личный охранник отдавал приказ. Мне.
Иван замялся, усмехнулся, почесал шею нервно, будто прогоняя чужие пальцы с кожи.
— Вы не так поняли. Аня мне не невеста. Мы просто… — он стал подбирать выражение.
И тут я почесала голову машинально, по всему черепу, словно стадо муравьев пробежалось, маленькие колкие ощущения, больше смахивающие на щекотку почувствовали скорее всего все. Кирилллллл…. Смотри не переусердствуй.
Не всегда его убеждения приносили нам пользу. Вспоминается, как он убедил, по вредности наверное, официанта в кафе, что в моей тарелке нашли черный пречерный волос, как у коня грива. После убеждения, нас вылизали с ног до головы и достали до такой степени, что хотелось их грохнуть причем при людно. Официанты через каждые пять минут прибегали вытирали влажными салфетками столы, стулья прямо перед нашими носами. Отвлекали всячески, не давая спокойно пообедать. А когда Кирилл начинал курить, рядом с ним стоял официант и подставлял пепельницу для смахивания пепла. Мы сбежали оттуда быстро.
Так что, Кирилл, в этот раз постарайся не переборщить, а то Ванюша отправит завтра под венец не успею проснуться. Стоп. Стоп… Ты что хочешь, чтобы эта деревенщина — Бастард взяла меня в Арзонт?! В Арзонт!? Столицу Страдовцев? В это место крутого бомонда!? Прикольно. Ни разу там не была. Райское местечко поговаривают. Там самая низкая температура в январе-феврале достигает пяти градусов, это был абсолютный минимум лет пятьсот назад. В основном десять-двенадцать это у них зима. Да… не сравнимо с нашим климатом. У нас зима с бурями снежными и не возможностью проехать по дорогам в силу полного не видения трассы.
— Мы просто… друзья хорошие, — договорил Иван.
Ура! Иван улыбнулся. Фух… Кирилл прокатило. Наверное, чуть ли не впервые на моей памяти. Хотелось подколоть, но пришлось смолчать. Хорошо, Иван не воспылал неожиданной любовью.
* * *
Ночью мне нашли местечко в зале на диване. С грязными копытами улеглась без задних и передних ног. Хотела отключиться от проблем и отдохнуть, но почувствовала тепло тела рядом с собой. Вскочила, приготовилась с разворота бить с локтя в нос, рефлекс к неожиданным появлениям чужаков.
— Аня, поедешь со мной в Арзонт? — я лишь на секунду усомнилась, но кивнула. Мило улыбнувшись, чтобы во мне не заподозрили точного расчета. Пора тоже начинать играть.
— Тсссс, — зашипел мужской голос. Поняла, что Ивана и за долю секунды остановила локоть, благо и Иван сообразил увернуться. Зашептал почти на ухо. — Спокойно, Аня. Уезжаем…
Что? Я так и вскочила, свесив ноги с дивана. К чему такая спешка?
— Пойдем ко мне с Аней в комнату, — в голосе я различила пьяные нотки.
Мммм… Странно, когда парень приглашает в комнату, может все-таки Кирилл опять переборщил? Не знала, что ответить, только помалкивала. Иван расценил мой жест, как неуверенность или стеснение и, взяв твердо за руку, повел вглубь дома.
Зашли в одну из комнат, как всех не перебудили оставалось загадкой. Путник ступал очень не твердо. Мысленно сравнила его походку с желе. Кирилл его споил до полного столба.
— Ты сказала у тебя украли регистрацию…
Это вид документов для Бастардов, обычная пластиковая карточка, с датой, местом рождения, и порядковым номером. Как у поголовья скота. Жаль клеймо на заднице не ставили. Как это омерзительно.
Я не говорила, что у меня украли регистрацию. Сказала: закончила Гнетовскую школу — интернат и только. Кирилл, опять твоих рук дела. Мозги пареньку скрутишь в пружинку, и они больше никогда не примут первоначальный вид.
— Возьми Анины документы. Она зачислена в вышку, поехали туда со мной… — к… к… куда она зачислена? Эта рыжая зачислена в вышку? А я… я… меня с моими деньгами и связями не приняли в институт? Мир сошел с ума. Я так отказываюсь, жизнь не справедлива.
Иван покопался в тумбочке и выудил оттуда прозрачный пакет с документами:
— Знаешь с этого года пробные потоки Бастардов направлены в три школы. Общее количество принятых — сто пятьдесят штук в общей сложности. Меня не приняли, Аню приняли. Ты можешь занять ее место, — Иван уверенно взглядом трезвенника посмотрел мне в глаза и вложил в ладонь маленькую карточку.
Я посмотрела на крупные заглавные буквы на бело-сером фоне «Анна Ананина» и аккуратно положила ее в карман джинсовой юбки.
— У Ани есть немного вещей возьми, что нужно и через пять минут выезжаем, — скомандовал он и, покачиваясь, словно ветка на ветру удалился из комнаты.
Взяла пакет на кровати, любезно оставленный Иваном, и быстро перебрала тумбочку на предмет вещей. Время сравнивать размеры не было, поэтому покидала все и вышла из комнаты.
На крыльце ждали Иван и вполне трезвый Кирилл. И зачем мы едим среди ночи, хоть поспать бы дали? Записку оставили на столе для женщины, которая приютила и помогла в трудную минуту. Я подписала и от себя короткое спасибо.
До северного округа добрались с рассветом. В половину седьмого утра прибыли на станцию. Последние тридцать километров на нас, путешествующих на лошади, автомобилисты смотрели, как на цирк идиотов. Я мысленно согласилась с ними и старалась прятаться головой в стоге сена. Меня здесь нет и это не я путешествую, как бомж. Какой позор, если меня кто-нибудь такой увидит, я себе лично глаза выцарапаю.
Наконец-то, спасибо всевышним силам, мы высадились из транспортного средства и, попрощавшись, пошли на станцию покупать билеты. Я едва заметно обернулась назад, глядя на Кирилла на одном конце перекрестка. Мы же покидали улицу, входя внутрь вокзала. Восемнадцать лет сколько себя помню он был со мной. А теперь едва заметно правой ладонью стукнул по левому плечу, желая удачи. Теперь я сама по себе.
В пакете обнаружила тысячу кредитов. Откуда взялись деньги не потребовалось особых усилий догадаться. Прощальный подарок от Кирилла. Поеду в Арзонт столицу зазнавшихся Аристократов, они там прогнили еще сильнее, чем наши. С деньгами, на которые вряд ли самостоятельно выживу и, к тому же, с парнем, от которого не знала чего ожидать после вмешательства Кирилла в его голову. Слишком много улыбался по дороге Подозрительно.
Ехали сутки. В три утра прибыли в столицу Арзонта. Вся дорога пролегала сквозь лес. Асфальт был хороший, ровный, но путешествовать сквозь непрекращающиеся деревья показалось немного страшным.
Я иногда делала вид, что сплю, чтобы избежать вопросов Ивана, слишком напрягал, проявляя не прикрытый интерес. Особенно читался он в его глазах, передвигающихся по моим ногам, обтянутым в джинсы свободного покроя, и простую рубашку в голубую клетку. Хоть я и переоделась в туалете автобусной станции, но помыться негде было и шикарные
