Кратос сделал кувырок вперед, выхватил клинки Хаоса и бросился в атаку. Огромный бронированный монстр, более напоминавший машину, чем живое существо, двигался медленно, давая ему много возможностей для нападения. Один за другим спартанец откалывал куски от его доспехов, но вскоре понял, что этого недостаточно. Минотавр был слишком велик, слишком силен и выдерживал самые страшные удары, на какие только был способен Кратос со своим оружием, включая даже меч Артемиды.
Едва увернувшись от огромного кулака в металлической перчатке, который в месте удара превратил каменный пол в груду осколков, спартанец полоснул по нему мечами, но оставил лишь царапину. Гигантский минотавр выпрямился, из латного воротника на его шее выстрелили ослепительные лучи. Там, куда они попали, в каменных стенах появились большие дыры. Монстр взревел, затряс головой и ударил обоими кулаками в пол, надеясь раздавить Кратоса. Но тот перекатился вперед и, пользуясь клинками Хаоса как крюками, стал взбираться по доспехам на покрытую металлическими шипами спину минотавра. Затем обвил его шею цепью, уперся ногами в загривок и сильно потянул на себя, пытаясь ослабить мощные шейные мышцы чудовища и поднять ему голову, чтобы добраться до горла.
Не желая повиноваться, минотавр зарычал и снова ударил кулаками об пол, перебросив противника через голову. Кратос приземлился на спину и, взглянув наверх, увидел глаза чудовища, горевшие зловещим светом. Открыв рот, минотавр плюнул в него огненным сгустком — спартанец перекатился на живот, вскочил, и смертоносное дыхание не задело его. Кратос вновь бросился в атаку, нацелившись на левое запястье врага. В итоге ему удалось разрезать ремни, удерживавшие латную перчатку на руке минотавра. Начало было положено.
В голове спартанца созрел план. Он снова атаковал противника, заставив его выпрямиться во весь рост, затем в несколько кувырков подобрался к лестнице, ведущей к спусковому рычагу баллисты. Догадавшись о его намерениях, минотавр взревел, и его глаза загорелись красным огнем. В тот момент, когда он открыл рот, чтобы выплюнуть горящий шар, Кратос нажал на рычаг, и баллиста выстрелила прямо чудовищу в грудь. Минотавр распрямился, коснулся того места, откуда отлетели несколько сбитых снарядом бронзовых пластин, затем яростно завизжал и двинулся навстречу противнику.
Кратос спрыгнул с мостков на каменный пол и использовал инерцию падения для новой атаки. На сей раз он вспорол монстру левое запястье — наградой ему стал оглушительный рев. Спартанец понял: если минотавру не чужда боль, значит, он смертен. Обрадованный, Кратос замахнулся, чтобы нанести еще один удар, и совсем забыл об осторожности — первая маленькая победа сделала его самонадеянным.
Правой рукой в металлической перчатке минотавр поймал оба клинка и поднял Кратоса над землей. Болтаясь на цепях, прикованных к рукам, спартанец был не в состоянии ни драться, ни бежать, а мог лишь смотреть в горящие глаза чудовища. Тем временем человек-бык открыл рот, будто желая перекусить Кратоса надвое. Но, увидев рождавшийся внутри глотки минотавра огонь, спартанец понял: его сейчас поджарят висящим на собственных цепях. Он задергался, стараясь раскачаться, затем, подтянув ноги к груди, резко выбросил их вперед и носком сандалии зацепился за шипастый наплечник монстра, и это спасло его от огненного шара.
Обвив ногами длинный шип, Кратос извивался как мог, пока наконец не вырвал клинки из кулака минотавра. Цепи ослабли, и он стал сползать вдоль хребта, стараясь не напороться на торчавшие отовсюду шипы. Потом ухватился за один и немедленно возобновил атаку. И снова клинки Хаоса послужили Кратосу крюками, но на этот раз он протыкал броню насквозь и вонзал острия в плоть человеку-быку.
Минотавр захрапел, взвился и попытался сбросить спартанца, но тот стойко держался, понимая, что держится за свою жизнь. Упершись ногами, он дернул цепи на себя и вместе с клинками вырвал куски мяса из шеи монстра. Голова минотавра повисла — он явно слабел. Тогда Кратос крепко вцепился в рукояти мечей и спрыгнул вниз, на лету пользуясь каждой возможностью ранить противника. Особенно уязвима была левая рука, лишенная брони, и спартанец потрудился нанести там как можно больше глубоких ран, прежде чем снова очутился на полу.
Монстр взвыл от боли и отчаяния, от неспособности сокрушить Спартанского Призрака. Он опять с размаху ударил кулаками по полу, желая превратить человека в кровавое месиво, и опять промахнулся. Кратос проскользнул между рук чудовища и вспорол артерию на его левом запястье. Хлынула кровь, гигант взревел, пуская из шеи и глаз смертоносные лучи. Но спартанец заметил, что теперь они оставляли на камне гораздо менее страшные следы.
Ловко выкатившись из-под очередного яростного удара, Кратос вновь устремился вверх по ступеням к мосткам. Разгневанный минотавр представлял собой в этот момент прекрасную мишень. Спартанец дернул за рычаг, и огромное деревянное копье, вылетев из баллисты, вонзилось прямо в лицо чудовищу, пригвоздив его к находившейся позади двери. По телу исполина пробежали предсмертные судороги, и его громоподобный рев мало-помалу стих.
Кратос затаил дыхание, надеясь, что дверь, на которой теперь безвольно висел мертвый минотавр, откроется, но ничего не произошло. Никаких других звуков, кроме шума сбегавшей по стенам лавы, тоже слышно не было. Тело минотавра содрогнулось в последнем спазме, словно насмехаясь над своим победителем.
Гнев овладел Кратосом. Неудавшаяся попытка найти еще один снаряд для баллисты лишь распалила его. Истратив тяжелое копье на минотавра, спартанец надеялся следующим выстрелом пробить дверь, но судьба ему в этом отказала. Кратос выхватил клинки Хаоса, спрыгнул с мостков и бросился, размахивая ими, вперед, готовый изрубить минотавра на куски, а потом проделать то же самое с дверью, но добиться своего!
Подойдя ближе, он заметил новую опасность. Черная кровь, струившаяся из расколотого черепа чудовища, с шипением разъедала каменный пол. Кратосу пришлось перепрыгивать через образовавшиеся лужи. Посмотрев наверх, он увидел, что рогатая голова минотавра соскочила с пронзившего ее копья и завалилась на сторону, отчего вместо тонких струек кровь полилась настоящим водопадом.
Кратос бросился вперед. Спартанцы никогда не отступают! Спину, руки, ноги забрызгало едкой кровью, он корчился от боли, но упрямо пробирался к двери. Оказавшись возле огромной ноги минотавра, спартанец огляделся и обнаружил, что труп медленно сползает вниз под собственной тяжестью. Крови на полу становилось все больше, но Кратос уже не замечал ее, после того как внимательнее посмотрел на дверь.
