Младший был ровесник Кевина, русоволосый, среднего роста, с нескладной, немного угловатой фигурой. Он явно не производил впечатление крепыша, а лёгкие тени под глазами свидетельствовали о том, что он не отличался отменным здоровьем. Его некрасивое веснушчатое лицо, тем не менее, внушало симпатию, а серые со стальным оттенком глаза смотрели на Дейдру с затаённой нежностью.
Оба церемонно поклонились Дейдре.
— Безмерно рад видеть вас целой и невредимой, дражайшая кузина, — произнёс старший с наигранным и, как показалось Кевину, насквозь фальшивым воодушевлением.
— Хотелось бы надеяться, что радость ваша искренняя, кузен Эмрис, — холодно ответила она, всем своим видом показывая, что не верит ни единому его слову. Затем обратила свой взгляд на младшего и приветливо улыбнулась ему.
— Я счастлив, что всё обошлось, Дейдра, — сказал тот с теплотой в голосе.
Дейдра протянула ему руку, которую он галантно поцеловал.
— Вот в твоей искренности, Колин, я ничуть не сомневаюсь, — сказала она. Обращение на ты в официальной обстановке ни в коей мере не было проявлением фамильярности, оно лишь подчёркивало разницу в отношении Дейдры к своим собеседникам. Логрийские аристократы вообще редко употребляли множественное число, обращаясь к равным себе по возрасту и занимаемому положению.
Покончив с приветствиями, Дейдра отступила немного в сторону и взяла Кевина за локоть.
— Знакомьтесь господа: лорд Кевин МакШон, герцог Лохланнский. Прошу любить и жаловать. — Она сделала паузу и взглянула на Кевина. — Позвольте вам представить, милорд, моих двоюродных братьев — принца Эмриса Лейнстера, наследника престола, и Колина Лейнстера, королевского магистра колдовских искусств.
Тонкие губы Эмриса растянулись в холодной усмешке, он небрежно кивнул. Колин же напротив — доброжелательно улыбнулся ему.
— Рад познакомиться с сыном лорда Шона Майги, — произнёс он. — Надеюсь, мы с вами станем добрыми друзьями.
— Я в этом уверен, мой принц, — вежливо ответил Кевин.
— Полагаю, сестрица, — с противной ухмылочкой отозвался Эмрис, — ваше целомудрие не слишком пострадало в этой передряге?
Колин метнул на старшего брата гневный взгляд, глаза его сузились от гнева, профиль заострился. Внезапно Эмрис высунул язык, словно собираясь подразнить Колина... и тут же крепко сжал его зубами.
В окружении принцев послышались сдержанные смешки. Эмрис, мигом растеряв всю свою надменность, быстро спрятал укушенный язык во рту и затравленно посмотрел на младшего брата. Только тогда Кевин сообразил, что Колин с помощью колдовства покарал Эмриса за его последние слова.
А Дейдра, как ни в чём не бывало, невозмутимо произнесла:
— Своим спасением я всецело обязана лорду Кевину МакШону. Это он вызволил меня из рук готийцев.
Кевин едва не разинул рот от неожиданность. Однако в последний момент сладил с изумлением и никак не выдал своих чувств, лишь опустил в растерянности глаза, что было воспринято присутствующими, как проявление скромности.
— Ага! — сказал Колин и с уважением взглянул на Кевина. — А я всё гадал, как тебе удалось бежать.
— Бежала я сама, — ответила Дейдра. — Добравшись до готийской границы, мои похитители уже чувствовали себя как дома и потеряли бдительность, а я этим воспользовалась. Во время привала освободилась от верёвок, вскочила на ближайшую лошадь и помчалась на юг. Но меня обязательно поймали бы, если бы вовремя не подвернулся наш дорогой герцог... — Она сделала паузу и улыбнулась. — Увидев девушку, которую догоняло полдюжины вооружённых мужчин, он ни мгновения не сомневался, на чью сторону встать. Одного из моих преследователей он застрелил, ещё двух ранил, а от остальных мы оторвались и уже без приключений доехали до Каэр-Сейлгена... И представляете, — вдохновенно продолжала лгать Дейдра, — когда лорд Кевин узнал, кто я такая, то попросил никому не рассказывать о своём участии в моём освобождении. Дескать, не хочет ни к чему обязывать моего отца. Однако я считаю, что это неправильно. Страна должна знать своих героев.
Чувствуя на себе восхищённые взгляды присутствующих, Кевин от всей души пожалел, что не может провалиться сквозь землю... то бишь, сквозь палубу корабля. И опровергнуть слова Дейдры было нельзя, поскольку теперь он знал, как было на самом деле, и понимал, что Дейдра объявила его своим избавителем, чтобы скрыть действительные обстоятельства своего бешства.
Между тем Колин подошёл к Кевину и крепко пожал ему руку.
— Господин герцог, у меня просто нет слов, чтобы выразить вам свою признательность, — с жаром проговорил он. — Если бы не вы, мы наверняка потеряли бы Дейдру. Похищение было обставлено так, что все уверовали, будто бы это дело рук атлантов, и погоня пошла по ложному следу. А когда мы обнаружили обман, было слишком поздно. Так что отныне я ваш должник... И не только я — а и вся королевская семья. Уверен, мой дядя король согласится со мной.
А Дейдра с довольной улыбкой глядела на него, и вдруг Кевин понял, что она думает: теперь Брану Эриксону будет непросто добраться до него, героя-спасителя единственной дочери короля; теперь её отец будет вынужден оказать ему покровительство, уберечь его от Эриксона, прозванного Бешеным бароном.
Но кто он такой, чёрт возьми, этот Бран Эриксон? Бешеный барон Эриксон...
Глава 3
Поздно вечером, когда Кевин возвратился с праздничного пира в отведённые для него роскошные покои во дворце губернатора и уже собирался лечь спать, к нему заглянул принц Колин. В руках он держал бутылку и два хрустальных бокала.
— Я заметил, что за столом ты почти ничего не пил, — после обмена приветствиями сказал Колин, переходя на дружеское «ты». — Вот и подумал, что если ты не очень устал, может, посидим немного, поболтаем.
Кевин охотно согласился. Впервые с тех пор, как он повстречал Дейдру, ему предстояло спать в целомудренном одиночестве, и он сильно подозревал, что эта ночь будет бессонной. А вечер, проведённый в беседе с Колином, представлялся ему не самой плохой альтернативой мрачным раздумьям наедине с самим собой.
Колин поставил бутылку и бокалы на стол, затем вернулся к двери, ведущей в переднюю, и быстро провёл пальцами по косяку. Прямоугольник двери слабо засветился, будто намазанный фосфором, а спустя секунду погас.
— Вообще-то слуги опасаются подслушивать мои разговоры, — прокомментировал свои действия Колин. — Но излишняя осторожность никогда не повредит. Да и марку держать надо.
Они устроились за столом друг напротив друга. Колин наполнил оба бокала и поднял свой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
