и развернулся к страховщику. – Зубы давно не жевал?
И тут только господин Стах осознал, что в своем героическом порыве забыл как следует испугаться. И ничто не помешает вот этой вот волосатой образине в потертом кожаном костюме растереть Рову в порошок.
Страховщик вдруг сгорбился, сжал кулаки, сам от себя такого не ожидая, но не отступил.
Замах вышел неловкий, и жесткая лапища тут же ухватила Рову за горло.
– Оставьте его! Я позову полицию! – закричала госпожа Помпон и попыталась пнуть верзилу под колено. Но тот лишь махнул свободной рукой, и женщина, будто тряпичная кукла, отлетела к витрине.
В тот момент, когда она осела на пол, Рова по-настоящему испугался… И бугай застыл каменным изваянием, так и не выпустив горло господина Стаха из рук.
V
Полиция тем временем очнулась от удара затылком об пол.
– Мирные обыватели, чтоб вас гоблины объезжали, – отчетливо сказал Шимус Грон, глядя в бешеные глаза связанного соседа, и неимоверным напряжением мышц заставил свое тело перекатиться в другой угол. – Муза, я надеюсь, ты уже вызвала полицию?
“Ты и есть полиция. Что такого может сделать патруль, чего не можешь ты?” – протянула все еще обиженная “за грудь” Заза.
– Забрать этих головорезов и дать мне время выспаться, – пробурчал инспектор и, рассчитав необходимое воздействие, выпустил свою силу на волю.
Ленты, спеленавшие его тело по рукам и ногам, осыпались на пол нитяной крошкой, отчего-то оставив на полицейском все нашитые на них блестки. Шимус встал на ноги, попытался их стряхнуть, но тут из магазина загрохотало.
Инспектор слегка запнулся о не вовремя забившегося в путах бандита, но все же успел выскочить из кладовки как раз в тот момент, когда верзила, стоявший посреди зала, вытянул из кармана пистоль и направил на сжавшегося отчаянного человечка, из-за которого и начался весь бардак.
Не раздумывая, Шимус саданул силой, взяв столько, сколько взялось – отмерять просто не было времени.
И бандюка, и его пукалку снесло так, будто в него въехали на трицикле. Верзила пролетел полмагазина, прежде чем упокоился в ногах невозмутимого манекена.
Остальным участникам происшествия оставалось только в полной тишине проследить, как на дурную голову бандита изящно планирует практически невесомый женский лиф.
– Вы мой герой! – всплеснула руками хозяйка магазина, но отчего-то кинулась не к напрягшемуся Шимусу, а к тому человечку, который еще несколько секунд назад стоял под дулом пистолета. В порыве благодарности она прижала его ошеломленное лицо к своей гостеприимной груди, отчего лицо это стало почти того же цвета что и кружева, оформлявшие декольте.
– Посторонитесь, гражданка! – потребовал Шимус.
– Я вам не позволю посадить его в тюрьму! – страстно воскликнула женщина и закрыла своего героя собой.
“Какая самоотверженность! – сладко-сладко пропел в ухе инспектора сентиментальный голос Зазы. – Видит Предивная – это любовь!”
Инспектор Грон вздохнул и устало провел рукой по лицу, а когда опомнился, все блестки, обитавшие на его ладонях, переселились в щетину на щеках.
– Вот дрянь!
– Что?!
– Блестки ваши дрянь, – отрезал Шимус. – А вы, гражданин, нечего прятаться за спиной жены! Назовите имя и род деятельности. Город должен знать своих “героев” в лицо.
– Я не прячусь! Рова Стах – владелец страхового общества “Тяжелый Рок”.
– Итак, господин Стах, Магическая Академия официально приносит вам свои извинения за инцидент с Погодной башней и просит пройти процедуру изъятия силы… Во избежание причинения непоправимого вреда вашему здоровью.
– А если я откажусь? – вдруг посмел спросить человечек.
– Ну, если возможный летальный исход для вас не причина избавиться от магии… Вам также придется отвечать за весь ущерб, причиненный силой, которую вы захотели признать своей.
***
Рова очень не хотел отвечать за ущерб, поэтому безропотно позволил прислонить к своему лбу амулет округлой формы.
Больно не было, только метал вдруг стал прохладным, а голова немного закружилась.
– Готово, – объявил инспектор. – Спокойно занимайтесь своим страхованием, магия – хлопотная штука. Может, и мне у вас полис приобрести?
– К сожалению, у нас в работе только гражданские случаи, – вежливо ответил Рова, полностью согласный с тем, что с магией в целом и магами в частности не оберешься хлопот. – Госслужащих не страхуем.
– Что, на морду мою помятую посмотрел? – ухмыльнулся Грон, нисколько не обиженный ответом. – Хозяйка, где-тут умыться можно? Вся рожа в каких-то блестках…
Полицейский скинул видавший виды сюртук, как следует тряхнул, подняв целую тучу искорок, после чего бесцеремонно бросил его на прилавок и прошел в указанную примерочную, из которой можно было попасть в туалетную комнату.
Рова же, привыкая к новому званию героя, встал рядом с поверженным верзилой, чтобы в случае, если тому вздумается очнуться… вовремя позвать инспектора.
– Что это? – удивилась госпожа Помпон, разглядывая выкатившийся на прилавок из сюртука второй амулет и пытаясь пальчиком запихнуть его обратно в раскрытый карман.
– Не трогайте! – всполошился страховщик, но, кажется, было уже поздно, лицо женщины приняло какое-то задумчиво-мечтательное выражение, словно она слышала некий далекий голос.
– Доброе утро! – вдруг сказала хозяйка магазина. – Да-да, очень привлекательный мужчина. А какая энергетика! Как я вас понимаю!
– С кем… – ревниво попытался было вклиниться господин Стах, но не преуспел.
– Ах, дорогая, скажите лишь ваш размер и ни слова больше! – Госпожа Помпон подмигнула ошеломленному Рове и зашарила свободной рукой под стеклом витрины, перебирая небольшие кружевные свертки, лишь для виду перехваченные ленточкой. Остановившись на густо-лиловом с черными кружевами, шустро сунула сверток во внутренний карман форменного сюртука инспектора и подмигнула страховщику во второй раз. – Благодарность от населения.
– Как можно! – возмутился господин Стах.
– О, не думайте, я не забыла, кто тут истинный герой, – приложила руки к груди госпожа Помпон, наконец, оставив подозрительный амулет в покое. – Как вы смотрите на то, чтобы поужинать у меня сегодня? К примеру, в восемь?
Рова смотрел крайне отрицательно. Во-первых, каждый день он ужинал ровно в семь, и горничная, зная неизменность привычек хозяина, приготовит именно к этому времени основное блюдо и пирог. А во-вторых, разве сегодняшнее утро не стало очередным подтверждением того, что отступление от привычного графика чревато как минимум неприятностями?
Но госпожа Помпон все еще ждала ответа – и обстоятельное декольте ее все еще мерно вздымалось под приложенной сверху ладонью…
– С удовольствием, – вопреки себе ответил
