— только 55.
Ещё один урок получил я в своей жизни. Надо бороться, занимать более чёткую позицию. К сожалению, привык, что обычно меня, как говорится, проносит или выносит.
28 апреля. Суббота
Вчера прошла XXV городская отчётная конференция. Я внёс вопрос в повестку «О статусе городской газеты». Подавляющим большинством делегатов это предложение прошло.
Мотив моего поступка был один — сохранить для города газету. Думаю, что предлагая сделать её органом городской партийной организации и городского совета народных депутатов, поступал правильно. Но поддержки не получил. Более того, была резкая критика на грани с грубыми обвинениями в аполитичности, нежелании подчиняться горкому, уйти от ответственности.
На самом деле желание у меня было одно — в наше сложное время, исходя из реалий сегодняшней обстановки, сохранить за партийной организацией города возможность отстоять «НР». Занимать выжидательную позицию и делать вид, что ничего не произошло после сессии, на которой раздавались голоса вывести «НР» из-под контроля партии — преступно.
5 июня. Вторник
Обстановка относительно стабилизировалась, и работа идёт ровно. Правда, и сложности бывают. К примеру, вчера прибыл в редакцию Мусарский — председатель комиссии по гласности горсовета и требовал напечатать заявление, в котором говорится о том, что М., Ш., Ч. [фамилии руководителей] и другие начальники построили дачи с нарушением моральных норм, и предлагается им эти дачи продать Дому детства. Доказательств никаких нет. От меня требуют печатать. Убедил, что мы можем дать только информацию о том, что комиссия вручила такие обращения владельцам дач, и не больше.
Ну, Мусарского понять можно, а вот позиция У., нашего работника и депутата крайсовета, поставившего подпись под этим «документом» меня удивила… Такой неразборчивости от него не ожидал. Смахивает это на подыгрывание публике…
Сегодня направил всем редакторам газет Приморья письма с предложением провести предупредительную забастовку по поводу повышения журналистских з/плат. Получать унизительную оплату за наш непростой труд просто надоело.
31 октября. Среда
Два дня в нашем городе были японские журналисты из «Хоккайдо Симбун». Немножко покрутиться и поволноваться пришлось, но в целом наша часть программы прошла успешно.
Из значимых событий редакционной жизни — уволилась по собственному желанию машинистка…
С сего месяца начинаем получать новые оклады, но это мало радует, поскольку рост цен такой большой, что всю прибавку и «съест», да и что сейчас покупать — голые прилавки.
Василенко Н.А. готовит материал о председателе профсоюза работников госучреждений Т. Я уже слышал о том, что у этой дамы всё схвачено, но то, что узнал теперь, превосходит всякие ожидания. И что особенно важно — Василенко начали открыто шантажировать…
4 декабря. Вторник
В редакции обостряется проблема кадров. В последнее время на другую работу перешли В. Щекалов и В. Бельцов, в подвешенном состоянии Ф. Устюгов. Необходимо принимать меры, но время сегодня такое, что в гос. газету поступать не очень-то выгодно…
С каждым днём в стране становится всё хуже и хуже. С прилавков магазинов исчезли самые необходимые товары.
1991 год
4 января. Пятница
… Сегодня кончается газетная бумага и уже следующий номер печатать не на чем. Более того, отгрузки бумаги ни с одного комбината в адрес Приморья не произведено. Управление советует остановить выпуск газеты.
Крутился сегодня в поисках бумаги целый день, результат, пока — 0.
10 января. Четверг
Восьмого состоялся суд по иску Т. к нашей газете по ст. 7 ГК. Весь этот судебный спектакль закончился тем, что нас обязали опубликовать опровержение и выплатить 1200 руб. в возмещение морального ущерба (выплатить должны лично я и Василенко).
После пятого номера газета не выходит. Вчера исполнилось мне 39…
21 января. Понедельник
13 января стало кровавым воскресеньем в стране. В Вильнюсе военные применили силу, оружие. Итог — 14 человек убито, из них двое задавлены танками. Президент заявил, что он к этим событиям не имеет отношения и о случившемся узнал после свершившегося.
В стране начинается откат от демократии и гласности. Страшно становится жить.
Наша газета понемногу не выходит — нет бумаги, и когда она появится, до сих пор неизвестно.
На прошедшей сессии (т. е. в пятницу) предложил внести в повестку дня вопрос об отношении к событиям в Прибалтике и о свёртывании в стране гласности. Но когда стали обсуждать эти вопросы, то мнения резко разделились. Депутаты выступили с предложением — резолюцию не принимать, писем никаких не направлять. Мол, ничего не ясно и информацией достаточной мы не располагаем. Это действительно так и, тем более, когда выносил этот вопрос, не думал я о поддержке заявлений Б. Ельцина (более того, считаю, что оно глупо, попахивает популизмом и авантюризмом), беспокоило меня одно — стрелять друг в друга мы не должны. Бросать армию на решение внутренних вопросов с применением оружия — недопустимо.
Когда страсти вокруг этого вопроса разгорелись, о гласности вообще забыли. Итог. Выразили соболезнование семьям погибших, а о свёртывании гласности и не вспомнили.
В последнее время читаю Библию. Внимательно проштудировал Евангелие от Матфея. Стыдно, что как будто и не был знаком с этой удивительной книгой. Как нас обкрадывало идеологическое воспитание партии!
В городе, как и по всей стране, ввели карточки. На месяц на человека полагается: колбасы — 800 гр., масла растительного — 300, макаронных — 300 гр., крупы — 500 гр., масла животного — 300 гр. Но это ещё надо найти в магазинах. Тоска.
23 января. Среда
Встал очень рано, не было и шести часов. Женя [старший сын] с вечера замочил рисовую кашу, и я начал её варить. Включаю радио и слышу Указ Президента «Об изъятии из обращения 50-ти и 100-рублёвых банкнот образца 1990 г.» У меня сердце упало: дома в потайном месте хранил 4-е по 100 и 2-е по 50, приготовленные к предстоящей командировке. Потом, правда, подумал, что как-то обменивать деньги должны и, действительно, следом передали постановление Совета по этому поводу. На сдачу отводится всего 3 дня.
Указ ограничил и выдачу наличных денег со счетов сбербанков.
Думаю, что вся эта канитель будет успешно закончена.
21 июня. Пятница
Заканчивается длинная неделя. Больно нудная она была, и поэтому с большим облегчением жду конца рабочего дня, который наступит буквально через час. Проведу планёрку, заберу носки, которые «по блату» купили в магазине на всю редакцию, и можно ехать домой.
26 июня. Среда
Должен приехать Никитин, но уже 17.20, а его всё нет. Может это и странно, но соскучился по другу сильно. Шестой год идёт, как не работаю в Ольге, а другого такого друга, как Андрианович, у
