Читаем без скачивания Черная кровь справедливости - Андрей Денисенко

– Во какие придурки, – изумился Одиночка, с размаху опуская секиру на голову ближайшего.

Широкое стальное лезвие развалило зомби пополам, но только магия Корона спасла воина от неминуемой смерти. Заряд энергии, посланный вторым колдуном, отразился от магического щита магиера и с шипением ушел вверх. Одиночка попытался достать секирой и этого. Колдун, выкрикнув короткое заклинание, стек на пол черной лужей и превратился в нечто, утыканное шипами. Одиночка охнул и отскочил, едва успев увернуться. Молниеносно изменив направление, шипастый шар бросился к магиеру, ударился в магический щит, отлетел далеко в сторону и снова превратился в человека.

– Вы умрете! Великий магистр решил вашу судьбу. – Голос зомби звучал глухо и скрипуче.

– Ишь прыткий какой. – Одиночка поиграл секирой и сделал едва заметное движение свободной рукой. В воздухе мелькнул нож. Послышался крик ярости: лезвие глубоко вошло в плечо колдуна.

– Ничтожества, вы и ваш род будете прокляты!

Корон произнес Слово Шторма, кипучая волна энергии жезла обратила раненого зомби в прах. Почти одновременно сзади послышался хлопок. Корон вздрогнул, прикрывая лицо от накатившего жара. Пульсирующего нароста и щупалец больше не было, сквозь остатки дымящейся плоти к ним уже пробирались солдаты ре Веждала. Голос капитана звучал обрадованно:

– Слава небесам, милорды, вы в порядке! По правде говоря, сомневался, что увижу вас снова.

– С нами не так уж легко покончить, – пробурчал Одиночка. – Мы живучие. К тому же очень обиженные на одного лысого колдуна.

Кто-то из солдат хмыкнул, но Корон предупреждающе поднял руку.

– Магическое поле слабеет! Кажется, наш магистр забирает всю мощь источника, даже энергию защитных заклинаний Дворца. Скараш торопится получить полный контроль, мы должны использовать эту возможность!

– Следующая дверь ведет во внутреннюю галерею, за ней – главный зал Дворца, – озабоченно проговорил ре Веждал. – Не знаю, там ли магистр, но остальным колдунам больше некуда деться. Только главный зал способен вместить столько народу.

На двери, ведущей в галерею, защитная магия отсутствовала, но распахнувший ее воин замер в растерянности. Дальше ничего не было. Бесформенный туман клубился размытыми блеклыми волнами. Солдат растерянно оглянулся.

– Обычный морок, – пробормотал Корон. Протянув к туману руки, он на мгновение задумался. – Скараш высосал энергию защитных заклинаний, но сама основа щита осталась. Так сказать, недомагия. Сама по себе она неопасна, но в ней действительно ничего не видно. Придется двигаться наугад.

– Галерея прямая и не слишком длинная, – сообщил ре Веждал. – Правда, в нее выходит несколько боковых коридоров, но другого пути в главный зал нет. Придется рисковать.

– Демонам тоже ничего не видно. – Одиночка криво усмехнулся. – Если не слишком топать и двигаться быстро, у нас будет неплохой шанс проскочить.

По команде ре Веждала солдаты устремились вперед. Одиночка, вставший во главе отряда, нырнул в туман первым. Тут же понятие направлений будто перестало существовать. Изменчивый кисель морока обволакивал все вокруг непроницаемой массой. С таким же успехом можно было двигаться в темноте с закрытыми глазами. Не видя даже собственных ног, Одиночка едва не споткнулся. Болезненный удар плечом о стену заставил его выругаться сквозь зубы. Позади слышался топот ног и прерывистое дыхание солдат.

На них напали в тот момент, когда у Одиночки появилась смутная надежда, что все обойдется. Сзади раздались плотоядное рычание, звон стали и предсмертный вопль одного из воинов. Сквозь шум прозвучала неразборчивая команда капрала, затем послышался вой уже десятка монстров. Повинуясь порыву, Одиночка бросился на шум схватки, но вынырнувшая из тумана рука Корона крепко ухватила его за плечо.

– Куда?! Сейчас главное – найти магистра!

Одиночка повернулся на голос и побежал за магиером. Неожиданно ноги ударились о камень, и он с грохотом растянулся на широких ступенях уходящей вверх лестницы. Оглушенный, окончательно потерявший ориентацию, на четвереньках он стал карабкаться наверх. Бой в галерее не затихал. К реву монстров, скрежету когтей и звону стали добавилось хлопанье крыльев. Сквозь хаос звуков доносились команды капрала и ре Веждала.

– Быстрее, Денит, солдаты долго не продержатся! – Корон подхватил Одиночку и потащил вверх по ступеням. Еще не придя в себя после оглушительного падения, Одиночка только мотал головой.

