определил его положение.
— Волк-4 перенес огонь на «Миллбанк», сэр, — сообщила одна из юных леди, что стажировалась в ОКП.
Спасатель рисковал разделить судьбу спасаемого.
— Связь! Мисс Морган, передайте Фишеру на «Миллбанк», пусть начинает коррекцию.
— Да, сэр!
— Сэр! У нас закончились дипольные отражатели, — доложил офицер ПРО Густав Шпак.
Казалось бы бездонные запасы отражателей (которые не весили практически ничего, потому что состояли из слоя металла толщиной в в несколько атомов на основе из двумерного углерода) подошли к концу. Сенсоры боевого корабля это древнее средство обмануть не могло, но против относительно слабого радар боеголовки с ИРЛ действовало довольно эффективно.
Ивор вздохнул. Только длительная операция по сопровождению конвоя показала, сколь короток ресурс боевого корабля, если его не сопровождают корабли снабжения, ремонтные суда и танкеры. Даже рейдер, вроде бы рассчитанный на дальние автономные полеты, понемногу терял боеспособность.
Ивор принялся составлять в уме докладную записку на имя адмирала с предложением срочно переоборудовать одно из коммерческих судов в корабль снабжения. Возможно, размышлениями о будущем флота он постарался отвлечь себя от спасательной операции. Переживания за судьбу экипажа Маршалси и особенно графини Демир мешали сосредоточиться.
Замигал значок вызова из штаба планетарных операций.
— Мостик, это Исбреен! — представился начальник морской пехоты.
— Да, майор!
— У сержанта Венцеля родилась мысль, что можно использовать дипольные отражатели наших десантных средств. Они предназначены для прорыва ПРО, а мы же всё равно пока не собираемся никуда десантироваться.
— Хорошая идея, майор, спасибо. Я отправлю к вам… кого-нибудь.
Он задумался. Шпак был новичком и вряд ли разбирался в механизмах отстрела отражателей. Он просто зафиксировал истощение запасов по красному сигналу и сообщил о проблеме на мостик. Гарднер бы легко разобрался с этим, но боцман сейчас руководил торпедной секцией и отвлекать его Ивор не хотел. Оставался еще один старожил.
— Мисс Норман, — позвал он Ломку, — найдите мне флотмастера Манна.
Ломка кивнула и начала поиски на терминале.
— Слушаю, сэр, — доложился флотмастер через минуту по общему каналу.
— Мистер Манн. Морская пехота готова поделиться с нами дипольными отражателями от их баллистических капсул. Будьте так добры поговорите с их специалистами и подумайте, как мы сможем это использовать.
— Да, сэр.
Тем временем шаттл с «Миллбанка» добрался до развалин «Маршалси». Общий курс двух кораблей способствовал спасательным работам. Разлет обломков напротив осложнял. Джонсон и Ли Туан сперва занялись уцелевшей частью корпуса, а потом обследовали все крупные фрагменты «Маршалси». Всё это время они не сообщали о ходе работ, настроив приемники на поиск выживших. ОКП «Нибелунга» мог направить их лишь приблизительно, источники сигналов следовало найти на месте. Запасы кислорода у пострадавших быстро иссякали. Вряд ли многие из них успели подхватить в момент взрыва аварийные ранцы.
Конструкторы предусмотрели трудности спасательных работ. Через пять минут после прекращения жизнедеятельности человека (пульс, дыхание), маяк на его скафандре менял характер сигнала, чтобы позволить поисковикам сосредоточить усилия на тех, кому ещё можно помочь.
Через полчаса в открытом космосе не осталось ни одного обнадеживающего сигнала.
И только тогда Джонсон вышел на связь с «Нибелунгом».
— Шаттл с «Миллбанка» нашел шестнадцать человек выживших, — передала Лора. — Он направляется к нам. Просит подготовить медицинскую бригаду.
Ивор мысленно одобрил решение Джонсона. Хотя лететь до «Ниблунга» дольше, только на флагмане имелся хирург и достаточно медицинского оборудования. Ивору хотелось спросить, есть ли среди выживших графиня? Он промолчал. Это выглядело бы некорректно в отношении всех остальных.
