Читаем без скачивания В сторону Граничных гор - Ирина Комарова

Хороший Волшебник повел в свой кабинет Андрея и Редьярда, а Сашка с Сергеем и девчонки вышли во двор.

– Где тут у них стадион? – повертел головой Сашка. – Ага, наверное, вон то самое, на поляне.

Самый большой стадион в королевстве был меньше привычных ребятам, но это естественно, ведь играли гномы и гремлины, а самые рослые из них, были чуть выше метра. Соответственно и ворота на футбольном поле были значительно меньше. Чуть в стороне стояли два больших шатра: раздевалки для игроков. Вокруг поля поднимались незатейливые трибуны – просто длинные скамейки, даже без нумерации мест. Отдельная маленькая трибунка была явно приготовлена для короля. Не то, чтобы она была намного роскошнее остальных, но там, кроме скамеек, стоял еще и стул.

– Это что же, у Редьярда походный трон такой, что ли? – с интересом спросил Сергей.

– Какая тебе разница, – отмахнулся от него брат. – Меня интересует, где здешние болельщики? Надо же с ними занятие провести!

– Санька, только ты, пожалуйста, не учи их кричать: «Судью на мыло!»

– Это почему?

– Так судья кто, забыл? Хороший Волшебник. Он, конечно, мужик неплохой, но вдруг не так поймет, обидится еще. И тогда на мыло пойдут болельщики, во главе с тобой.

– Ладно, не буду. Девчонки, вы трубу обещали и трещотки.

– Аленка, мы что-нибудь обещали этому вымогателю? – удивленно подняла брови Ольга.

– И в мыслях не было. Мы просто собирались поболеть за гномов, покричать, попрыгать.

– Да вы что, издеваетесь? – немедленно завопил Сашка. – Вы что? Как же без трещоток? Ну, без горна еще туда-сюда, хотя половина смака пропадет, но без трещоток совсем нельзя!

– Издеваются, конечно, неужели не понял, – Серега положил руку на плечо брата. – Цену набивают, хотят, что бы ты их вежливо попросил.

– Так я и так вежливо, куда уж больше! Оля, Аленка, я бы сам сделал, но у вас же в сто раз лучше получится! Ну, колданите, что вам, трудно, что ли?

– М-да, пожалуй, эта вся вежливость, на которую он способен, – Ольга, склонив голову к плечу, задумчиво разглядывала Сашку.

– Я тебя сейчас ущипну! – пригрозил он.

– Точно, вся. Ладно, Аленка, давай ты трубу, а я трещотки. Они в музыкальном смысле попроще будут, а у тебя, все-таки, музыкальная школа…

– Ты считаешь, меня там учили трубы делать? – усмехнулась Аленка и, зажмурившись, спрятала руки за спину. Через секунду она громко выдохнула и протянула Сашке новенький блестящий горн. – Вот. По-моему, неплохо получилось.

– Какое неплохо! Классно! – Сашка бережно взял инструмент, приложил к губам и дунул.

Играть он, конечно, не умел, но на стадионе ему иногда удавалось получить у счастливых владельцев подобных горнов разрешение немного подудеть, так что пару простейших сигналов Сашка выводил довольно сносно.

Вот и сейчас он сыграл короткую мелодию, в которой явно слышалось: «бери ложку, бери хлеб». Ольга с Сергеем тут же крутанули трещотки, на их изготовление времени ушло не больше, чем на горн. Шум поднялся неожиданно убедительный.

– Ну, я же говорил, что у вас в сто раз лучше получится! – Сашка сияющими глазами смотрел на девочек. – Это же чудо, а не инструменты! Сами играют!

В этот момент его подергали его за левую штанину. Маленькая ручка потянулась вверх, указывая крохотным пальчиком на трубу, и кто-то требовательно чирикнул:

– Дай!

Сашка огляделся. Привлеченные необычными звуками, вокруг ребят собрались гномы и гремлины, целая толпа. Они молча разглядывали ребят и диковинные инструменты. Только один гном, видимо, посмелее, теребил Сашку за штанину, даже слегка подпрыгивал.

– Попробовать хочешь?

Гном утвердительно закивал.

– А сумеешь? Надо вот так, к губам приложить и дунуть посильнее, смотри!

Сашка еще раз повторил короткий сигнал и протянул трубу нетерпеливому гному. Тот, старательно копируя его движения, поднял, приложил, дунул. Звук был такой, что ребята зажали уши. Ольге с Сергеем пришлось для этого бросить трещотки, и их тут же сцапала пара гремлинов. Гном снова задудел, гремлины подхватили, слушатели разразились приветственными криками.

– А что? Видите, им нравится! – Сашка попробовал переорать общий гомон. – Только надо объяснить… Эй, погодите, тихо! – он замахал над головой руками.

