Читаем без скачивания Венера на половинке раковины. Другой дневник Филеаса Фогга - Филип Хосе Фармер

class="p1">– В любом случае, – добавила сиделка, – он почти так же стар, как и сама вселенная. Кстати, разрешите представиться. Мое имя Гвиирл.

– Жаль, что наша встреча была омрачена несчастным случаем, – заметил Саймон.

– Вряд ли это был несчастный случай, – ответила Гвиирл. – По крайней мере, с нашей точки зрения.

– Ты хочешь сказать, что я должен был разбиться? – вытаращил глаза Саймон.

– Именно.

– Тогда почему вы даже не попытались это предотвратить?

– Дело в том, – ответила Гвиирл, – что мы не знали, в какой момент твой двигатель откажет. Бинго знал, но отказался сообщить нам. Сказал, что это испортит веселье. На тебя поставили огромные деньги. Лично я поставила четыре к одному на то, что ты упадешь с высоты футов в двадцать. И не прогадала.

– Вот же сукин сын! – воскликнул Саймон и поспешил добавить: – Я не имел в виду вас. Это расхожее земное выражение. Но как такое может быть, что вы, едва ли не самая высокоразвитая раса во всей вселенной, развлекаетесь такими примитивными вещами, как азартные игры?

– Это помогает скоротать время, – ответила Гвиирл.

Саймон на минуту задумался. Гвиирл протянула ему стакан с золотистой пенящейся жидкостью. Выпив ее, Саймон сказал:

– Такого вкусного пива я не пробовал ни разу!

– Разумеется, – сказала Гвиирл.

И тут Саймон заметил, что Анубис и Афина спрятались под кроватью. Он не винил их за это, хотя, по идее, они уже могли бы привыкнуть к пугающему виду Клерун-Гоффов. Гвиирл была размером с африканского слона. У нее было четыре ноги, таких же толстых, как у слонихи, чтобы выдержать ее гигантский вес. Ее руки заканчивались кистями с шестью пальцами и на ранней стадии эволюции, по всей видимости, тоже служили ногами. Тело венчала огромная куполообразная голова, внутри которой, по ее словам, был мозг размером в два раза больший, чем у Саймона. Слишком тяжелая, чтобы летать, Гвиирл тем не менее, обладала рудиментарными крыльями – симпатичного лилового цвета с ярко-алой каймой. Тело Гвиирл было заключено в экзоскелет, крепкий хитиновый панцирь, полосатый, словно зебра. Внизу панциря имелась дыхательная щель, позволявшая расширяться легким.

Саймон поинтересовался, каким образом она так прекрасно говорит по-английски, ведь у нее, в отличие от людей, не было ротовой полости. По идее, издаваемые ею звуки должны были звучать, мягко говоря, неразборчиво.

– Старина Бинго снабдил меня устройством, которое превращает мое произношение в английское, – ответил Гвиирл. – Еще есть вопросы?

– Да. Почему отказал мой двигатель?

– Ты имеешь в виду тот крик? – уточнила Гвиирл. – Это был предсмертный крик последней из звезд.

– Вы серьезно? – спросил ошарашенный Саймон.

– Да. Ты едва успел. Энергия, поступавшая от звезд параллельных миров, иссякла, израсходованная до последней капли. Для привода 69Х топлива больше нет.

– Я застрял здесь навсегда!

– Боюсь, что да. Больше никаких межзвездных путешествий – ни для тебя, ни для кого-то еще.

– Да я и не против, если получу ответ на мой вопрос, – ответил Саймон.

– Ага, и никакого пота, – отозвалась Гвиирл. – Кстати, про пот. Советую тебе принимать душ трижды в день. Если честно, вы, земляне, совсем не благоухаете.

