Некрополис — сумрачный город. Но каким ещё может быть город построенный изгнанными из родных миров беженцами и торговцами для которых важна только прибыль. Вечно умирающий город без будущего, чьё существование когда-нибудь закончится с последней разрушенной аркой. Город построенный для живых, однако правят в нём повелители мёртвых.
Как раз на правителей города, могущественных некромантов, некогда сбежавших из линии Орати, пытался выйти Ворошилов. Когда они только прошли через арку миров, ему казалось, что встретится с некромантами будет легко. Вот договориться может быть непростым делом. В реальности оказалось, что не только добиться встречи, но просто определить кто здесь главный, с кем следует разговаривать — сама по себе непростая задача.
Ворошилов здесь никого не интересовал. Земляне никого не интересовали. Их война с демонами в одной линий постепенно захватываемого и пожираемого человеческого доминиона что так и не успел толком сформироваться — никого не интересовала. Подумаешь! Демоны жрут очередной мир, а его жители, в меру своих возможностей, пытаются сопротивляться — знакомая и всем надоевшая история с, казалось бы, предрешённым финалом. Ничего интересного.
Едва узнав, что Клим не собирается у них ничего покупать, равно как и не пришёл с каким-нибудь интересным предложением, торговцы моментально теряли к нему интерес. Закутанные в чёрные мантии фигуры, изредка попадающиеся на улицах города, также не интересовались ни самим Ворошиловым. Не помогало и упоминание самоназвания их бывшей родной линии. На осторожные расспросы о том, кто здесь главный и с кем можно было бы поговорить, некроманты стандартно отвечали, что он может говорить с любым из них. Но что толку, если их хоть как-то занимало только то, что происходило в городе, а на всё прочее за его пределами они реагировали как богомол на учебник высшей математики — то есть вообще никак.
Леонид Красин, по этому поводу, предположил: — Может быть закутанные в чёрные мантии фигуры не некроманты, а их слуги? Какие-нибудь особо умные мертвецы, что-то вроде продвинутых биороботов способных поддерживать разговор и выполнять функции по охране порядка в городе. А сами некроманты сидя в чёрном замке в центре Некрополиса ворота которого всегда закрыты и вход куда охраняется отборными боевыми умертвиями.
— Зачем делать ворота, которые всегда закрыты? — удивилась Портнова Зина. — Они вообще никогда не открываются?
Гоблин Грыг попытался вспомнить — видел ли они когда-нибудь ворота в чёрном замке открытыми или хотя бы слышал о том, чтобы они открывались, но не смог.
Архимагистр Торвальд подтвердил: — На моей памяти: никогда не открывались.
Зина сказала: — Тогда не понимаю.
— Что тут понимать, — объяснил Красин. — Эти ворота сделали не для того, чтобы они открывались, а чтобы стояли всегда закрытыми. Такой наглядный символизм.
— Нам что делать? — перебил спорящих Ворошилов. — Попытаемся проникнуть в замок тайно?
— Нет! Нет! Не надо! — заволновался Грыг.
— Плохая идея, — подтвердил Торвальд. — Среди местных ходят несколько может легенд, а может рассказов о тех, кто пытался пробраться в чёрный замок. Даже если правды в тех россказнях хотя бы на треть, то судьба пытавшихся крайне незавидна.
— Тогда как выйти на некромантов?
Торвальд пожал плечами: — Говорят, что на тех, кто их интересует, хозяева замка выходят сами. Правда это далеко не всегда оканчивается хорошо для самих лиц, вызвавших их пристальный интерес.
— Ладно, — Ворошилов облизнул пересохшие губы. Это не помогло, и он сделал крохотный глоток из стоящей перед ним чашки с водой, в которую, для вкуса, добавили несколько капель лимонного сока. — Но вечно здесь ждать непонятно чего мы не можем. Устанавливаю контрольный срок в три недели. Если за это время ничего не произойдёт, то мы возвращаемся, а вы, Торвальд, остаётесь и, по возможности, продолжите искать выходы на хозяев чёрного замка и собирать иные полезные контакты.
