приятно чувствовать и её моральное удовлетворение. После же заключения брачных уз, мы особенно остро стали чувствовать психологическое состояние друг друга. Я то и дело ощущал её ревность, когда рядом находились другие красивые девушки на кого я имел неосторожность обратить внимание. Расстраивать свою любимую супругу очень не хотелось.
А в последние пару дней, к этому еще добавилось какое то непонятное нетерпение с её стороны, предвкушение чего то, чего я понять не мог, а наводящие вопросы не давали никаких ответов. Зато, она настойчиво стала понукать меня скорее растратить свой манорезерв. Впрочем, я и сам был не против, при наличии то такой классной батарейки рядом и причитающихся бонусах за подзарядку.
Второй раунд лечения, на который снова собралась толпа народа, я проводил уже с принцессой. Это был отличный повод для её учёбы с наличием такого большого массива подопытных. Единственным недостатком было отсутствие у Амалии целительского дара, но с учётом её седьмого уровня, она равнялась целителю четвертого ранга, а это, уже позволяло ей лечить не слишком серьёзные раны и болячки, единственно, стоимость в мане такого лечения возрастала в несколько раз, но для учёбы, можно было пренебречь данным недостатком. Важнее было получить целительские навыки. Мало ли как сложится дальнейшая судьба, никогда не знаешь, где и когда это может пригодится, а пригодится обязательно. Целительство, вообще, очень полезный Дар, едва ли не самый ценный из всех доступных магических способностей у человека.
На этот раз, я не стал ограничиваться заявленным количеством пациентов, а лечил всех, в порядке очереди, или сложности, не забывая передавать тех что попроще принцессе, предварительно, показывая, как и что делать, дабы повысить эффективность целебных процедур. И сам, контролировал весь процесс, мало ли. Мне, местные жители уже начали доверять и хотя видели, что девушка ещё неопытна, но соглашались довериться ей, раз я рядом и всё контролирую.
С перерывами, мы провозились почти весь день. Народ валил на сеанс бесплатного лечения толпами, когда ещё представится такая возможность? Кое кто, примчался, а вернее привезли, с окрестных ферм и мелких деревенек в округе, когда прознали о неограниченном лечении. Вымотались тогда знатно, я умудрился слить три четверти своего резерва, Ами — половину, хоть он у неё и был больше моего, а сложность лечения ниже, но и КПД её целительства без соответствующего Дара, большинство магов заставило бы хвататься за голову от такой траты драгоценной маны. В отличии от меня, у неё не было такой классной возможности подзарядки.
Вечером, когда мы снова все вместе собрались за ужином, принцесса выглядела крайне уставшей, но счастливой. Отчего, жена то и дело подозрительно посматривала то на меня, то на неё.
Очень приятной ожиданностью стал амулет индикации манорезерва (АИМ). Не зря мы с Крупновым собирали инструменты и материалы для артефакторики. Наконец то смог узнать в цифрах сколько он у меня. 14898 единиц, принцесса смогла похвастать 28815 единицами маны. Жалкие крохи, по сравнению с тем, что было у супруги и тем более у Юли. Но, в отличии от них, мой имел мощный стимулятор роста.
Не избежали процедуры индикации бургграф и Крупнов. Первый смог похвастать 912 единицами, а второй 1955. Просто слёзы! Доставленная в Больярд сестра бургграфа, тоже имевшая Дар и вовсе продемонстрировала жалкие 665 единиц. Эту женщину решили забрать к себе во избежание риска её захвата врагами и последующего шантажа. Моё появление в здешних краях, сильно повышало риски для приближённых ко мне людей. Рагреда Кальвори, миловидная женщина лет тридцати похожая на брата, как раз относилась к таким.
Результаты экспедиции в замок судьи, оказавшийся скорее хорошо укрепленной небольшой усадьбой, дали хорошие плоды. Наши люди смогли застать его на месте и самое главное, не дать сбежать, по потайному ходу, что он намеревался. Тут же, на месте учинённый допрос, дал мгновенные результаты. Судья не стал упираться, что было всё равно бесполезно и выдал не хитрую схему провернутого им и другими участниками заговора мероприятия. В нём, участвовали ещё шериф, уничтоженный мной священник и идейный вдохновитель из Редоны, коим ожидаемо оказался бургомистр. По замыслу последнего, предполагалось выманить бургграфа из замка, под угрозой гибели близких ему людей. По пути, на него должны были напасть из засады наёмники из дружины Речного барона. Операция готовилась едва ли не за месяц до моего прибытия в Редону. По словам местного судьи, прибытие в Редону нового герцога заставило главного идеолога операции резко сменить приоритеты операции перенацелив наёмников в первую очередь на него, что, как видно, помешало тем засечь и ликвидировать бургграфа при выходе из замка. Интерес самого судьи во всем этом, заключался в ликвидации последней совладелицы Больярда — Рагреды Кальвори и её наследницы, за неимением собственных детей, Джуларии Регедари. Конфискация собственности в такое удобное время, позволяла за бесценок оформить потом всё на себя. Большинство местных феодалов полегли в последней войне, или были разорены выкупами из плена, конфискациями и грабежами со стороны победителей. Серьёзных конкурентов при распродаже не ожидалось.
Пообещав жизнь и небольшие отступные, долю в Больярде мы у него изымали, судья обещался дать признательные показания. По хорошему, следовало бы его повесить за такую подставу, но тогда, можно было упустить рыбу покрупнее, а тот ни в какую не соглашался давать показания без сохранения хоть какого то имущества. Ради благополучия семьи, он готов был пойти даже на пытки. Это заслуживало некоторого уважения, но немного, о чём мы его и известили. А в ожидании намеченного процесса, заперли в камеру, где совсем недавно имела неудовольствие сидеть Джулария.
По сути, все основные задачи в Больярде были решены уже в первый день, но мы решили дождаться моего основного войска. Кто бы что ни говорил, а гербовая бумага с правами, подкреплённая внушительной вооружённой силой, это гораздо убедительнее, чем просто гербовая бумага. А на что может решиться бургомистр и как он задурит голову гарнизону, если вдруг слетит с катушек, проверять особого желания у меня, по крайней мере, не имелось. По словам Регедари старшего, бургграф имел немало ценной собственности и доходных предприятий в городе и округе. Что терять, ему было! А уж в изворотливости и хитроумности этого человека, все имели сомнительное удовольствие убедиться. А если его ещё поддержат мои враги в Церкви? О последнем, не хотелось и думать. Утверждение моей власти в герцогстве, в таком случае, грозило превратиться в довольно кровавое мероприятие со спорными шансами на успех. Хотелось надеяться, мои враги не успеют скооперироваться.
— Как считаешь, Халибер, продержатся твои люди
