Читаем без скачивания Ложь и честь (СИ) - Геллер Ирина

«Лишь тот, кто познал подчинение, сможет справиться с грузом командования», — гласила старая армейская поговорка.

Со своей стороны гражданские должны были видеть больше похожего на робота из-за тяжелой закрытой брони солдата, чье забрало изображало плачущий лик ангела возмездия из золота и с рубиновыми каплями слез на щеках.

Королевские войска считали своим покровителем небесного ангела Ариана, когда-то в древности первым спустившегося из чертогов всемогущего Отца, чтобы очистить мир от скверны Тьмы. Если верить легендам, он плакал кровавыми слезами, видя, во что превратились создания Отца, искалеченные Тьмой, и убивал не столько из-за жажды разрушения, сколько обрывая страдания этих существ, обреченных на вечные муки. В память о той легенде забрала шлемов королевских войск всегда украшали рубиновые слезы.

— Идите за мной, — приказал Эдвард, активировав внешний динамик. — Я доставлю вас в безопасное место. Только не отставайте.

Он сделал свой выбор, рискнув собственной жизнью и жизнями товарищей, забрав невооруженных гражданских, неспособных передвигаться столь же быстро и точно. Приказ оставался важнее всего остального, но где-то в душе Эдварда копошились мысли, что в этом решении виновато не только строгое следование уставу и подчинению служебной иерархии. Эдвард помнил и слова клятвы дворянина, обязательства защищать тех, кто не способен на это самостоятельно.

Именно по этой причине при зарождении Рейнсвальда предок рода Тристана получил право вести за собой других, принимать решения и нести за них ответственность. Какая-то часть его была уверена, что оставь он без помощи эту семью, то нарушил бы самую страшную клятву в собственной жизни — клятву, данную самому себе.

— Это Эдвард. Со мной трое гражданских. Необходимо прикрытие и подготовленный маршрут до ближайшей безопасной зоны, — он подключился к общему каналу, спускаясь к выходу из здания, по пути пристрелив еще нескольких мутантов и постоянно сверяясь, идут ли за ним местные. Дети кричали от звуков выстрелов, но мать крепко держала их за руки, не позволяя отстать. — Ориентируйтесь по моему идентификационному сигналу.

— Эдвард! Слышу вас. Это тройка Леотона. Немедленно меняем маршрут и идем вам на поддержку. Сохраняйте свою позицию. Тройка Хельна проверяет маршрут до безопасной зоны Альфа-три. Подтвердите получение.

— Подтверждаю. Удерживаем позиции до вашего подхода! — Эдвард, выбив прикрытую дверь, вышел в холл здания с разбитыми стеклами окон во всю стену, с ходу открывая огонь. Там было всего лишь несколько мутантов, то ли прятавшихся от его товарищей, то ли пытавшихся устроить засаду. Система поддержки целенаведения моментально выделяла неопознанные фигуры, тут же подсвечивая их в качестве очередных мишеней, Эдварду нужно было только наводить ствол пулемета и нажимать на спусковую кнопку. Выделенные красными контурами в интерфейсе его шлема, мутанты двигались слишком медленно, только поднимая свое неуклюжее и грубое оружие в сторону Эдварда. Их реакция не могла опередить возможности человека в штурмовом боевом доспехе и с боевыми стимуляторами в крови. Некоторые из них так и не успели понять, что случилось, когда их уже рвало в клочья импульсными пулями.

Едва убедившись, что других целей здесь нет, будущий барон двинулся дальше на улицу, где кипел бой.

Застройка города считалась новым словом среди архитекторов королевства, отступивших от традиционных способов защиты от окружающей атмосферы вроде возведения высоких и толстых куполов. Над кварталами подобной защиты не существовало. Каждое здание внутри внешних крепостных стен являлось самодостаточным и экранированным, больше напоминая бетонные доты со скошенными стенами, поднимавшимися над землей на сорок и более этажей. Улицы между закрывали полупрозрачные крыши, проведенные над дорогами и тротуарами на высоте десяти или пятнадцати метров. Из-за отключившегося внешнего освещения уличные крыши напоминали нависшие над головой скелеты гигантов из-за своих каркасов с тонкими и длинными арками.

