Читаем без скачивания Послание майя - Стив Альтен

— И что конкретно от меня здесь понадобится?

— Прежде всего ты будешь проверять и сдерживать наших во время контактов с пришельцами. Слишком много у нас либералов в лабораторных халатах. Они верят в единорогов и считают, что энергия должна быть бесплатной для всех. Эти яйцеголовые ни черта не смыслят в реальной жизни. Большинство их полагает, будто имеет дело с голливудскими И-Ти. Сегодня нам известны более 60 видов этих существ, но в основном попадались мертвые. Мы не знаем, друзья они или враги, подвиды, отдельные виды, или же они из разных измерений. Некоторые так похожи на людей, что вполне могли бы ассимилироваться.

— Если они так на нас похожи, с чего вы взяли, что они инопланетяне?

— Они нас превосходят физически, у них более развиты зрение, слух и особенно обоняние. Глаза у них аквамариново-синие, светятся, как у кошек в темноте. Способны к телепатии. Все, кстати, способны. К счастью, мы смогли найти телепатов-людей, чтобы общаться с ними. А тебе нужно свести их переговоры к одной-единственной теме: технологии.

— С кем именно мне придется общаться?

— С одним из Серых. Они бывают разных размеров, но у них одинаковая структура ДНК — большие глаза, безволосое серое тело. Наш парень появился здесь семь месяцев назад. Его тарелка разбилась 28 сентября 1989 года на Лонг-Айленде возле Нью-Йорка. Внутри было девять Серых, выжил только он — если это вообще он. Грубо говоря, орешки с ветки не свисают. У этих существ все спрятано внутри. И все равно они намного нас превосходят. Разработчики Локхида долго не продержались, у них мозги вскипели. Для инопланетян эти разговоры вроде попытки научить собаку алгебре. Мы для них именно собаки с большими зубами, а не комнатные любимцы.

— Если это так сложно, почему бы не связаться с теми, кто больше похож на людей?

— А попробуй хоть одного поймать живым! Нордики иногда могут пережить катастрофу, но предпочитают покончить с собой, лишь бы не попасть к нам в руки. Мы делали вскрытия, много узнали об их органах чувств. У всех оказалась кровь с отрицательным резусом.

— Точно с отрицательным?

— Да, точно. А это важно?

— Дядя Джо, я знаю, что твои интересы ограничиваются военными темами и персонал ты подбираешь по уровню доступа, а не таланта, но все же тебе не помешали бы несколько умных медиков в команде. Резус-фактор — это протеин в человеческой крови, который обозначает наше происхождение от приматов. Макаки-резусы — наши далекие родственники. Около восьмидесяти пяти процентов людей на планете имеют резус положительный, то есть существует эволюционное звено. Но над чем десятки лет ломают голову ученые, так это откуда взялись остальные пятнадцать процентов. Отрицательный резус и стал темой нашего Кембриджского исследования, но когда Гэбриэл превратил работу в дурдом с концом света, я ушел.

— Ага, точнее, когда он сбежал с твоей невестой.

— Ну и черт с ним. Они поженились, она заболела и умерла. Вот и все. Зато с этими инопланетянами и их резусом стало ясно, что моя работа имела смысл. Если Нефилим скрещивались с древними женщинами, их потомство должно было стать новым, более развитым подвидом людей… примерно 30 000 лет назад, а этим временем и датируются пещерные изображения. Видимо, скрещивание шло в отдельных регионах, в древнем Египте, частично на юго-востоке Азии, с племенами кочевников, которые перешли в Северную Америку во время последнего ледникового периода. Ну а затем — с племенами местных индейцев и ольмеками, прародителями культуры Мезоамерики. Видел те десятитонные головы, которые они создали? У них определенно азиатские черты лица. Генетика проявилась в майя, ацтеках, инках, египтянах. Они смогли превзойти все остальные племена. Их лидеры — Кукулькан, Кецалькоатль, Виракоча, Осирис определенно обладали отрицательным резусом, высоким IQ, развитой системой чувств и отличались синими глазами и удлиненными черепами.

— Да, про длинные черепа мы знаем, у Серых тоже такие. Не знаю, верна ли эта теория про резусы. Пятнадцать процентов из шести миллиардов — это дофига инопланетян.

— Потомков инопланетян, это ведь разные вещи. Чистокровные их дети или отрыжка ДНК были бы совсем другие.

— Кто?

— Дети, которые по материнской линии восходят к одному из инопланетян, могут родиться со странностями. Например, у темноглазых и темноволосых родителей четверо детей, и один из них наследует синие глаза предков. Резус-фактор — удивительное наследие прошлого. Например, если мать с резусом отрицательным вынашивает ребенка с положительным резусом, может возникнуть аллергическая реакция, которая может привести к гибели плода. Клетки крови ребенка атакуют клетки крови с отрицательным резусом, реагируя на них как на чужеродное вторжение. Совершенно очевидно, что эта новая ДНК возникла не в процессе эволюции, она была привнесена.

— Если так, то мы должны быть благодарны за то, что ящероголовые с нами не спариваются. Крайне злобные ребята.

— Агрессивны?

— Нордики держат их в узде, а в неволе они не живут. Все виды дохнут. С Серым позволено общаться только дважды в месяц и не дольше трех-пяти часов, в зависимости от его самочувствия. — Рэндольф посмотрел на часы. — Ну что, Алиса, готова встретить Безумного Шляпника?

— Хватит уже про Алису, дядя Джо. Это не игрушки.

— Может и не игрушки, но свихнуться тут можно запросто.

Сэм и Лора лежат рядом на надувном матрасе. Полуночное небо над ними бездонно и темно.

— Сэм, о чем ты думаешь?

— О том, как смотрится небо над нами. И о том, как хорошо не волноваться.

— Странно. Может, ты был навигатором и ориентировался по звездам?

— Нет.

— Нет? Почему ты так уверен? Ты ведь еще вчера не знал даже, что тебя зовут Сэмюэль Аглер.

— Когда Майкл назвал меня Самсоном, имя показалось знакомым. Но я не был ни пилотом, ни навигатором. Это не вызывает отклика.

— А что насчет тебя и Лорен? Она вызывает отклик?

— Лорен была, но ее не стало.

— Можешь считать, что меня заело, но почему ты так уверен? Ты видел, что ее обезглавили, как Лилит?

— Я просто знаю, что она мертва. Чувствую пустоту в сердце.

— А Чилам Балам? Раньше ты говорил, что чувствуешь его такой же пустотой?

Сэм сел.

— Смеешься надо мной? Сомневаешься в моей боли?

— Нет.

— Так почему тебе это так важно?

Она встала и подошла к краю крыши.

— Это так важно, потому что меня тянет к тебе и физически, и духовно, а я ничего о тебе не знаю. Душа говорит мне, что ты хороший человек, благородный воин, но инстинкты советуют бежать от тебя подальше, потому что с тобой я обязательно окажусь в опасности. Часть моего естества восхищается этим, но мне необходимо знать, что ни Лорен Аглер, ни другая женщина не лежит где-то в больнице и не ждет возвращения своего Самсона. А еще меня беспокоит, нет ли где-то детишек Аглеров, тоскующих в отсутствие папы…