— Мистер Олдфилд, — твердо прервала его Флора, придя в себя, — я всего лишь смотритель его картин, не более того.
— Что? Ах да, припоминаю, он говорил мне, что нанял кого-то присматривать за своей коллекцией. Я думал, что это какой-нибудь тщедушный старикашка в очках с круглой оправой или эдакий разбитной, длинноволосый хлыщ. Но вот что я хочу сказать вам, мисс, — я еще ни разу в своей жизни не встречал искусствоведа, с которым мог бы сойтись во мнениях. Но для вас я, пожалуй, мог бы сделать исключение. Вы, надеюсь, не станете морочить мне голову всякой теоретической чепухой, которую несут так называемые знатоки искусства? Этих я особенно не жалую. Я просто рисую то, что мне хочется. Если моя работа симпатична людям, то меня это вполне устраивает. А кому мои картины не нравятся, пусть не смотрят.
— Мистер Олдфилд, — сказала Флора с легкой улыбкой, — мне лично ваши работы очень близки, но, может, мы с вами лучше поговорим о природе или о погоде?
Олдфилд рассмеялся глубоким, раскатистым басом и взял молодую женщину под руку.
— С большим удовольствием, моя дорогая. Но все равно скажу — везет этому стервецу Брайану.
Уже стемнело, когда «Сандра-Ли» начала свой обратный путь вверх по реке. Когда яхта прошла под мостом Гетауэй, вдали показались огни Бризбейна, которые росли по мере приближения судна к городу.
Гости Брайана Найтли становились все оживленнее и говорливее. Заводилой был в основном Брэд Олдфилд. К концу прогулки старый лис заявил, что Флора — самая очаровательная из известных ему дам.
— Он просто очень редко показывается на людях последнее время, — сказал Брайан, заметив, как вспыхнули щеки у его куратора. — Но вы действительно поразили его, Флора, в самое сердце.
— Мистер Олдфилд — старый ловелас, сразу видно, — насмешливо парировала она, но тут же смягчилась. — Но его нельзя не любить. Я и не знала, что вы с ним родственники.
— А мы и не родня. Так, очень отдаленно — через брак его племянницы, — сказал Брайан, задумчиво посмотрев на Фло своими дымчато-серыми глазами.
Я знаю, какие мысли бродят у вас в голове, мистер Найтли, подумала молодая женщина. Интересует ли меня ваш брак? Так вот — не интересует. И Флора отвернулась.
После того как яхта причалила к личному пирсу Найтли, гости веселились еще около часа. Увидев, что некоторые из них собрались уходить, Флора Лэтем тоже решила удалиться. Но в этот момент в нее вцепился Брэд, которому вдруг взбрело в голову поговорить с ней об искусстве. Художник не отходил от нее до тех пор, пока яхту не покинул последний гость. Тогда он неожиданно заявил, что идет ложиться спать.
Флора проводила его взглядом и вошла в салон, чтобы забрать свою сумочку. Там сидел Брайан в одиночестве. Перед ним лежал лист бумаги, заполненный колонками цифр.
Он исподлобья взглянул на гостью и положил ручку на стол.
— Я уж решил, что он никогда не отпустит вас, — сказал Найтли, усмехнувшись.
— Я тоже, — промолвила девушка и взяла свою сумку. — Ну что ж, спасибо вам за...
— Почему бы вам не побыть здесь еще немного и не выпить со мной на дорожку. Я уверен, что Брэд именно этого добивался, задерживая вас.
— Зачем ему это понадобилось? — недоверчиво спросила Флора.
Найтли откинулся назад и пожал плечами.
— Брэд все же любит меня, несмотря на то что произошло между мной и Сандрой.
— Я что-то не пойму, куда вы клоните, мистер Найтли, — сказала Флора, подозрительно косясь на своего патрона.
Брайан улыбнулся.
— Вот уж не думал, что вы такая недогадливая, Фло. Брэд из мужской солидарности решил помочь мне... наладить контакт с вами.
— Что?! — в шоке произнесла молодая леди, глядя на Найтли округлившимися глазами.
— Я имею в виду мою личную жизнь, — пояснил Брайан.
— У меня просто нет слов!
— Брэд, должно быть, вообразил это. Мой интерес к вам, я имею в виду.
— Я думала, что мы договорились не трогать эту тему. — Флора постаралась сказать это как можно холоднее.
— Но хотя бы один разок я могу дотронуться до вас, Фло, — с иронией произнес Брайан.
— Можно по-разному давить на психику человека, — с горечью сказала она. — Если мне придется каждый раз сталкиваться с таким прессингом на работе, то это не может продолжаться долго.
— Почему бы вам не присесть и не рассказать мне о ваших проблемах, вместо того чтобы заводиться? Я даже могу объяснить, почему это на вас так действует. Шампанское? — предложил Брайан. — Я заметил, что весь вечер вы пили один яблочный сок.
— Я ненавижу шампанское, — сухо ответила мисс Лэтем.
— Вы считаете себя гораздо выше меня, Флора Лэтем?
И снова молодая женщина испытала состояние легкого шока.
— Что?! — воскликнула она. — С чего вы это взяли?
— Садитесь, и я объясню вам. Хотите кофе?
Флора нервно огляделась вокруг и опустилась на край кушетки.
Салон «Сандры-Ли» был оформлен в кремово-серых тонах — бежевый ковер, серо-кремовая обивка мебели, настольные лампы из черного мрамора в крапинку с зелеными абажурами на розовой подкладке. Они отбрасывали мягкий, уютный свет. Это была элегантная и в то же время удобная гостиная с широкими мягкими диванами. Девушка поймала себя на том, что думает о Брайане и о тех, кого он берет на речные прогулки на своей роскошной яхте.
— Вот. — Найтли поставил перед ней чашку кофе. Свою он забрал на стол, за которым работал, когда гостья вошла в салон. — Итак, на чем мы остановились? Ах да...
— Вы сказали, что я ставлю себя выше вас, — холодно напомнила Флора Лэтем. — С какой стати?
— Вы из родовитой семьи. Я даже думаю, что в вашем роду был премьер Квинсленда. Мой же отец был всего-навсего простым шахтером.
Мисс Лэтем моргнула от удивления.
— Я и не знала об этом, — честно сказала она.
— Стало быть, вы не считаете меня выскочкой?
— Господи, конечно нет! — возмутилась молодая женщина.
Найтли улыбнулся и, скрестив пальцы, сказал:
— Тогда вы, очевидно, не поняли, что на сегодняшней вечеринке выглядели чистокровной лошадью среди карликовых пони.
Мисс Лэтем начала было пить кофе, но, услышав эти слова, поперхнулась и поставила чашку на стол.
— Как вы только могли подумать такое? — воскликнула она, сердясь. — У меня и в мыслях такого не было.
— Ну тогда это произошло неосознанно с вашей стороны, — пробурчал Найтли, чуть скривив свои четко очерченные губы. — Но я прекрасно видел, с каким презрением вы смотрели на демонстрацию драгоценностей. Я чувствовал, как дамы внутренне сжимались под вашим красноречивым взглядом. Уверен, что они сожалели о том, что не оделись проще.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
