Оружием людям служили бронзовые, золотые и даже железные мечи, топоры, длинные ножи и копья. Мурги же, в основном, были вооружены либо дубинами, либо огромными молотами, которыми размахивали с такой легкостью, словно те совсем ничего не весили. Среди воинов-людей было также немало лучников и пращников, — но отнюдь не пехота составляла главную ударную силу этого небольшого и довольно пестрого воинства.
Ломая деревья, словно сухие ветки, и переваливаясь на ходу, из джунглей выбрались три здоровенных чудища. На спине у каждого сидело по несколько воинов-людей, вооруженных луками.
По своему виду, эти три чудовища, несомненно, были ящерами. Их тела покрывало некое подобие чешуи. Огромные пасти были полны острейших зубов, способных с легкостью перекусить не только человека, но и кого-нибудь покрупнее. На концах длинных хвостов у каждого ящера имелась большая шаровидная шишка, из которой торчало несколько острых колючек.
Передвигались они на могучих когтистых лапах, каждая толщиной с добрый ствол дерева. В холке каждое из чудищ было выше не только любого человека, но и мурга, самые маленькие из которых возвышались над людьми на целую голову.
Ящеры надвигались на отряд Кулла не торопясь, словно воплощенная неизбежность, то и дело оглашая окрестности торжествующе-грозным ревом. Вероятно, именно люди являлись их излюбленной пищей, потому как трудно было предположить, чтобы подобные монстры оказались миролюбивыми травоядными созданиями.
Пропустив вперед гигантских боевых тварей, вражеские пехотинцы двинулись за ними следом. Видимо, именно трем монстрам была предоставлена высокая честь нанести основной удар по пришельцам, явившимся в долину непонятно откуда и с неведомой целью.
— Не поддаваться панике! — скомандовал Кулл отряду. — Мы справимся и с этим, если как следует постараемся!
— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь?! — бросил ему Сигвер. — Лично я понятия не имею, как к этим тварям подступиться.
— Сейчас я что-нибудь придумаю, — пообещал Аринандо, копаясь в своей сумке, где держал всякие магические порошки и зелья. — Что-нибудь такое, что поможет одолеть этих…
— Сделай такую милость, только поскорей, — отозвался Сигвер. — Боюсь, что времени на раздумья эти чудища нам не оставили.
Между тем, выхватив топор, Кулл продолжил отдавать распоряжения отряду:
— Лучники, стреляйте по людям и мургам! Те, кто с копьями — вперед!
И подавая личный пример, он бросился к ближайшему из ящеров. Огромные челюсти щелкнули над самой головой атланта, однако тот не стал дожидаться, когда его перекусят пополам. Сжав топор обеими руками, Кулл обрушил его на толстую шею твари, вложив в этот удар всю силу, на которую только был способен.
Острое лезвие из прекрасной стали глубоко вошло в шею ящера, но перерубить ее одним ударом все же не смогло. Из раны потоком хлынула кровь. Наверняка, одна из шейных артерий, снабжавших кровью мозг, оказалась перерубленной или, во всяком случае, сильно задетой.
Дикий рев раненого зверя огласил собой весь остров.
Не без труда Кулл вырвал из раны глубоко застрявший топор, после чего предусмотрительно отскочил назад — и вовремя. Тяжело раненый ящер, выйдя из подчинения всадников, резко шарахнулся в сторону. При этом одним взмахом хвоста он сбил наездников со спины второго своего собрата… однако этим дело не закончилось. Совершенно обезумев от боли, раненый зверь бросился назад в джунгли. Путь его пролег прямо сквозь толпу людей и мургов, что наступали на врагов следом за ним. Некоторые, кто был половчей, успели отскочить или отбежать в сторону, однако не менее десятка оказались раздавленными. Впрочем, до джунглей ящер так и не добрался. У самой кромки леса он упал и после непродолжительной агонии затих.
Тем временем магу Аринандо удалось сплести заклятие, эффект которого оказался поразительным. Оба уцелевших зверя, словно обезумев, с непередаваемой яростью набросились друг на друга. В ход пошло все: огромные челюсти, острые когти и шипастые хвосты. От места их битвы обеим противоборствующем сторонам волей-неволей пришлось держаться как можно дальше. Что вполне естественно, когда в бой друг с другом вступают такие гиганты, — все остальные поединки приходится откладывать на потом.
— Что такое ты сотворил, маг? — поинтересовался Сигвер. — С чего вдруг эти две бестии так люто возненавидели друг дружку?
На что тот ответил прямо:
— Нам с вами просто крупно повезло. Оба монстра оказались самцами. Простенькое заклинание пробудило и многократно усилило в них инстинкт к размножению. Они затеяли меж собой битву за обладание самкой, которая, благодаря моей магии, им обоим сейчас мерещится. Все остальное в их примитивном понимании разом отошло на самый последний план. В итоге, в живых должен остаться только один из них — ослабевший от многочисленных полученных в битве ран. С ним, я надеюсь, мы как-нибудь управимся…
— А откуда ты узнал, что эти двое самцы? — спросил Кулл.
— Я понятия об этом не имел, — честно признался маг. — Решился выстрелить наугад и попал точно в цель.
— А если бы один из них оказался самкой? — решил уточнить Сигвер. — Чтобы бы тогда случилось? Они кинулись бы спариваться прямо здесь?
— Ровным счетом ничего, — разочаровал его маг. — Заклинание бы просто не сработало, вот и все.
— Жаль, — вздохнул моряк. — А то забавно было бы взглянуть, как у них это выходит, при таких огромных размерах.
Между тем, бой между монстрами продолжался с неослабевающей силой. Последние всадники были сметены ударом хвоста. На боках у обоих чудовищ появились рваные раны, однако звери от этого, казалось, нисколько не ослабели, с новой силой все продолжая атаковать друг друга. Драка грозила затянуться надолго.
— Ну что, так и будем здесь стоять? — ворчливо изрек Сигвер. — Сдается мне, что эти твари прикончат друг дружку еще нескоро, а нам нужно разобраться с их хозяевами.
— Так иди и помоги им, если тебе так невтерпеж, — посоветовал Кулл. — Уверен, что они по достоинству смогут оценить твои благие намерения.
— Нет уж, спасибо, — отозвался Сигвер. — Лучше я подожду.
Поединок гигантов продолжался еще около получаса. Все это время противоборствующие стороны держались в стороне, благоразумно дожидаясь, пока все наконец закончится. Попасть под случайный удар огромного хвоста или оказаться раздавленным дерущимися ящерами не хотелось никому, однако все, что имеет начало, обязательно должно иметь и конец. Таков один из главных законов всего сущего, стоящий превыше воли самих богов. Один из сражавшихся ящеров, не выдержав очередного удара противника, наконец рухнул на землю. Не теряя времени, победитель впился зубами в горло поверженного врага, и уже через миг все было кончено.