— Мистер Хакетт, прошу проследовать в ангар, — произнес он по громкой связи. — Мы будем принимать раненных с «Маршалси».
Ивор взглянул на тактическую схему. Вражеские корабли после удачного попадания в «Маршаллси» перестали пускать торпеды. Очевидно ресурсы иссякли даже у них. Наступила тактическая пауза.
— Инженерное, уберите ускорение, мы принимаем шаттл.
— Да, кэп! — ответил Радж.
Прозвучал сигнал, предупреждающий о наступлении невесомости. Затем маршевые двигатели затихли.
В этот момент его вызвал Манн.
— Я на счет морпеховских дипольных отражателей, — сказал мастер. — Мне кажется это дохлый номер, сэр.
— Почему? Они не подходят?
— Ну запихнуть в мортирки их можно. Вот только они предназначены для атмосферы. По сути это куски металлизированной ткани, скрученные в рулоны. В атмосфере их разматывает потоком, а в вакууме потока нет. Наши-то упругие, сами распрямляются за счет жесткости, а эти дряблые, как член старика.
— Ясно, мистер Манн. Тем не менее попробуйте их использовать.
— Да, сэр.
Ивор взглянул на схему. Шаттл приближался к «Нибелунгу».
— Дастис, я ненадолго в ангар, а вы пока примите командование. Постарайтесь не совершать маневры и не давать ускорение, пока мы не переправим раненных в медотсек. Держите курс и не тратьте попусту торпеды. Я скоро вернусь. Мостик ваш.
— Да, сэр. Мостик мой.
Ивор взглянул на Ломку.
— Мисс Норман, будьте добры, поднимитесь в ОКП, проведайте наших юнкфрау. Две из них сейчас там. Если молодые леди паникуют и отвлекают Райта от работы, займите их чем нибудь.
Ломка фыркнула, но кивнула.
— Да, сэр.
— Я с вами, капитан, — сказал Маскариль, отстегиваясь от кресла.
— Догоняйте.
Ивор умел быстро перемещаться в невесомости. Но и для Маскариля игры в теннис не пропали даром. Они нырнули в шахту-коридор и лишь иногда касаясь поручней полетели к центру корабля.
В ангаре уже поджидали стыковки санитары с носилками — даже в невесомости раненных требовалось зафиксировать перед перемещением. Рядом с ними висел хирург Хакетт с сумкой, полных всяких приблуд для оперативного вмешательства.
Здесь же находился Монтгомери.
— Что у тебя, Ларри? — спросил его Ивор.
— Будем принимать через стыковочный узел, — доложил тот. — Так получится быстрее. На разгерметизацию ангара нет времени.
— Хорошо.
Вскоре люк открыли и начали подавать раненных. Маскариль дернулся когда увидел Паулу. Она улыбнулась ему, но бледность на лице показывала, что ей сейчас плохо. Хотя видимых повреждений у девы, похожей на сказочную валькирию, не имелось. Другой дело графиня. Она выглядела ужасно. Её голову покрывала запекшаяся кровь. Рукав тоже был окровавлен, а поверх тёмного пятна была наложена заплатка. Очевидно, скафандр получил повреждения, но кто-то успел использовать самоклеющийся ремонтный комплект. Шлем остался в шаттле, и наверняка тоже имел повреждения.
Но все это сейчас мало волновало Ивора, главное что графиня выжила. Чего нельзя сказать о большинстве экипажа. Из спасательного шаттла на борт «Нибелунга» перешло лишь два десятка человек из более чем сотни.
— Погибли старпом Швегла, инженер Маккинли, Мустафа Асхан из торпедного, лейтенант морской пехоты Баллард, боцман Дуглас…
Со всеми этими людьми Ивору довелось послужить и повоевать. С частью из них он конфликтовал, с другими находился в хороших отношениях. Теперь это перестало иметь значения. А незнакомых имён прозвучало ещё больше. Ивор просто не успевал запомнить всех новобранцев.
В этот момент сильный удар сотряс «Нибелунг».
— ОКП,