Неподалеку от здания, откуда вышел Эдвард, среди брошенных машин и обломков рухнувшей крыши кипела перестрелка. Его товарищи по тройке отстреливались от сбегавшихся со всех сторон мутантов. Противники засели за развалинами и за выгоревшими каркасами, засыпая королевских солдат шквалом мелкокалиберных пуль из своего оружия. Примитивные заряды выгорали в дефлекторных щитах, не способные причинить серьезного урона, но их было столько, что мощность защиты все равно постепенно падала из-за не успевавших восстанавливаться батарей. Приходилось искать укрытия, но и этого не всегда хватало. Ответный огонь рейнсвальдцев был намного эффективнее, и улицу усеивали трупы врагов, но тех словно не становилось меньше.

— Эдвард! Мы отогнали первую волну и сейчас можем здесь удержаться! — сообщил один из бойцов, прервавшись на мгновение, чтобы сменить батарею. Длинный направляющий канал рельсового ускорителя гудел от переизбытка напряжения, и охладительные отводные каналы на оружии уже покраснели от нагрева. — Кажется, сил у них осталось не так много после прорыва стен и в любой момент могут окончательно истощиться. Главное — не дать им подобраться слишком близко.

Все происходящее больше напоминало слишком реалистичную тренировку в симуляторе виртуальной реальности, противники по одному не представляли серьезной угрозы, расстреливая целые магазины впустую, тщетно пытаясь управиться с незнакомым трофейным оружием либо со своим примитивным пороховым вооружением. Даже если какие-то отдельные выстрелы и попадали в солдат, то сгорали в поднятых дефлекторных полях, защищавших их.

Самой большой проблемой для тройки Эдварда было одновременно контролировать и врагов вокруг, и гражданских, которым приходилось прятаться за любыми укрытиями. Для них это был самый правильный поступок, слишком много пуль и осколков летало вокруг, но будущий барон все равно беспокоился, не желая, чтобы все потраченные усилия пропали даром.

— Говорит тройка Хельна! Мы расчистили территорию и удерживаем два перекрестка. Противник на пути следования до пересечения Восьмой и Третьей Авеню уничтожен. Можете продвигаться вперед!

— Вас понял! — Система предупреждения завыла, сообщая об обнаружении наводящего луча, и Эдвард, не отрываясь от переговоров, тут же отскочил в сторону. В то место, где он стоял мгновение назад, тут же врезалась ракета, оставившая в дорожном покрытии небольшую воронку. Развернувшись, он всадил короткую очередь в окно на третьем этаже, и показавшийся там дикарь с ракетной установкой разлетелся в кровавые брызги, получив сразу два импульсных заряда в грудь. — Выдвигаемся вперед! Прикрывайте нас. Аарон, на тебе гражданские, отвечаешь за их безопасность лично! Всё, пошли!

Вокруг сверкали разряды выстрелов, выбивая из брошенных машин искры и брызги расплавленного металла, визг рикошетивших зарядов наполнял воздух, так что даже шумоподавители не справлялись. Проломив оборону, дикари устремились в центр города с самыми богатыми для грабежа домами. И теперь, казалось, они были в каждом окне, и каждый надеялся подстрелить хотя бы одного королевского солдата. Всего сто человек высадилось в городе, где было по меньшей мере пять или шесть тысяч мутантов, растянувшихся по улицам. Их, оказавшихся ближе всего к атакованному городу, бросили сюда самыми первыми, пока основные армейские части подходили к крепостным стенам, чтобы уничтожить каждого, кто посмел поднять руку на владения Рейнсвальда.

Кровавые брызги разлетались вперемешку с энергетическими разрядами, пока системы боевых доспехов сигналили о многочисленных угрозах со всех сторон. Пробивавшиеся к безопасным зонам солдаты королевства не знали пощады и оставляли позади груды разорванных пулями тел.

После всех проведенных тренировок, после изнуряющих многочасовых симуляций и занятий по освоению боевых доспехов, после службы в рядах армии феода само мышление и понимание происходящего менялось. Бой доходил до уровней рефлексов и моментальных реакций, так что мысль уже и не поспевала за движениями. Эдвард стрелял, двигался, целился и снова стрелял, успевая только фиксировать, кто именно попадает в перекрестье прицела за мгновение до того, как они разлетались кровавыми брызгами от энергии излишне мощных снарядов, рассчитанных для уничтожения куда более серьезных целей.