сколько еще осталось, но ясно, что счет идет на дни. Модель, рассчитанная нашими физиками, показывает, что критическое сжатие солнца, после которого вспышка станет убийственной для планеты, случится через десять дней. Вряд ли «чужие» будут ждать дольше…
У нас почти все готово. Отец с дядей Леней обсудили ситуацию и решили ускорить проект. Если ничего не помешает, Макса отправят послезавтра. Последние дни он на взводе. Стал очень подозрительным, а в лаборатории появилась вооруженная охрана. Вчера они не хотели пускать меня, но отец просто вышел из лаборатории и пошел домой. Через час позвонили и извинились. Без отца они никогда не смогут правильно настроить оборудование и запустить процесс.
А вечером позвонила Катя, и мы по-настоящему попрощались. Это было тяжело…
Отец
День 22. Прощание
Макса отправляют сегодня ночью. Вечером запланирован небольшой прощальный ужин. До сих пор не могу поверить, что все это реально. Что очень скоро наш мир исчезнет навсегда.
По телевизору сегодня показывали общероссийский молебен. Я всегда был атеистом, причем некрещеным, и мне особенно тяжело ощутить сопричастность к подобным обрядам. Но когда я смотрел службу, губы сами невольно шептали слова:
«Господи, сущий на небесах! Да святится имя Твое; да приидет Царствие Твое; да будет воля Твоя и на земле, как на небе; хлеб наш насущный дай нам на сей день; и прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим; и не введи нас в искушение, но избавь нас от лукавого.
…Прошу тебя, чтобы все, что пережило наше человечество, все страдания, муки и жертвы людей, были не напрасны. Аминь!»
5
По полутемному коридору струились клубы сизого дыма. Пол был усеян осколками лопнувших люминесцентных светильников, свисавших с потолка. Несколько уцелевших ламп нервно пощелкивали и мерцали, озаряя коридор тревожными всполохами.
Алексей, вжавшись в неглубокую нишу, торопливо пытался соорудить жгут, чтобы остановить кровь, ручьем бегущую из плеча Макса. Но тот, не обращая внимания на рану, выцеливал дальний конец коридора, где за углом прятались бойцы изрядно потрепанной штурмовой группы.
– Перепенко! – раздалось из-за угла. – Вова, не сходи с ума! У вас нет шансов!
Макс, стиснув зубы, покосился на бездыханное тело у противоположной стены.
– Вы идиоты! – хрипло закричал он. – Вы понимаете, что делаете!? Лишаете человечество последнего шанса!
– Хаа… – из-за угла донесся лающий смех. – Максимка собственной персоной! Еще и хочет учить меня жизни… Это ты полный идиот! Мы не лишаем человечество шанса, а даем его! Думаешь, я не знаю, почему для отправки выбрали такого придурка, как ты? А? Папуля похлопотал?.. Будь мужиком! Выходи, поговорим.
Макс нервно покосился на Алексея и крикнул:
– Ну расскажи, кого хотите отправить вы?
– Ты его не знаешь…
– Хотя бы скажи, кто он и откуда.
– Он из первого отдела, – нехотя прохрипел собеседник. – Из «Омеги».
Максим фыркнул:
– Эти мудаки из «Омеги»? Которые травили банкиров и отжимали их имущество? Да я лучше сдохну, чем доверю судьбу человечества таким уродам!
– Твою ж мать, Максимка! Уж кто бы говорил? Не интересовался у папаши, откуда у простого генерала домик на Рублевке?
– Это дом моего дяди! И он не имеет отношения к делу!
– Да, ты совсем идиот…
Ненадолго повисла тишина.
Наконец из-за угла крикнули:
– Все! Хватит! Считаю до трех. Или ты выходишь, или будешь умирать долго и мучительно! Все, что обо мне рассказывают, – правда!
Макс болезненно скривился, когда Леша наконец сумел затянуть жгут, и повернулся к нему.
– Раз! – донеслось из-за угла.
Оскалившись в недоброй ухмылке, Макс осторожно вытащил гранату и, крепко сжав ее в дрожащей ладони, протянул Леше.
– Помоги… – тихо прошептал он.
– Два!
Трясущимися пальцами Леша вытащил предохранительную чеку.
– Три!
– Стойте! Я выхожу! – крикнул Макс и пнул коленом лежащий на полу автомат. Тот прокатился по стеклянному крошеву и застыл в центре коридора.
Неловко улыбнувшись Алексею, Макс многозначительно кивнул в сторону входа в лабораторию и, подняв над головой здоровую руку с зажатой гранатой, прихрамывая, пошел вперед, хрустя битым стеклом.
Из-за угла показались два автоматных ствола. Затем кто-то осторожно выглянул.
– А… Молодец, Максимка! – насмешливо сказал майор, беря его на мушку.
Леша не успел ничего сообразить. Раздался выстрел, и в голову Макса смачно вошла пуля. Бездыханное тело рухнуло на пол. Со щелчком отлетел рычаг, и граната покатилась за угол.
– Твою ж мать!!!
Леша зажмурился. Грохот ударил по барабанным перепонкам. Алексей вскочил и бросился ко входу в лабораторию.
Глава 2
1
Никогда в своей жизни Леша не видел таких ярких и близких звезд. Казалось, что он падает в небо, что у него не осталось тела… Ужасно испугавшись, Леша сделал огромное усилие и повернул голову. Плечо видно, значит, тело на месте… Шумно выдохнув, он попытался поднять руку, и сознание провалилось в темноту.
Когда Леша очнулся, солнце стояло в зените. Оно было не красное, но пронзительно яркое и слепило глаза. Лешу трясло. Сознание отказывалось принимать случившееся.
Собрав все силы, он попробовал пошевелиться – тело неохотно послушалось. Сдерживая стон, Леша приподнялся и сел. Огляделся.
Дремучий первобытный лес мрачной стеной стоял вокруг. В радиусе десяти метров верхний слой почвы был ровно срезан вместе с растительностью. Из земли сочилась холодная влага. Кое-где образовались черные лужицы.
Рядом стоял рюкзак. Дрожащими руками Леша подтянул его и заглянул внутрь. Нож, топорик и арбалет из пласткерамики, запаянная в пластик микропленка. Нужно было тщательно изучить содержимое рюкзака, но сил не было.
Он зажмурился, вспоминая последние секунды на той, уже навсегда исчезнувшей Земле. Забаррикадированная, сотрясаемая от ритмичных ударов дверь. Низкое гудение высоковольтных трансформаторов, безнадежное отчаяние в глазах каждого участника проекта. И срывающийся хриплый голос отца: «Быстрее! Быстрее!»
В тот момент у Леши не было ни секунды для размышлений. Лишь сейчас, сидя на черной холодной земле, он начал медленно осознавать произошедшее. Леша повалился на землю и зарыдал. Его душили слезы. Они текли по щекам и капали на влажную землю. Он пытался остановиться, но не мог… Страх, чувство одиночества и отчаяние переполняли его. Это не был его выбор и его решение.
Гигантская, безумная ответственность внезапно навалилась, парализуя волю, сдавливая грудь. Словно он оказался на дне величайшего океана, и теперь огромная масса сплющит, размажет его, превращая в ничто, чем он по-настоящему и является… Как можно противостоять этому давлению, где найти силы сделать очередной вдох?
Леша прикусил губу, ощутив солоноватый вкус крови. Старый мир исчез в небытии бесконечного. Бессмысленно рассчитывать на чью-то помощь и поддержку. У него
