Читаем без скачивания Корона и эшафот - Стефан Цвейг

При тайных свиданиях с Дарнлеем она указала ему, какое жалкое положение займет он среди буйного дворянства, если позволит ему одержать верх над нею, и в то же время указала на опасность, которой он подвергнется со стороны союзных государей, если допустит торжество протестантской религии. Ей нетрудно было привлечь его. Дарнлей был человек пустой и слабый. Резкие и унизительные объяснения между ним и королевой, казалось, были забыты. Мария делала вид, что забыла про обиду. И тогда Дарнлей решился помогать освобождению Марии Стюарт. Это освобождение, разумеется, могло совершиться только при обмане других заговорщиков. Через несколько дней Дарнлей заявил, что королева больна лихорадкой и ей угрожают преждевременные роды, если она не переменит места. В то же время уверял, что она готова исполнить их желания и подписать нужные им акты. В доказательство этому он привел к ней Меррея, Мортона и Рутвена. Мария стала упрашивать их забыть все прошлое, и что она снова будет милостива к изгнанникам и подпишет нужные им условия.

Принужденные уступить желаниям короля и просьбам королевы, заговорщики составили акт в защиту своей безопасности и передали его Дарнлею для подписи королевой. Но в следующую ночь (11 марта) Мария вместе с Дарнлеем и капитаном гвардии Эрскином тайно из Гомруда на заранее приготовленных лошадях отправилась в замок Денбар.

Прибыв туда, она немедленно созвала вооруженных дворян. Заговорщики, узнав об этом, послали к ней лорда Семпля для исполнения данных ею обещаний. Три дня она не давала ответа. Когда же собралось войско, набранное графом Босуэлом, Гэнтли, Атолем, Маршалом и архиепископом Сент-Андрейским, она сбросила маску и 16 марта издала прокламацию против бунтовщиков, которые осмелились обагрить кровью дворец и задержать там ее в плену. Желая раздробить силы врагов, она примирилась с Мерреем, Арджилем и другими на условии, что они не соединятся с убийцами Риччо. Последних она преследовала с неумолимым мщением. Мортон, Рутвен, Линдсей, Дуглас и более шестидесяти других лордов и дворян были преданы суду за участие в злодеянии. Королева пошла с войском на Эдинбург, где были заговорщики. Но последние бежали в Англию.

Войдя в столицу, Мария прежде всего запретила графу Леноксу[1] являться ко двору. Летингтон был лишен должности государственного секретаря, а Иосиф Риччо, брат убитого Давида Риччо, стал собственным секретарем королевы. Тело Давида Риччо было предано земле с большими почестями. Так как главные виновники убийства бежали из государства, то королева велела схватить и казнить второстепенных сообщников, карауливших входы дворца. Дарнлей, со своей стороны, должен был публично отречься от участия в убийстве Риччо. В прокламации, выпущенной 20 марта, он восстал против клеветы, приписывающей ему варварское убийство, совершенное в присутствии королевы, и преступный арест благороднейшей особы Ее Величества. Далее в прокламации говорилось, что он, король, в присутствии королевы и лордов тайного совета, ручаясь честью, заявил, что он ничего не знал об этой вероломной измене и не участвовал в ней ни советом, ни приказанием, ни одобрением. Но такое запирательство не возвратило расположения королевы. Оно принесло ему только бесчестье и привело в негодование его единомышленников. Предать их мщению королевы казалось заговорщикам самой подлой изменой. В наказание за предательство они доставили Марии Стюарт две подписанные Дарнлеем бумаги, где предполагалось отдать ему корону и убить Риччо. Раньше королева думала, что Дарнлей совершил переворот под влиянием ревности. Теперь же раскрылось все, и королева с презрением отвернулась от Дарнлея. Он казался ей неблагодарным мужем, коварным заговорщиком и низким лжецом. С этого времени она выказывала ему непреодолимое отвращение. Никто не мог помирить его с ней. Дарнлей был удален от двора.

