— Я понимаю, — согласился Джонга. Генерал высказывал его собственные мысли.
— И что же? — спросил Крулль. — Что нам теперь делать, шеф?
— Ну… мне кажется, что надо провести совещание. Вы являетесь старейшими сотрудниками отдела, поэтому я хотел узнать ваше мнение. У вас есть какие-нибудь идеи?
— Благодарю за доверие, сэр, — вздохнул Крулль. — Но боюсь, мы тоже в недоумении. Когда нас вызвали, мы думали, что у вас есть свежая информация.
Ротерсон покачал головой, закусив нижнюю губу.
— Мы должны что-то предпринять. Я не хочу посылать вторую эскадру, не выяснив судьбу их предшественников. Если первая эскадра встретила непреодолимое препятствие и была уничтожена, то же случится и со второй…
— С другой стороны, — прервал его Джонга, — если наши парни попали в тяжелое положение, мы должны что-то немедленно предпринять.
— Я должен поднять весь Космический флот? — спросил Ротерсон. — Это не шуточное дело. Я должен предупредить правительство и парламент. Но у нас до сих пор нет никакой определенности. Если мы поднимем весь флот, а причиной отсутствия связи окажутся лишь помехи, то мы все потеряем работу. Мы можем оправдаться, выслав патруль чуть раньше, но дать всеобщую тревогу… — Он содрогнулся при мысли о вопросах, на которые он должен будет ответить межпланетной комиссии сената. — Стоит лишь какому-то молодому и слишком деятельному депутату захотеть получить одобрение сената и потребовать расследования!.. Вы, как и я, хорошо знаете, как мне приходится изворачиваться, когда речь заходит о бюджете. Они ни разу не выделили денег на межпланетные исследования, на развитие межпланетных сообщений. Что же произойдет, если мы израсходуем миллиарды… выбросив их на ветер?!
— Я понимаю ваши трудности, генерал, — сказал Крулль. — Но, с другой стороны, вы не знаете, что может произойти в то время, пока мы сидим здесь и ждем. Быть может, некая таинственная сила готовится уничтожить всю Солнечную систему!
— Я это отлично понимаю, — возразил генерал, — и я не хочу один отвечать за это. Вы знаете, почему политики на все важные посты ставят своих людей? Они хотят, чтобы кто-то внимательно следил, чтобы мы не расходовали напрасно общественные деньги!
Крулль усмехнулся:
— Но какая же польза будет от всех этих денег, если где-то там находится нечто угрожающее…
— О чем это вы? — спросил генерал.
— О том, что скорее всего хозяева астероида обладают недюжинным интеллектом… О том, что их появление может сильно повлиять на судьбу Земли!..
— Сигарету? — спросил вдруг генерал.
— Спасибо.
Они молча сели друг напротив друга и стали следить за голубыми спиралями дыма, поднимавшегося к потолку.
— Я не знаю, что нам делать, — начал Джонга. — Не имею об этом ни малейшего представления.
— Думаю, стоит немного выждать, понаблюдать. Поэтому пошли-ка назад, в наблюдательный зал, — ответил Крулль.
— Может, отправить еще один разведывательный корабль, попробовать узнать, что там произошло? — спросил Джонга.
— Думаю, в этом нет смысла. Если астероид уничтожил пять кораблей, нет никакого смысла добавлять к ним шестой. Или весь Космический флот — или ничего! Вопрос стоит так: обстоят ли дела настолько скверно, чтобы послать туда весь Космический флот? Или в следующие пять минут патрульные корабли выйдут на связь и доложат, что все в порядке? Облака ионизированных частиц могут прервать радиосвязь — так уже случалось не раз, — высказался генерал.
— Может быть, — сказал Крулль, но голос его звучал неуверенно.
— Ну что же, пока отложим это, — решил наконец генерал. — У меня тут есть и другие проблемы, которыми я должен заняться.
Он придвинул к себе стопку бумаг и кивнул обоим мужчинам. Это означало, что совещание закончено.
Крулль и Джонга вернулись на свои рабочие места.
— На него здорово давят, — сказал Крулль. — Но иногда помогает, когда знаешь, что человек испытывает те же чувства, что и ты. От этого становится легче.
— Может быть, ты и прав, — ответил Джонга. — И все же мне не нравится положение вещей. Я думаю, что все тут имеет простое объяснение. И это меня тревожит. Буду весьма удивлен, если мы еще когда-нибудь хоть что-то услышим об этих космолетах.
— Прими успокоительное.
Они вернулись к своим приборам, и Джонга посмотрел на данные, высвеченные компьютером: две тысячи восемьсот двенадцать. В машине что-то щелкнуло, и Джонга уставился на две последние цифры. Два — восемь — один — два? Он опустил рычаг управления вниз.
— Крулль! Иди скорей сюда!
Астрофизик пересек помещение тремя большими шагами.
— Две тысячи восемьсот двенадцать. Астероид внезапно исчез!
— Что? — воскликнул Крулль.
— Пропал! На счетчике снова старая цифра!
— Выглядит это так, словно он пропал вместе с нашими пятью кораблями.
Джонга молча кивнул.
— Проведи проверку еще раз, возможно, произошла ошибка, — посоветовал Крулль.
Когда он заканчивал повторную проверку, в зал вошел Ротерсон, которого вызвал Крулль.
— Исчез? — спросил Ротерсон, войдя в дверь. — Ясно… Это точно?
— А аппаратура в порядке? — спросил Крулль.
Джонга только молча кивнул.
— В полном порядке, — наконец ответил он. — Астероид исчез так, словно его никогда и не было. И с ним, очевидно, исчезли и пять наших космических кораблей. Генерал присел. Казалось, он стареет на глазах.
Глава 5
Грегу Мастерсону показалось, что пришла его смерть. Либо он разобьется при падении, либо этот ужасный зверь убьет его… Зверь искал его. Чудовище с лапами, клыками и щупальцами!
И эта тварь, словно вынырнувшая из кошмарного сна, двигалась к нему. Огромная, как гора, с налитыми кровью глазами.
Быстрая смерть на дне вентиляционной шахты будет по крайней мере лучше, чем гибель в лапах этого чудовища. Ноги Грега натолкнулись на что-то твердое, упругое. У него возникло ощущение, будто откуда-то выходит воздух. Не был ли это воздух из его собственного скафандра? Потом он лишился чувств. Приятное погружение в черную, словно ночь, бесконечность.
Однако потом Грег, казалось, снова приблизился к поверхности черного омута — медленно, очень медленно, так, что казалось, будто его легкие вот-вот разорвутся. Его грудная клетка была придавлена невыносимой тяжестью. Он не имел никакого понятия, что это за тяжесть. Потом вернулось сознание. Лучи света били ему в глаза, вызывая боль. Он не мог понять, где находится. После долгого падения он должен быть мертв, так как он упал значительно глубже тех двенадцати футов, на которые рассчитывал. Он поглядел вверх. Оттуда, из дыры, через которую он попал сюда, на пол падала ужасная тень. Тень чудовища!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
