Рейтлингер истолковал замечания Гитлера как вежливый отказ Гиммлеру в надежде последнего на создание личного войска[346]. Но главным, на что следует обратить внимание, было то, что Гитлер в тот период все еще рассчитывал на скорый и благополучный исход войны. Невзирая на острую нехватку резервов в результате внезапного зимнего наступления русских, Гитлер не сомневался, что все-таки нанес «русскому медведю» смертельный удар. А вот очень многие из его генералов продемонстрировали признаки паники, если вообще не утратили веру в победу, хотя Гитлер планировал новое, как ему представлялось, победоносное наступление.
Гитлеру не было нужды ждать харьковского сражения 1943 года, чтобы окончательно убедиться в том, что на самом деле представляют собой части ваффен-СС. Они уже показали, на что способны, в кампаниях 1939, 1940 и 1941 годов. Как раз тогда, когда он рассуждал о скором возвращении ваффен-СС к своим послевоенным чисто полицейским функциям, Гитлер не мог не оценить их выдающиеся боевые качества. «Я горжусь тем, – заявил он в очередной беседе за ужином в близком окружении, – когда командующий армией докладывает мне о том, что боеспособность его соединения основывается исключительно на роли включенного в его состав соединения ваффен-СС – дивизии «Дас Рейх»[347]. Для Гитлера части СС представляли собой «воинское братство, объединенное одной идеей, сообщество преданнейших…». И наступление Советов доказало, что части СС полностью сознают возложенную на них ответственность. И понимают, что их деяния – пример для остальных…»[348]Если многие армейские части и их командиры дрогнули под натиском русских, ваффен-СС оказали противнику стойкое сопротивление. Геббельс также заметил в своих дневниках, что «если бы у нас отыскалась пара десятков подобных командиров [подобных Зеппу Дитриху], Восточный фронт не был бы головной болью для нас»[349].
В ходе сражений зимой 1941/42 года ваффен-СС продемонстрировали Гитлеру то, что он считал высшей солдатской доблестью: способность сохранять боевой дух даже во время отступлений[350]. Именно это и подвигло его издать приказ об увеличении численности ваффен-СС в конце 1942 года. Потому как его былой оптимизм испарился под давлением обстоятельств – теперь он уже не сомневался, что Германии предстоит изнурительная и затяжная война.
В полном соответствии с прогнозами фюрера вермахт выдержал зимнее наступление Красной армии. Оказав упорное сопротивление русским, немцы сумели удержать основные позиции, и даже после того, как русские обходили немцев с флангов, те все же не сдавали важнейшие ключевые пункты линии обороны – пресловутый приказ фюрера «Ни шагу назад» возымел результаты, но обрек вермахт на ужасные потери. Однако Восточный фронт был спасен. В марте месяце русские продолжали натиск, а Гитлер распорядился о подготовке к новому наступлению[351].
Хотя Гиммлер не уставал просить Гитлера об увеличении численности ваффен-СС, фюрер медлил. Он не сомневался в том, что победоносно завершит войну до конца 1942 года. Единственным по-настоящему новым формированием СС в первой половине 1942 года была 7-я добровольческая горнострелковая дивизия СС «Принц Ойген», сформированная в марте 1942 года из фольксдойче Хорватии, Сербии, Венгрии и Румынии. Соединение использовалось для борьбы с партизанами на территории Югославии. И все же Гитлер решил пойти на реорганизацию и усиление личным составом уже существовавших формирований ваффен-СС. К середине того же года остатки трех элитных дивизий СС – «Лейбштандарт «Адольф Гитлер», «Дас Рейх»» и «Мертвая голова» – были сняты с фронта и отправлены в глубокий тыл для переформирования в моторизованные дивизии[352].
Тем временем началось летнее наступление германских войск на участке фронта Курск – Харьков. В соответствии с планами Гитлера отсечь кавказские нефтеносные районы молниеносным ударом на южном участке фронта русских [1-я] танковая армия под командованием фельдмаршала Клейста сумела прорвать оборону русских и с боями вышла к Кавказу. Армии Советов вновь отступили, не выдержав натиска немцев – уже полтора месяца спустя весь Дон и майкопские нефтепромыслы оказались в руках немцев. Глубже всех продвинуться сумела дивизия СС «Викинг»1.
Для русских наступил наиболее критический период войны. Судя по всему, оптимистические прогнозы Гитлера – «С русскими покончено!» – фраза, брошенная им начальнику штаба сухопутных войск 20 июля 1942 года – начинали сбываться. К середине сентября 1942 года немецкие войска продвинулись к центру Сталинграда. Именно здесь и решался исход войны – в случае овладения этим стратегически важным населенным пунктом немцы получали возможность двинуться на север (вдоль волжской линии обороны) и смять фронт обороны русских. Но всем известно, что произошло на самом деле, – Сталинград выстоял, а 19 ноября 1942 года Красной армией было начато контрнаступление, которое в конечном итоге привело ее два с половиной года спустя в Берлин.
В последние месяцы 1942 года линия фронта стала неудержимо приближаться к границам Третьего рейха. 4 ноября 1942 года Африканский корпус Роммеля, вплотную приблизившийся к Александрии, в результате сражения под Эль-Аламейном был вынужден отступить. Четыре дня спустя англо-американцы под командованием генерала Эйзенхауэра высадились на побережье Северной Африки, а 22 (23. – Ред.) ноября Красная армия сомкнула кольцо окружения вокруг [армии Паулюса] западнее Сталинграда. После трех лет непрерывных наступлений вермахт, утратив инициативу, перешел в длительное отступление. И то, что союзникам потребовалось еще два с половиной года до полного разгрома немцев, во многом следствие стойкости и высокой боеспособности именно танковых дивизий ваффен-СС, сформированных в период 1942–1943 годов.
Ваффен-СС в 1942 году
В первые месяцы 1942 года вся боевая мощь ваффен-СС была брошена в район ожесточенных сражений Восточного фронта – 6 дивизий, 2 пехотные бригады, 1 кавалерийская бригада, 4 национальных легиона и еще горстка меньших по численности боевых формирований.
К моменту завершения осенне-зимнего наступления русских в течение февраля месяца 1943 года формирования СС представляли собой лишь жалкое подобие прежних, тех, которые существовали еще осенью 1942 года. В соответствии с намерениями Гитлера нанести летом 1943 года решающий удар русским и окончательно разгромить их было принято решение об усилении боеспособности элитных дивизий СС. Еще в начале августа 1941 года группенфюрер СС Хауссер направил Верховному командованию просьбу о довооружении дивизий «Лейбштандарт «Адольф Гитлер» и «Дас Рейх» танками. В январе 1942 года просьба Хауссера была одобрена, был издан соответствующий приказ о включении в состав соединений по одному танковому батальону. К концу мая таким же образом поступили с еще двумя элитными дивизиями СС – «Мертвая голова» и «Викинг». Таким образом, к середине 1942 года четыре классические дивизии ваффен-СС сделали первый шаг к тому, чтобы впоследствии превратиться в бронетанковые «огневые бригады Третьего рейха». Тогда же Гитлер решил сдержать данное им еще в 1938 году обещание создать армейский корпус СС; для осуществления командования реорганизованными дивизиями СС было учреждено SS Generalkommando – командование армейским корпусом СС, возглавил которое Пауль Хауссер.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
