Я, как и в первый раз, заворожённо слежу за происходящим, но теперь нет страха, только интерес. Он вешает меч себе за спину, и мы седлаем лошадей, чтобы продолжить путь.
На дороге находим свежие следы примерно трёх всадников. Этого слишком мало для вооружённого отряда, но их могли послать на разведку. Аарон предлагает свернуть в лес, что тянется по левую сторону от тракта, и мы уходим под тень сосен. Здесь мы не можем скакать быстро, наш путь до границы Серата займёт больше времени, чем нам бы хотелось. Но лучше дольше, зато имея шанс запутать преследователей.
– Этот лес будет тянуться ещё несколько часов, поэтому мы выйдем на дорогу как раз к темноте, – объясняет Морок. – Это нам на руку. Темнота спрячет нас от чужих глаз даже на открытой местности.
– Во дворце кто-нибудь знает, что ты и есть Морок?
– Нет.
– Что ты делал в Ярате?
– Я же сказал, зарабатывал…
– Да-да, а ещё подрабатывал нянькой и охранником, пока в свободное время коллекционировал влюблённые сердца, – огрызаюсь я.
– Хм… скорее, я делал всё одновременно.
– Ты был там из-за меня? – Я пропускаю его реплику мимо ушей.
– Как Морок – да, но как Аарон я находился там чуть больше трёх лет, собирая сведения. Я специально поступил в ту академию, чтобы познакомиться с Даниилом. Слышал, что он одержим Марами, а мы о вас знаем даже больше, чем написано в любых книгах, поэтому втереться к нему в доверие не составило труда.
– Вы никогда не были друзьями?
– Для меня он лишь очередной принц. А видя, с какой лёгкостью он отдал меня как трофей своей сестре, стало ясно, что я для него не более чем разменная монета.
– Зачем ты с ним подружился?
– Я рассказал тебе, что Мороки восстали после вашей смерти. Но спустя годы история произошедшего выглядит совсем туманно. Всё случилось слишком быстро, все свидетели: Анна, ты, все Мары и Ариан – были убиты, а после воспоминания о тех событиях передавались из уст в уста. Многие детали были утеряны, что-то вообще придумано. А вот война по сей день реальна.
Аарон говорит достаточно тихо, и я направляю Вьюгу поближе к Мороку, чтобы ехать рядом с ним.
– Я копался во многих библиотеках, искал потомков служительниц храма, чтобы расспросить о том, что им известно. Пока однажды не решил, что раз ваши тела не разлагаются, то я могу поднять одну из вас и узнать всё напрямую. Изначально я искал Анну, так как она находилась в центре конфликта. Но найти ваши могилы оказалось чуть ли не сложнее, чем всё остальное.
– Ты нашёл её могилу? – нетерпеливо спрашиваю я.
– Нет. Но я узнал, что королевский отпрыск Аракена спускает много золота за сведения о Марах, и решил попытать счастья у него, надеясь, что золото открыло дорогу к знаниям, до которых я не смог добраться.
– То есть ты связался с ним, чтобы найти могилу Анны?
– Нет, твою. Потому что Даниил искал именно тебя, и я решил, что и ты сгодишься.
Я недовольно вздыхаю, плотнее запахивая плащ на себе. Сегодня погода нам благоволит, небо чистое, ветра нет, а солнечные лучи согревают лицо.
– Почти три года всё было безрезультатно, – продолжает Морок, – и я уже подумывал оставить Даниила и весь двор, как вдруг он тебя всё-таки нашёл. На самом юге Аракена, тебя закопали позади полуразрушенного склепа при старом храме. Даниил начал искать Морока, и одновременно с этим всё завертелось с Сератом и отравлением Николая.
– Кто отравил Николая в самом начале?
– Вначале я не знал. Но если сложить всё, что известно теперь, то, скорее всего, это сделал Даниил. Хотя, как мне кажется, он специально отравил брата не смертельно, ему нужен был рычаг давления на отца. И тот был готов на всё, чтобы найти Морока, и вообще поддержал идею сына о поднятии Мары из могилы. Хотя это могла быть и Елена, ведь они заодно.
– Я понимаю, что Елена могла желать свалить всю вину на Серат. Похоже, она притворялась, говоря, что её не задел отказ Северина жениться, – начинаю размышлять я, – но губить из-за этого брата? Почему она так ненавидела Николая?
– Это ещё предстоит узнать.
Я согласно киваю.
– Значит, после этого ты начал вести двойную жизнь, как Аарон и как Морок?
– Да. Тогда я представился слугой Тени, которого они искали. Мне нужно было узнать, где твоя могила, но Даниил держал эти сведения в секрете даже от друзей и членов семьи, а Мороку всё рассказал бы. С тех пор я и играл роль двоих. На мою удачу, Морок делает что хочет, и даже короли и принцы остерегаются ставить нам условия.
– Ещё бы! Ты себя со стороны видел?
Морок поворачивает голову, демонстрируя мне свою чёрно-золотую маску во всей красе, и провалы глаз всё такие же бездонные, а любой свет, попадая туда, исчезает.
– Твой страх меня забавлял до того момента, пока это не стало длиться часами. Твоя дрожь, пока мы ехали вдвоём, передавалась Сахарку. Бедняга провёл неделю, чувствуя твою нервозность.
– Тогда позже я дам ему сахара в знак сожаления.
– А мне ты что дашь? – К моему удивлению, Морок приподнимает маску, она по-прежнему на его голове, плащ тоже никуда не исчезает, но теперь я могу видеть лицо Аарона.
– Распоряжения моей жизнью тебе недостаточно? – вскидываю я бровь.
– Ты думаешь, с тобой я хоть раз пользовался своей силой помимо твоего воскрешения?
– А разве нет?
Он мрачно смеётся.
– Вы, Мары, и вправду ничего о нас не знаете. – Он качает головой и возвращает маску на место, скрывая лицо. – Я как-нибудь тебе покажу, но позже, потому что нам стоит ускориться.
Он прав: лес редеет, поэтому мы немного углубляемся, чтобы никто с дороги не смог нас заметить, но при этом и нам не видно и не слышно, что происходит на тракте. Мы переходим на быстрый шаг, а когда находим удобную тропинку, продолжаем путешествие рысью.
Выбираемся из леса как раз вовремя. Последние лучи закатного солнца скользят по полям, покрытым снежным покровом. Я выдыхаю облачко пара и тру пальцами краснеющий нос, пытаясь его согреть. Мы решаем двигаться всю ночь, пока темнота способна нам помочь. Если бы мы не задержались, то уже после рассвета могли бы добраться до полосы Бесконечного леса, но мы опаздываем. А если останемся где-нибудь отдохнуть утром, то увидим стену пограничного леса только к следующему вечеру. Но время не имеет значения, главное, не столкнуться с Даниилом и его отрядом. Не