Совершенно неожиданно это подействовала. Толпа замолчала, гном перестал дудеть. Только один из гремлинов с разгона лишний раз крутанул трещотку, но тут же испуганно остановил ее, прижал к груди и уставился на Сашку преданными глазами.

Сергей и Аленка с Ольгой отошли в сторонку и сели на травку, чтобы не мешать Сашке вести просветительскую работу. А он осматривал стоящие перед ним притихшие фигурки точно так, как полководец осматривает свою армию перед решающей битвой.

– Слушайте меня внимательно, – наконец заговорил он. – Здесь собрались футбольные болельщики, проще говоря, фанаты, так?

Фанаты взорвались одобрительными воплями, но по одному движению Сашкиной руки снова наступила тишина.

– И наша задача на текущий момент, провести суперфинальный матч так, чтобы он вошел в историю, как образцово показательный. Многое, конечно, в этом деле зависит от футболистов, все-таки это им играть. Но и болельщик, человек на матче не последний! У игрока, чтобы он забивал, кураж должен быть. А перед кем кураж? Правильно, перед болельщиком! Игрок должен точно знать, что болельщик его оценит. А как болельщику это выразить?

Гном старательно задудел, гремлины завертели трещотками, остальные просто запрыгали и завопили.

– Молодцы! – крик оказался неожиданно громким. Сашка настроился переорать этот гвалт, но как только он открыл рот, фанаты-болельщики замолчали и уставились на него.

– Молодцы, – уже тише повторил Сашка. – Теперь слушайте. Чтобы эффект не терялся, орать все время нельзя. Ликующие вопли, труба и трещотка сопровождают каждый гол. В этот же момент вписываются крики отчаяния и стон разочарования, но это мы репетировать не будем, это всегда само прекрасно получается. Потом, когда игрок с мячом бежит к воротам, тут нужны подбадривающие крики, – он взмахнул рукой и вся компания в сопровождении горна и трещотки подбадривающе заорала.

– Оч-чень впечатляет, – поджала губы Ольга. – Я думала еще этого добра наделать, но мне, кажется, хватит. Иначе оглохнем.

– Можно затычки в уши вставить, – рассеянно ответила Аленка. – Как Сашка с ними ловко управляется. Прямо Герберт фон Караян.

– Это кто такой? – удивился Сергей. Среди известных ему футбольных талантов такая фамилия не значилась.

– Дирижер, всемирно знаменитый. Он умер уже.

– А-а, – успокоился Сергей. – Если дирижер, тогда ладно, этого можно и не знать.

– Ну да, конечно, – попробовала съязвить Ольга, – дирижера не знать не стыдно, а какого-нибудь запасного вратаря из твоего любимого «Спартака»…

Договорить она не смогла, потому что Сашка и компания приступили к репетициям возмущенных воплей.

– Это если кто грубо сыграл, – надрывался Сашка, – или там нарушает в наглую…

– Все-таки, затычки в уши вставлять придется, – обреченно пробормотала Оля.

– Вы что, нарочно делаете вид, что не замечаете меня!? Что же получается, я хочу людям сюрприз приятный сделать, а меня в упор не видят. Ноль внимания! Ну, хорошо, штаны у меня зеленые, в траве их может быть и не видно, но треуголка же красная, а чулки голубые – их, скажете, тоже в зеленой траве не видно?! – сварливый тонкий голосок звучал за их спинами. Ребята дружно обернулись, воскликнули хором:

– Калоша!

Действительно, перед ними стоял старый друг, лепрекон Калоша. Выглядел он празднично. Красная треуголка лихо сдвинута на затылок, громадные медные пуговицы на жилете начищены до блеска, недлинная, но широкая бородка аккуратно причесана, а на новых башмачках сияют большие, серебряные пряжки.

– Конечно, лепрекон в глаза не лезет, – продолжал человечек, – лепрекон скромный, он не вопит, как гремлины. Так что же, теперь его и не замечать вовсе?

Калоша смотрел на ребят укоризненно. В правой руке он держал свою старую трубку, левой прижимал к груди большой, кожаный башмак. Есть у лепреконов такая особенность, всю жизнь они тачают один башмак, возятся с ним, улучшают, украшают, и не башмак у них получается, а настоящее произведение искусства. Правда, только один. На второй у лепреконов, ни времени, ни сил, не хватает.

– А я, между прочим, не столько на футбол пришел посмотреть, сколько с вами повидаться, все-таки столько пережили вместе…

– Калоша, ты не представляешь, как мы все рады тебя видеть! – Аленка всплеснула руками.

– Мы и подарок тебе привезли, – поддержала ее Оля.

– Правда? – лепрекон сунул трубку в рот, башмак положил на землю и протянул вперед ладошки. – Правда, подарок? Специально для меня?

– А как же, – солидно подтвердил Сергей, роясь в кармане. – Именно для тебя, исходя из твоих вкусов и потребностей… вот.