обретя при последнем «гласность» и «свободу творчества», наша политэкономия оказалась в глубочайшей «черной дыре». Ведь если не продвигаться 40 лет вперед в теоретических разработках, тогда как мир вокруг меняется, это означает полный провал.