Гвиирл не хотела его обидеть. Она просто констатировала факт. Да, она разговаривала чуть свысока, но по-доброму. В конце концов, ей исполнился миллион лет, и Саймон в ее глазах был кем-то вроде отстающего в своем развитии ребенка. Саймон и не обижался, однако был рад, что рядом с ним есть Анубис и Афина. Это не только спасало его от ощущения полного одиночества, но и позволяло тоже посматривать на кого-то свысока.

Гвиирл устроила для Саймона экскурсионный тур. Он посетил музеи, библиотеку, водонасосную станцию и даже пообедал со знаменитостями средней руки.

– Ну как, понравилось? – спросила позже Гвиирл.

– Впечатляет, – ответил Саймон.

– Завтра, – добавила она, – ты встретишься с самим Бинго. Он умирает, однако согласился предоставить тебе аудиенцию.

– Как ты думаешь, он даст ответ на мой вопрос? – спросил Саймон, затаив дыхание.

– Уж если кто и может ответить него, то только наш мудрец, – уверенно заявила Гвиирл. – Бинго – последний из самых первых существ, которых сотворило Оно.

Клерун-Гоффы называли Создателя Оно, потому что у Создателя, по их словам, не было пола.

– И он разговаривал с самим Оно? – уточнил Саймон. – В таком случае он действительно тот, кто мне нужен.

На следующее утро, позавтракав и приняв душ, Саймон проследовал по улицам за Гвиирл к Великому Дому. Несмотря на все его уговоры, Анубис и Афина наотрез отказались составить ему компанию. Саймон решил, что, будучи наделены шестым чувством, они ощущают присутствие бесплотных сущностей. Считалось, что вследствие длительного общения с Создателем часть его благодати перешла на Бинго. Так что Саймон отлично понимал своих питомцев. Если честно, то он и сам трусил.

Великий Дом стоял на вершине горы. Он считался самым старым зданием во вселенной, и это было понятно с первого взгляда.

– Оно обитало здесь, пока создавало Клерун-Гоффов, – пояснила Гвиирл.

– И где Оно теперь? – уточнил Саймон.

– Однажды ушло на обед и не вернулось, – ответила гигантская тараканша. – Тебе придется спросить у Бинго почему.

Она провела его вверх по ступенькам огромного крыльца в протянувшийся на много миль зал. Высота потолка в нем была равна полумиле. А сам Бинго обитал в небольшой уютной комнате с толстыми коврами на полу и пылающим камином. Он расположился на куче ковров, в окружении груд гигантских подушек. Рядом с ним стоял кувшин с пивом и огромная фотография в рамке.

Бинго был старым, убеленным сединами тараканом и в тот момент, похоже, спал. Саймон воспользовался этим обстоятельством, чтобы взглянуть на фото. Это было изображение голубого облака.

– А что говорит надпись под ней? – спросил он у Гвиирл.

– «Дорогому Бинго, с наилучшими пожеланиями от Оно».

Затем Гвиирл несколько раз громко кашлянула. Веки Бинго затрепетали, и он открыл глаза.

– К вам землянин, Ваша Древность, – сказала она.

– Ах да, крошечное создание откуда-то издалека с каким-то вопросом, – отозвался Бинго. – Присаживайся, сынок. Чувствуй себя, как дома. Может, пивка?

– Благодарю вас, Ваша Древность, – ответил Саймон. – От пива не откажусь, но лучше постою.

Бинго усмехнулся, но смех его тотчас перешел в приступ кашля. Придя в себя, главтаракан отпил пива и сказал:

– Тебе понадобилось три тысячи лет, чтобы добраться сюда и потребовать несколько минут внимания к себе. Твое упорство достойно восхищения, одноглазый карлик. Кстати, именно поэтому я до сих пор жив. Я цеплялся за жизнь ради нашей с тобой встречи.

– Я искренне вам признателен, Ваша Древность, – ответил Саймон. – Но прежде чем я задам вам мой главный вопрос, хотелось бы получить ответы на несколько второстепенных. Гвиирл сказала мне, что Клерун-Гоффов