Читаем без скачивания Виновник торжества - Фридрих Незнанский

— Совершенно верно, он вполне органично вписывается в педагогический коллектив. Но иногда у него бывают конфликты со студентками.

— А со студентами?

— Как ни странно, нет. С ними он ладит. Я все пытаюсь понять, в чем дело. Загадка! — развел в недоумении руками декан. — Ведь с девочками как-то гораздо спокойнее. Они старательные, уважительные, правда, есть и языкатые, но молодежь нынче такая — колючая, самоуверенная. Но все в пределах нормы. Все-таки это университет, сюда кто попало не поступает. И вот именно с девочками у него возникают иногда конфликты. А они пишут на него жалобы. Как-то я не привык к такому, у нас никогда студенты не писали жалоб на преподавателей. Поколение такое пошло, что ли?

— Поколение кляузниц, — усмехнулся Грязнов.

А про себя удивился. Ни о каких жалобах он не знал, но не хотел подавать вида. Коль разговор пошел легко и декан весьма откровенно описал ситуацию, Грязнову не составит особого труда по ходу беседы вникнуть в суть дела.

— Выходит, что так. Ведь уже три жалобы настрочили. Вы, наверное, из-за них пришли ко мне? Они уже и в милицию заявили? Хотя странно, при чем здесь милиция, тем более Управление внутренних дел. Можно ведь уладить конфликтную ситуацию внутри университета, не вынося сор… — Филатов был искренне озадачен. Грязнов не стал его разубеждать, поскольку декан ответов на свои вопросы не дожидался, ему просто хотелось излить душу и заодно заручиться поддержкой человека, который сочувствующе выслушивал его. А возможно, он все-таки опасался каких-нибудь неприятностей от визита генерал-майора, поэтому с первых же слов попытался объяснить, что находится в курсе дела о необычном поведении Каледина и даже порицает его.

— Давайте вернемся к вспышкам гнева Каледина. Думаю, они сильно напугали девушек, если дело дошло до жалоб. Согласен с вами, письменные жалобы студентов на своего преподавателя весьма редкое явление. Честно говоря, мне с таким встречаться не доводилось. Должно же быть какое-то объяснение его гневу?

— Андрей Борисович мне объяснял. Говорит, не выносит, когда к его предмету относятся безответственно. А когда девушки к тому же ведут себя заносчиво, хотя являются на семинары или даже зачеты неподготовленными должным образом, это его выводит из себя. Конечно, он не прав. И я ему сказал об этом.

И даже объяснил, что делаю сам в подобных случаях. Иногда гораздо действеннее не порицание, а сарказм. Девушки ведь, как правило, самолюбивы, и если относиться к их слабому ответу с известной долей иронии, они все сделают, чтобы в следующий раз преподаватель относился к ним с уважением.

— Вы присутствовали на его зачетах?

— На зачетах нет, а на экзаменах присутствовал.

Я ведь всегда вхожу в состав экзаменационной комиссии. Никаких инцидентов не случалось.

— И давно он стал себя вести так… необычно?

— Только в этом году. В смысле — в этом учебном году. Две жалобы поступили на него в прошлом семестре, одна в этом. В последнее время он завершал свою докторскую диссертацию. К тому же он ведет активную научную деятельность, а она требует больших жизненных сил. Видимо, у него уже не хватает нервов реагировать на нерадивых студенток. А потом, я думаю, мой разговор с ним сыграл положительную роль. Во всяком случае, в последнее время подобных инцидентов не наблюдалось.

— Дмитрий Григорьевич, а как себя проявил Андрей Борисович в преподавательском коллективе?

Не было ли на него нареканий со стороны коллег?

— Даже затрудняюсь сказать. Поскольку наука — его призвание, я могу судить о нем только как об ученом. А так в университете он ни с кем не общается. Приходит, отчитает лекции, проведет семинары, примет зачеты или экзамены — и все. О личной жизни ничего не известно. Как-то обмолвился, что несколько лет назад потерял свою мать. Да, в анкете указано, что он холост. Я уже говорил, Андрей Борисович замкнут в себе. Он раскрывается только тогда, когда речь идет о научных открытиях в области математики.

По секрету скажу вам, ректорат готовит ходатайство в Российскую академию наук о предоставлении его к награде за заслуги перед Отечеством в области математики. У него же буквально на днях защита докторской диссертации. И поскольку тема мало разработана, а у него уже много публикаций в этом направлении, я думаю, Академия наук поддержит наше ходатайство.

Дмитрий Григорьевич увлеченно рассказывал об успехах своего коллеги и уже забыл о причине, которая привела Грязнова в его кабинет. Да в общем-то он о ней и не догадывался. «Пусть будет в неведенье», — думал Грязнов. Раз декан сам решил, что причина в жалобах студенток-кляузниц, лучше пусть так и считает. Каледин не должен раньше времени знать о том, что им вплотную заинтересовалось Управление внутренних дел.