Приближался конец беременности Марии. 19 июля в замке Эдинбурга у нее родился сын, который через 13 месяцев после того послужил поводом для шотландского дворянства свергнуть ее с престола и потом процарствовал 37 лет в Шотландии под именем Якова VI. После рождения наследника неприязнь между Марией Стюарт и ее мужем увеличилась. В то же время ее сердцем овладела гибельная страсть к графу Босуэлу. Этот дерзкий и опасный человек имел 30 лет от роду. Женившись на Анне Гордон, он сделался зятем графа Гэнтли, обладал большими поместьями и занимал важные государственные должности. Он задумал приобрести во что бы то ни стало любовь королевы и потом жениться на ней. Сначала Мария Стюарт искала в Босуэле полезного и преданного слугу, но скоро нашла в нем любовника и властелина. Благосклонность королевы к нему, быстро возраставшая, к концу лета 1566 года дошла до того, что бросалась в глаза всем. Босуэл господствовал при шотландском дворе и неограниченно управлял волею королевы. Приобретенная им власть и короткость, установившаяся между ним, Гэнтли, Атолем, Мерреем и Летингтоном, возбуждали сильные опасения в молодом короле Дарнлее. Но, видя ненависть жены, Дарнлей уехал в Стэрлинг. С этой поры королева впала в меланхолию, нередко повторяя: «Я хотела бы умереть». Долго не могли разгадать ее тайны. Наконец проницательный Летингтон разгадал ее тайну, сказав близким окружающим: «Сердце королевы разрывается при мысли, что король должен оставаться ее мужем и что она не видит никакого средства избавиться от него».

Между ее приближенными стали зарождаться гибельные замыслы об избавлении королевы от ненавистного мужа. Летингтон составил план столько же искусный, сколько и безнравственный. Этот план официально назывался «Дело о разводе королевы с мужем». О нем сообщили Босуэлу и другим придворным. Босуэл и королева охотно примкнули к нему. Но все знали, что испросить развод у папы нелегко, потому что для этого надо было сослаться на близость родства; не было также основания и начать с Дарнлеем процесс о нарушении супружеской верности или же обвинить его в измене. Мария видела эти затруднения. Но бесстыдный Летингтон попросил королеву предоставить это дело ему и ее друзьям. Организовалось тайное общество, члены которого подписали акт об убийстве короля как молодого сумасброда и тирана, врага дворянства и человека, державшего себя невыносимо по отношению к королеве. Бальфер, Гэнтли, Аджиль и Летингтон подписали его и сдали Босуэлу. Между тем состоялось крещение сына Марии Стюарт и Дарнлея. Королева Англии Елизавета, изъявив согласие быть восприемницей новорожденного, прислала вместо себя графиню Арджиль, а графу Бетворду поручила отвезти золотую купель. Хотя крещение было совершено по католическому обряду, но распоряжался им протестант Босуэл. Дарнлея даже не пригласили на церемонию.

Видя такое презрение к себе, а также с ужасом узнав о возвращении в отечество своих врагов Мортона, Рутвена и Линдсея и о полном прощении их королевой, Дарнлей немедленно уехал в Глазго к своему отцу графу Леноксу. Не успев приехать туда, он заболел оспой. Заговор против его жизни шел безостановочно. Босуэл приобретал все новых соучастников.

Спустя несколько недель после заболевания Дарнлея к нему в Глазго приехала сама королева. Это неожиданное посещение удивило выздоравливающего. Стороною он случайно узнал о заговоре против него. Но усыпленный видимой нежной привязанностью Марии, Дарнлей снова подпал под влияние королевы. В глубине сердца Дарнлей всегда страстно любил ее, и причиной его удаления от двора были столько же мучения ревности, сколько и оскорбленное самолюбие. Когда Мария стала упрекать его за боязливость и подозрительность, выказав при этом больше ласки, чем отвращения, Дарнлей обнаружил перед ней глубокое раскаяние, приписав свои ошибки молодости и неопытности, и обещал не впадать в них более. Он выразил ей, какое удовольствие он испытывает, видя ее около себя, и умолял не покидать его снова. Королева предложила ему переехать в Крэгмилар. Дарнлей обещал это, если она будет жить с ним в супружеском согласии. Она согласилась, но потребовала, чтобы он сохранил это примирение в тайне. После этого, нежно пожав его руку, она уехала.

Такое примирение королевы с Дарнлеем, разумеется, не было искренним. Ослепленная страстью и подчинявшаяся зверским и честолюбивым намерениям своего любовника, Мария отправилась в Глазго с целью коварно овладеть доверием Дарнлея и, выказав ему лицемерное участие, привлечь в Эдинбург и здесь предать в руки его врагов. Подобное вероломство кажется невероятным, но письмо к Босуэлу, однако, доказывает это. Она пишет: «Вы принуждаете меня до такой степени притворяться, что я прихожу в ужас; мало того, вы заставляете меня играть роль предательницы; не забудьте, что если бы не желание угодить вам, то я скорее бы решилась на смерть, чем на подобные поступки… Он хочет ехать со мной не иначе как с условием разделить со мной по-прежнему стол и ложе… если я соглашусь на это, то он сделает все, что мне угодно, и последует за мной».