— Только время теряем! — привычно проворчал Былин Буянович. В отсутствии боевых операций и попыток организовать покушение на землян или магов, матёрый кровавник явно скучал. Развлекался старый воин тем, что отлавливал мелких воришек, приходивших в лавку Торвальда в надежде стянуть какую-нибудь мелочёвку и быстро сбежать. Несколько вывернутых рук, разбитых носов и парочка выбитых зубов наглядно показала местному огребью, что конкретно здесь ловить нечего и лучше перенести свои усилия куда-нибудь в другое место.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Мне вот интересно, — спросил Зина. — Это мёртвый мир? В нём нет ни лесов, ни водорослей в океанах. Фотосинтеза нет. Получается: рано или поздно, воздух здесь перестанет быть пригодным для дыхания? Его просто весь выдышут?
— Строго говоря, в богатой части города есть небольшие частные сады, — заметил Ворошилов. — И многоуровневые поля в виде лестниц.
— Этого слишком мало, — возразила Зина.
— Получить пригодный для дыхания воздух не сложно, — возразил Корвин кивком головы указывая на Торвальда. — Мой коллеги специализируется больше на стихии огня, но он легко может создать поток чистого кислорода чтобы пламя горело погорячее. Да что там говорить, даже я могу создавать необходимый мне для дыхания воздух, хотя это совсем не моя специализация. Главное, чтобы сами химические элементы имелись в свободном доступе. Одно дело вырывать кислород из углекислого газа и совсем другое трансмутировать его из какого-нибудь другого элемента.
— Ребята, вам бы цены не было бы в космосе, — воскликнул Красин. — Космонавт способный сам себя обеспечивать пригодным для дыхания воздухом — это же фантастика! Сколько можно всего лишнего убрать, облегчая и упрощая конструкцию!
— Один архимагистр — система жизнеобеспечения, второй — двигательная установка, — развеселилась Зина. — Добавьте ещё парочку и межпланетный корабль практически готов.
— И полетели они верхом на архимагистрах, — добавил Красин. Переглянулся с Ворошиловым, и ребята рассмеялись.
Не понимая о чём идёт разговор, Торвальд, на всякий случай, насупился и скрестил руки на груди. Корвин только покачал головой.
Поставленный Климом трёхнедельный срок подходил к концу. Дни шли за днями, а прогресса не было.
Торвальд выложил в лавке пробную партию земных товаров. Сначала ничего не происходило, но Зина предложила устроить ночную рекламу. Короткой местной ночью торговая лавка Торвальда засияла словно новогодняя ёлка. Разноцветные светодиоды, запитанные от аккумуляторов, создали необычное ощущение праздника так нехарактерное для сумрачного города. Для обеспечения безопасности, Былин Буянович, голый по пояс, с парой огромных обнажённых мечей замер у входа. Подсвечиваемый светодиодами то с одной, то с другой стороны, он напоминал статую какого-то воинствующего бога.
Чтобы уж точно никто не проспал представление, Зина запела песню на русском языке, который здесь никто не знал. Подключенные через простой контроллер светодиоды послушно вспыхивали в такт её голосу синхронизируя свет и звук. Маги, на всякий случай, оставались наготове, но бездействовали. Как разузнал Клим, в Некрополисе существовали штрафы за магические фейерверки или иллюзии, иначе бы их использовал бы каждый второй торговец и от рекламных иллюзий было бы не протолкнуться.
Но в том-то и дело, что вся «магия» землян — это техника и под условие применения магии или магических артефактов не попадает. Разумеется, имелся некоторый риск, как на всё это прореагируют истинные хозяева города. Но ведь они как раз и хотели привлечь их внимание, поэтому и решили применить агрессивный маркетинг.
Когда из темноты вынырнуло боевое умертвите, Клим чуть было не разрядил в белую черепушку всю обойму из пистолета. Слишком уж неожиданно и бесшумно оно появилось. К первому костяному голему присоединились ещё двое. Постояв и покрутив костяными головами, стражи Некрополиса растворились в темноте также бесшумно, как и появились. Следов применения магии они не вынюхали, значит происходящее не нарушало законы города.
