самой подходя щей женщиной в мире для него окажется надувная кукла.
Большая резиновая кукла. Прежде всего она удобна тем, что она не умеет говорить. Хотя сейчас их уже снабжают какими-то устройствами – когда ты усиленно её лапаешь, то она в ответ может призывно стонать. Самое главное в этой кукле – это не то, что в неё можно излиться. Самое главное в ней – это её пустая голова. Голова, наполненная воздухом. Это не обязательно должна быть кукла из сексшопа. Она может быть даже живой женщиной из эскорта. Но суть от этого не меняется. Голова всё равно должна оставаться пустой. Это автоматически предполагает отсутствие каких-либо искренних чувств и эмоций. Словом, он обречён на то, что рядом с ним всегда должен быть эмоциональный инвалид. Такого поганого сценария для себя он не хотел. Очень и очень не хотел.
***
Конечно же, он был искусным манипулятором.
Это была составная часть его жизненного опыта и его профессии. Он ведь начал свою беседу с ней с того, что вокруг неё нет людей достойных общения с нею. Говорил о том, что она рождена для того, чтобы властвовать над мужскими сердцами, быть окружённой всеми мыслимыми и немыслимыми удобствами. Роскошь должна стать для неё нормой жизни. Но сейчас почему-то вместо этого сказочного существования она обречена на то, чтобы просто выживать. Разве это справедливо?
Она должна хорошо понимать, что является очень хрупкой натурой. Именно в силу своей тонкой душевной организации она может не выдержать эту борьбу со всеми теми гадостями, которыми преисполнен окружающий нас мир. Но очень скоро может наступить момент, когда она сама сможет положить конец этому жалкому существованию. Для этого надо лишь довериться ему. Последняя его фраза просто должна была «добить» эту девушку.
– В мире очень мало людей, которые могут честно поговорить с вами. Обычно все скрывают свои истинные намерения и рисуют вам свой чистый и возвышенный образ. При этом ухитряются безмерно возвысить себя, предельно унизив при этом вас. Вокруг нас полно фиговых листочков разного размера и окраса. И все очень искусно ими пользуются. Именно прикрываясь ими, каждый мужчина будет доказывать вам, что он просто ангел во плоти и только он достоин вашего внимания и места в вашей жизни. А вы, в силу своей наивности, постоянно будете попадать в ловушки разных и всяких шарлатанов. Вам и на минуту нельзя забывать, что вы всего лишь добыча. Причём добыча в лесу, полном хищников.
– Неужели от всего этого нельзя спастись?
– Можно. И я могу помочь вам в этом. И сделать так, что вы из добычи сами превратитесь в хищницу. У каждого человека есть свобода выбора. Я вас ни к чему не принуждаю. Вы можете загнать себя в жуткие стереотипы нашего общества и прожить всю свою жизнь в дерьме, убеждая себя, что таков был ваш выбор. А я всего лишь предлагаю вам посмотреть на себя в зеркало. И понять, что рутинная, скучная, постылая повседневность, когда каждый день и каждая ночь повторяют все предыдущие, просто убьёт вас.
– Разве?
– Поверьте мне. Я предлагаю вам сказку, а не жизнь. Будьте выше человеческих предрассудков. Оглянитесь кругом. И поймите, что у каждого мужика в этом самолёте просто встаёт от одного лишь взгляда на вас. Но вы слепы. Вы просто не видите этого. Не замечаете даже тех нечаянных прикосновений, которые позволяют себе самые наглые самцы. Только для того, что бы потом уединиться в туалете.
– Зачем?
– Да они просто хотят довести своё возбуждение до неизбежного финала. Если бы в каждом из этих мужчин не жила бы система жёстких запретов, вы бы давно оказались жертвой такого жестокого насилия, которого мир не ведал даже в эпоху самых гнусных войн.
– Мне уже страшно!!!
– Вы должны понять, что оголодавшему солдату ведь всё равно, какая женщина станет объектом его насилия. Битва завершена, и его безумная радость от того, что он живой, должна найти свой выход в насилии. Только секс способен подарить ему полную и абсолютную уверенность в том, что он живой. А этим избалованным цивилизацией самцам, что летят в этом самолёте, нужна не обычная женщина, а суперсам ка, вызывающая к жизни самые дикие желания. И все эти мужики, набившиеся в самолёт, в своих мечтах уже не раз поимели вас.
– Ужас!!!
– Может быть. Скорее всего, обыденная реальность. Я вас уверяю, что если мы проверим телефоны тех мужчин, у которых ещё не угасла потенция, там обязательно будут ваши фотографии. Они будут разные. На одних – вы, задрав руки вверх, будете пытаться положить свою сумку на багажную полку. На других – вы, нагнувшись, будете усаживаться на своё кресло. На иных вы будете спящей или широко раскрывшей ваши чудоглазки.
– Я почему-то никогда об этом не думала.
– Но это так. Вариантов может быть великое множество. Общим остаётся одно. Сейчас они просто возбуждаются от одного взгляда на вас, а потом будут дрочить на ваши фотографии. Вы станете их ночным кошмаром. Той самой ведьмой, которая будет их одновременно и притягивать, и пугать. Я говорю это потому, чтобы вы не вздумали бежать от меня. Убежав от меня, вы поймёте, что быть с кем-то из этих недомужиков намного хуже, чем могло бы быть со мной. Уйдя от меня, вы не обретёте свободы и, в конце концов, обязательно попадёте в лапы разных и всяких извращенцев. Мне кажется, что они вас не пощадят. В отличие от меня.
***
Всё то время, что он говорил, я думал о том, что это не просто слова. Тембр его голоса, его модуляции и, самое главное, его взгляд обладали такой силой воздействия, что любой человек, а не только эта хрупкая девушка, оказывался в ситуации, когда мозг просто молчит. При этом сам человек находится во власти какого-то ещё не изведанного и не исследованного наукой глубокого гипноза. Его слова не просто цепляли. Они ранили. Они были способны поразить в самое сердце. Обеспечить контузию. А может, даже лишить воли к жизни.
Схема была чётко выстроена. Сначала этот человек насаждал обычный страх. Липучий, тягучий, противный, как паутина. А дальше уже работали какие-то внутренние силы нашего собственного организма. Я не был той слабой девушкой, которой всё это было адресовано. Но даже мне, просто от того, что я слышал этот завораживающий голос, было явно не по себе.
Я сидел и думал о собственной беспомощности. О почти беспредельном мужском эгоизме. А ещё и о том, что