Двухстворчатая дверь, ведущая в главный зал, появилась перед ними настолько неожиданно, что они едва не врезались в нее. Лестница закончилась узкой площадкой, застеленной дорогим ковром. На стенах висели тканые полотна с магическими символами и старинные гобелены.

– Вот ни хрена себе! – Одиночка изумленно обернулся. Серый туман, плотно окружавший их всего лишь за несколько шагов до этого, у последних ступеней лестницы резко обрывался. Густые струи, ни на секунду не прекращавшие своего движения, словно наталкивались на невидимую преграду и отступали.

– Главные неприятности там. – Корон кивком указал на дверь. Из щели неплотно закрытых створок лился странный голубоватый свет. – Это наверняка главный зал Дворца.

– Тогда нечего время тратить! – рыкнул Одиночка и пинком распахнул дверь. Две сотни голов сидящих в хрустальных креслах колдунов одновременно повернулись в их сторону. Две сотни взглядов, в которых не отражалось ничего, кроме пустого безразличия, устремились на них. В центре зала, чуть слышно потрескивая, возвышался уходящий сквозь своды поток бурлящей магической энергии. Исходящее от него мертвенно-голубое сияние заливало зал потусторонним светом, придавая неподвижным лицам зомби нереальную жуть.

Внутри потока магии, высоко над полом, парила фигура в красном балахоне. Голова существа была низко опущена, руки широко раскинуты в стороны. Капюшон полностью скрывал лицо, казалось, существо просто заснуло в воздухе. Энергетические молнии, короткие и злые, то и дело ударяли в балахон, заставляя его складки колыхаться. Существо словно не замечало этого, застыв молча и неподвижно. Молчали и чародеи, в неестественных, кукольных позах замершие в хрустальных креслах. Тишина, резкая и пронзительная после боя в галерее, усиливала ощущение сбывшегося ночного кошмара.

– По крайней мере, магистра мы точно нашли, – пробормотал Корон. Он говорил негромко, но в безмолвии зала его слова прозвучали очень отчетливо.

– Вот и славно. Уж я разговаривать с ним не стану. – Одиночка недобро ухмыльнулся и метнул в магистра неуловимо блеснувший нож. Тяжелое лезвие из заговоренной стали, способное пробить дубовую доску с двадцати шагов, со свистом рассекло воздух и вонзилось Скарашу в грудь. Прошла секунда, другая. Победоносная улыбка, уже скользнувшая на губы Одиночки, растаяла. Магистр Скараш никак не отреагировал на вонзившийся клинок, лишь некоторое время спустя шевельнулся и начал поднимать голову. По залу прокатился смех. Сначала почти неслышный, потом все более громкий и издевательский. Наконец, Скараш оглушительно захохотал. Нож выпал из его тела и со звоном упал на мозаичные плиты. Корон и Одиночка, ожидавшие увидеть хлещущую из глубокой раны кровь, замерли от изумления. Сквозь дыру в балахоне лился свет, свет магической энергии источника.

– Вы надеялись справиться со мной, Скарашем Непобедимым, при помощи простого ножа? До чего же вы глупы, смертные! Вы не понимаете даже того, что так очевидно! Я, Скараш Широколобый, стал высшим существом! Править Ванапаром предписано мне на роду самим Темным Владетелем мира, и никакое оружие больше не в силах остановить меня! Я, возрожденный к истинной жизни метаморфером, вершу предназначенное!

– Ты не в своем уме, магистр. – Корон нахмурился. От вида пустого балахона, распоряжающегося двумя сотнями зомбированных колдунов, становилось не по себе. – Воздействие метаморфера – трагическая случайность, а не знак свыше. Тебе не следовало убивать людей по собственной прихоти.

Запрокинув голову, магистр снова захохотал. Капюшон балахона соскользнул назад, открывая кошмарно обезображенное лицо, почти лишившееся человеческих черт.

– Вы глупые, но забавные существа! Как можете вы, почти лишенные в своих бессмысленных телах возможности слышать и чувствовать, судить обо мне, повинующемся высшей воле Владетеля? Как смеете указывать мне, стоя перед лицом моих рабов, в моем Дворце? Вы, черви?!

– По-моему, он тянет время. – Одиночка сплюнул на ковер и демонстративно обернулся к магиеру. – Если он такой крутой, то почему такой неловкий? Смотри, всю морду себе изуродовал, а от лысины так и не избавился. Башка-то голая, как моя коленка!

Корон против воли хмыкнул. Несмотря на серьезность ситуации, его друг попал в точку: лысина магистра, украшенная всполохами пробегающих разрядов, выглядела грандиозно. Одиночка окинул магистра критическим взглядом, причмокнул.