«Ай-яй-яй, терапевт Гулина, как же ты могла, пышечка? — думал он. — Кто же тобой-то управлял, когда ты советовала пациенту поездить по медицинским центрам? Посмотреть бы тебе в глаза, в сочувствующие глаза истинного врача…»
Зубная тема — тоже очень любопытно. «Случайно» забредший на кафедру сотрудник Института информатики, как нельзя более кстати поделившийся своим знакомством — до чего же кропотливая, тонкая работа! Затем сам дантист, сунувший человеку в рот невесть что. Настоящая секретная операция. Анекдот, как выразилась бы мама Андрея… Неужели все это ненастоящее — Центр биогенного стимулирования, медицинский кооператив, зубной техник в районной поликлинике? Ради чего такая мощь, такое всеохватное моделирование реальности? Параноидальная шизофрения в чистом виде, хоть в учебник помещай. Посмотреть бы им всем в глаза — болеющим за свое дело специалистам, совмещающим по две профессии. Армия «помощников». Куклы на ниточках, оживающие в руках опытных кураторов. А на чьих пальчиках подвешены сами кураторы?
Кому понадобилось задействовать столь впечатляющие количества тайных слуг? Один эпизод с монтированием и изъятием жучков-паучков чего стоит! И зачем? Именно так: кому и зачем приглянулся ничтожный ассистент с кафедры прикладной математики? — вот сладкая парочка вопросов, от которых хочется спрятаться под кровать. А еще лучше — бежать отсюда прочь. Звать на помощь добрых вежливых санитаров из Большого желтого дома.
Психотронное оружие…
Неужели это не сказки, созданные фантазией журналистов? Откровенно говоря, каждый нормальный советский человек хотел бы верить, что это не сказки, что могучее государство держит всех наших врагов, прошлых и будущих, под прицелом новейшего, секретнейшего оружия. Естественное патриотическое желание, не правда ли? Но причем здесь Андрей? Причем здесь ты, он или я? Вот и при том, ха-ха! Сюжет, подаренный повзрослевшим мальчиком из параллельного класса, оказался без шпионов, погонь и перестрелок, что закономерно — врач-эндокринолог пишет не романы, а истории болезней. Зато сюжет содержал другую, не менее увлекательную интригу — преступные эксперименты над людьми. Негласные, разумеется, как полагается. Разгадка под номером двадцать…
Эксперимент!
Слово прозвучало. Андрей назвал, наконец, происшедшее своим настоящим именем. Отделение сознания от реальности — вот ключ. Резкое увеличение выработки мозгом «эндорфинов» и «энкефалинов», странных внутренних наркотиков — без боли, без воздействия пилообразными токами и даже, очевидно, без излучения — цель достигнута. Потребовалась одна лишь психология, безукоризненная, кристальной прозрачности система, подвешивающая мозг в ирреальное состояние.
Впрочем, цель эксперимента невозможно понять изнутри — точно так же, как невозможно понять смысл жизни, будучи просто человеком. Да и средства, с помощью которых цель достигнута (достигнута ли?), вряд ли могут быть в полной мере осознаны жертвой. «Жаль, — думал Андрей, — я не посмотрел, что было внутри браслета и капсул. А зубы, как по-дурацки зубы упустил…» Он все думал и думал, никак не мог остановиться. Хотя, действительно было жалко, что не сообразил исследовать эти предметы, пока была такая возможность. Каково их назначение? Скрывались ли в них генераторы тех самых «факторов», заставляющих мозг работать не вполне правильно? Или это микролаборатории, замеряющие разнообразные параметры, отслеживающие состояние подопытного организма? Почему бы и нет! Браслет на руке контролирует пульс, артериальное давление и электрические характеристики кожи. Капсулы в животе предназначены для гормонального анализа, исследуют капиллярную кровь (правда, для этого нужен огромный запас реактивов, ну да ладно, не будем о грустном). Теперь зубы… С зубами сложнее. Гипотезу, объясняющую необходимость микролаборатории во рту, придумать не так-то просто. Предположим, им потребовалось контролировать в определенные моменты вибрацию челюсти. Или следить за частотой и глубиной дыхания. Или определять по составу слюны кислотность желудка (говорят, такое возможно). Короче, все это неважно. Неважно даже то, способна ли наша многострадальная наука, вслед за американцами и японцами, создавать подобные штучки — потому что браслет, капсулы и искусственные зубы есть факт. Были и сплыли — еще один факт. Этого достаточно, чтобы поверить в истинность любой гипотезы… А вот интересно, почему у подопытного не снимали энцефалограмму? Впрочем, снимали! Во время визита в Центр биогенного стимулирования — в рамках предварительного обследования. Андрей тогда удивился — зачем? Теперь ясно зачем. Кроме того, энцефалограмму, очевидно, получили еще и сегодня, утащив подопытного куда-то в Купчино, благо тот не возражал по причине внезапного сна.
Но эксперимент (если, конечно, это был эксперимент) вполне мог сорваться, даже не начавшись. Они заставили Андрея поездить по городу, в результате чего он снова заболел. Целую неделю они ждали, пока лежащая кверху брюхом мышка не начнет поправляться — чтобы прислать Сашу. Ждать дольше, вероятно, не могли, ведь сюжет был настолько подготовлен и продуман, настолько зависим от многих мелочей, что развалился бы от малейшего несовпадения сроков. Сюжет был привязан к годовщине смерти бабули. Дьявольский замысел…
Андрей думал.
Имел ли хоть какой-то смысл этот бесконечный процесс, наполнявший его голову движением? Догадки и гипотезы — на что они годились, кроме как на то, чтобы озвучить глухое одиночество?
Компания подлецов в серых костюмах, ведомая подлецами в белых халатах, предварительно изучила и самого Андрея, и его семью. Тщательная работа! Вытащили на свет все дерьмо — как свеженькое, так и старое, ссохшееся, потерявшее цвет и запах от долгого хранения. Наблюдение, прослушивание, иные специальные методы, о которых не говорят и не пишут… Важно ли это?
Что-то не складывалось. Не хватало какого-то звена, за которое можно ухватить ржавую цепь причин и следствий.
Может быть, Андрей мучался вопросом — кто они? В самом деле, какой институт, какая лаборатория вела подобные исследования? (Имеющие, скорее всего, большое значение для государства — особенно в современных условиях.) При каком курирующем учреждении? Собственно, чье задание выполнял развлекавшийся на полную катушку Александр?.. Нет, это тем более не важно, и вряд ли ответ хоть на чуть-чуть ослабит чугунную хватку.
Тогда, может быть, Андрей просто пытался убедить себя, что потеха завершена, но не находил тому ясных доказательств? Пытался успокоиться, спрятаться от несмолкающей мелодии страха…
Или, наоборот, он до сих пор сомневался, что эксперимент вообще имел место? На стену кухни послушно проецировались дополнительные доказательства: явное Сашино стремление выяснить, чего же так испугался Андрей — раз; ничем не объяснимая его осведомленность о методе сталинского любимца Богомольца подшивать людям плаценту, хотя не всякий профессор об этой диковинке знает… Достаточно! Вспоминать — невыносимо…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