Грязнов пожал небольшую холеную руку Филатова, попрощался с ним по-дружески и покинул деканат под любопытным взглядом немолодой секретарши с большим бантом в старомодной прическе. Выходя в коридор, он столкнулся с проходящим мимо высоким грузноватым человеком, который шел, не замечая никого вокруг, с сосредоточенным лицом, рассеянно отвечая на приветствия немногочисленных студентов. Старенький потрепанный костюм мешковато сидел на его крупной фигуре, волосы небрежно торчали в разные стороны, а большой портфель был раздут, как будто он тащил в нем по крайней мере с десяток толстых книг. Грязнов сразу понял, кого ему довелось встретить в университетском коридоре, и, когда услышал очередное «Здравствуйте, Андрей Борисович», не удивился. Он был фаталистом и верил в поговорку «На ловца и зверь бежит». Усмехнувшись тому, что еще раз подтвердилась правильность этой народной мудрости, вышел на улицу и немного огорчился, что погода испортилась. Моросил мелкий дождь, пришлось открывать зонт, и, как всегда, заедала кнопка автоматического открытия. Наконец он справился с ней и решил забежать в кафе напротив, желудок у него действовал как часы и всегда ровно в два часа дня требовал наполнения. Иначе не даст жизни — будет сердито урчать, пока не получит свою порцию еды. Да еще и немалую. Совсем избаловался. Попробуй тут похудей…

Турецкий встретил Грязнова у входа в управление и неожиданно предложил:

— А не прогуляться ли нам, Славка, по свежему воздуху? Дождичек прошел, воздух — чистый озон, давай здоровье свое поправлять. А то сидим в помещении круглыми сутками, как крысы канцелярские. А мужское здоровье хлипкое — там недоспишь, там воздухом подышишь с вредными примесями алкоголя или никотина, и результат плачевней некуда, на девушек перестаешь реагировать. А ты оглянись вокруг, сколько их — красавиц, умниц, длинноногих, полногрудых — стал он перечислять видимые широко открытому мужскому глазу достоинства проходящих девиц.

— … Голопузых, голопопых, — продолжил Грязнов, глядя неодобрительно на одетых весьма откровенно, уже по-летнему, красавиц и умниц. — Я б свою дочку выпорол за такую одежонку, — не выдержал он напора окружающих его соблазнов и отвел взгляд.

— Хорошо, что пороть тебе некого. Здорово повезло твоей несостоявшейся дочери. Бодливой козе бог рога не дал. А я своей Ниночке не запрещаю. Пусть ходит, как хочет. Лишь бы стыд был прикрыт. Когда она еще свои ножки-ручки показать сможет, как не в молодости? Вот теткам демонстрировать свои прелести всему свету надо запретить. Я б такой указ издал. Чтоб не оскорбляли мое эстетическое восприятие.

— А что, твоя Ирина тоже разрешает Ниночке в подобном виде на людях разгуливать? — усомнился Грязнов в искренности слов Турецкого.

— Да ты что? — удивился Саша предположению Грязнова. — Да она б ее из дома не выпустила, наручниками к батарее приковала… — стал он перечислять всевозможные воспитательные методы строгой жены, которые она применяет, чтобы дочь росла скромной и целомудренной. — Это я разрешаю, а Ирка запрещает. На то она и мать, чтоб дочь в строгости воспитывать. Ну ладно, на девиц поглазели, прелести их оценили, как воспитывать обсудили, — перебил себя Турецкий, — а теперь давай сядем на эту скамеечку, она как раз подсохла, да и обсудим с тобой, что ты там нарыл в университете на Каледина?

— Сань, я много чего хорошего узнал от Филатова о талантливом математике Каледине. Прямо пиши книгу в серию «Жизнь замечательных людей».

И о странностях его поведения мне декан тоже поведал. Прочитал я заявления студенток на своего любимого преподавателя. Из их слов становится ясно, что он страшный монстр, который ведет себя неадекватно, пугает их своим взрывным характером, незаслуженно занижает оценки и выгоняет вон с зачетов и экзаменов, если они неважно подготовлены. Девицы жалуются, что на некоторых из них он устраивает настоящие гонения. Притом словесно он их никак не оскорбляет. Они трясутся от одного его вида в приступе гнева и описывают подробнейшим образом: он становится красным, глаза у него смотрят злобно, по всему видно — едва сдерживает себя от ярости. И в результате просто указывает перстом на дверь. Без слов. Это их пугает особенно. Наверное, они представляют, что бы он им наговорил, если бы не терял дар речи от гнева. Я смотрел их анкеты и фотографии. Девчонки все как на подбор хорошенькие. Он что, красивых девушек ненавидит?